Настя и Дима Ерошенко, выпускники детского дома, совместную жизнь начали с чистого листа. Перед свадьбой сгорел их дом, в который они вложили все деньги.

Сейчас Настя и Дима живут в Иркутске, квартиру купили в ипотеку, создали и развивают бизнес, растят двоих сыновей. У супругов не было счастливого детства и родительской заботы, поэтому они стараются дать как можно больше любви своим малышам. Настя и Дима уверены: дети не должны жить в детдомах и интернатах.   

Писать в блоге легче, чем говорить  

— Настя, в своем блоге вы пишете, что воспитывались в детском доме?

— Завести блог  @baikal_da  — идея была больше Димы, чем моя. Он давно меня подталкивал на то, чтобы я завела блог о жизни в детском доме. Я все не решалась.

Нет, я никогда не стеснялась этого, но я и не рассказывала подробности о той жизни. Не хотела жалости со стороны людей, боялась оценки всему этому.

Оказалось, писать об этом легче, чем говорить лично. Это своего рода психологическая терапия, ты пишешь и чувствуешь облегчение, происходит принятие своего прошлого, своей жизни.

— Сталкивались ли вы со стереотипами о детях-сиротах?

— Когда мы воспитывались в детском доме, нас деревенские жители всегда мерили этими стереотипами. Что все девочки «легкого» поведения, что мальчики воруют, что все дети — жестокие и неблагодарные.

Последний раз я и Дима столкнулись с осуждением нас, как сирот, в университете. Меня на первом курсе остерегались девчонки в комнате в общежитии. Они, узнав о том, что я из детского дома, стали прятать еду, которую им привозили родители. Но они просто были «домашние» дети, которым, возможно, общество навязало эти мысли.

Сейчас Дима ведет свой бизнес, организует туры по Байкалу для туристов из России и других стран.

Диму на пятом курсе комендант его общежития обвинила в разгроме и в драке. Он в этом не участвовал, а прибежал позже, чтобы разнять парней.

Комендант тогда кричала на весь коридор, что Дима — беспризорник, не знает порядка и законов, что никогда он не станет «нормальным» человеком.

Позже она просмотрела записи с камер видеонаблюдения и поняла, что ошиблась, но так и не извинилась. Но самое главное, она очень сильно ошиблась! Дима стал «нормальным». Стал успешным! И я очень горжусь этим!

Путешествие в бизнес  

— Вы организуете авторские туры на Байкал. Как создали свой бизнес?

— Сначала это было наше хобби, увлечение. Наша семья обычно путешествует без путевки. Мы любим сами продумывать каждый свой шаг, каждый момент, бронировать отели, выкупать билеты, знакомиться с местными жителями, узнавать их традиции.

Вот также и с Байкалом — к нам, как к местным жителям, обращались наши знакомые, узнать, где лучше отдохнуть, что посмотреть. Мы помогали безвозмездно.

6 лет назад я случайно встретила знакомую из Германии. У нее своя туристическая фирма. Мы с ней обменялись телефонами. Позже она позвонила и попросила, чтобы Дима забрал ее сына с Ольхона и увез в Листвянку. Потом постепенно она стала доверять нам своих клиентов — туристов. Вот так мы и влились в этот бизнес.

— Как в этом году пережили карантин?

— Конечно, возникла большая сложность из-за пандемии. Закрыли все границы, и наши партнеры из Германии, с которыми мы работали все эти годы, отменили свои туры на год вперед. Мы остались без работы и без возможных туристов.

Занялись блогом в Инстаграме, стали выставлять рекламу наших услуг в Интернете и люди заинтересовались. Стали писать, заказывать туры. Сейчас мы стали самостоятельной компанией по организации туров на Байкал. Развиваем бизнес мы пока только через соцсети, Интернет.

— Планируете расширяться?

— В наших планах посетить выставку в Москве, где большие туристические компании будут рассказывать о себе. Хотим познакомиться с ними для дальнейшего сотрудничества. Нам очень нравится наше дело.

Настя и Дима делятся красотами родного Байкала.

Мы любим Байкал, мы дорожим им! И поэтому мы хотим, чтобы каждый, кто хочет посетить его, остался в восторге. Мы влюбляем людей в это место. Оно уникально! Мы живем этим.

Огненная ночь перед свадьбой

— Расскажите, как познакомились друг с другом?

Познакомились в университете, жили в одном общежитии. Я тогда училась на третьем курсе, а Дима на первом.

Дима тогда был, скажем так, «плохим» парнем. Весь такой характерный, задиристый, с ним было сложно общаться, он воспринимал все в «штыки». Слово ему не скажи. Но я знала парней из детдома, знала к ним все подходы)

Мы заинтересовались друг другом. Меня в Диме подкупило то, что он показал себя как очень ответственный парень. Всегда спрашивал, есть ли у меня деньги. А когда на улице было прохладно, заставлял одеваться теплее. Мне как девушке без семьи этого сильно не хватало, этой заботы.

Но я не скажу, что Дима такой прям ласковый и нежный. Нет, детский дом сильно отразился на нем и на его характере. Но меня все устраивает. И я со знанием «дела» и всей «внутренней кухни» жизни в детском доме могу сказать, что у меня получилось растопить его сердце.

— Когда решили стать семьей, где вы жили?

— Мы с Димой долго встречались. Я получила первое высшее образование, а Диме еще оставалось два года учебы. И я следом поступила на второе высшее, чтобы мне дали общежитие. Вот так мы встречались 5 лет и решили расписаться.

Тогда мы строили большой дом. Строили мы его два года, нам оставалось только въехать. Наша свадьба была запланирована на 16 ноября 2013 года, но 15 ноября случился пожар. И наш дом сгорел до фундамента.

В ту ночь перед свадьбой, говорит Настя, у них с Димой началась жизнь с чистого листа.

Это была ошибка электрика, который менял нам счетчик. Мы с ним работали без договора и доказать его ошибку не смогли.

Вот так в ночь перед свадьбой, когда нужно было высыпаться, мы стояли и плакали на пожаре. Утром мы, грязные, опухшие от слез, пошли забирать заявление, хотели позже расписаться.

— Но свадьба состоялась?

— Работник ЗАГСа поддержала нас, и мы решили узаконить наши отношения, как и было запланировано ранее — 16 ноября 2013 года.

Кольца мы надели, уже сидя в машине. Вот так началась наша новая жизнь. В прямом смысле «с чистого листа».

Мы ходили по деревне и просили еду

— Наверное, самый часто задаваемый вопрос — что все-таки случилось, почему вы жили в детском доме?

— Начну с себя. Моя мама росла в большой семье. У нее были три брата и одна сестра. В 13 лет она потеряла свою маму. Тогда мою маму и ее сестру забрала к себе родная тетя. А мальчишки остались жить с отцом.

Позже тетя с девчонками из Сибири переехали во Владивосток. Там моя мама в 18 лет пошла учиться и забеременела мною. Мой отец был тоже очень молод и бросил ее. Она скрывала беременность как могла, училась и работала на химзаводе.

Родила меня мама в 7 месяцев недоношенную: 2 400 г и 48 см. Позже забеременела моим братом и, не справившись с позором, скрывая живот, со мной, годовалой, вернулась в Сибирь к своему отцу. Он к тому времени снова женился. И дочь с внуками ему была не нужна.

В той сибирской деревне мама родила моего брата и еще троих детей. Она пристрастилась к алкоголю. Ситуация стандартная: «мужик бросил, женщина не справилась». И вот – алкоголизм.

— Что ты помнишь о детстве?

— Все мои воспоминая вокруг грязного какого-то дома, пьяной матери и кучи маленьких детей. В связи с тем, что я была самая старшая (мы почти все погодки), мне приходилось за младшими смотреть. Но как смотреть, если тебе всего 5 лет?

Мы ходили по деревне и просили еду. Воровали овощи из огородов, но не потому, чтобы напакостить, мы просто хотели есть. Нами заинтересовались работники соцслужбы, когда на свет у мамы появились двойняшки.

Нас забрали в местную больницу и держали там. Мать в периоды, когда не пила, приходила и просила вернуть нас. Нас возвращали, и она снова начинала гулять, и так продолжалось долгое время.

Я быстро повзрослела

— Родственники у вас еще были? Кто-то пытался помочь вам?

— Я не знаю, сколько мы раз туда-сюда переходили — из больницы к матери и обратно. Я только помню постоянные гулянки, много разных мужчин, разных женщин вокруг. Постоянные смены домов и притонов.

Я помню, как мы с братом пошли просить еды у нашего родного дедушки (отца матери) в какой-то из праздников. Я помню, что он был добрый, но бесхарактерный, почему-то я это поняла в свои 5 лет.

Настя в детстве ухаживала за младшими детьми в семье. Теперь она мама двоих мальчиков.

Мы знали, что он нам даст еды, но только в том случае, если его новой жены не будет рядом, но она почти всегда выходила вместе с ним и отгоняла нас от ворот. Мы разворачивались и шли голодные обратно.

И что касается родных. Это важный момент: в деревне, где мы жили с матерью, было очень много разных наших родственников. Очень много! Но мы все равно ходили зимой в одних штанишках и были постоянно голодные.

— Часто вы плакали?

— Нет, мы уже не плакали.

Я вообще не особо помню, чтобы я прям плакала. Я быстро повзрослела. Я приняла тот момент, что мы будем голодные, что такова жизнь.

Иногда мать приходила в себя, она работала, оставляя нас одних дома, затем возвращалась поздно ночью, но все это было ненадолго.

В детском доме каждую секунду хотелось внимания и ласки.

Перед тем как нас забрали в детский дом, мы примерно полгода жили в больнице, где даже там мне нужно было смотреть за младшими двойняшками. Я помню, как уставала от них.

Вот тогда плакала от бессилия, жалела себя. Мне хотелось играть с другими детьми в коридоре, но медсестры не выпускали меня из палаты, пока двойняшки не уснут. Мне тогда было около 6 лет.

Когда суд вынес решение об ограничении родительских прав матери, она очень плакала. Мама упрашивала оставить нас с ней. Обещала нас забрать через неделю, обещала к нам приезжать в детский дом. Но так и не выполнила все эти обещания. Нет, она приезжала раза три в детский дом, но не забрала нас.

Дима сидел у окна, смотрел на ворота приюта и ждал отца

— А что случилось с Димой, почему он оказался в детском доме?

— История Димы очень похожа на мою. Только он в семье был самый младший ребенок. У Димы сестру забрала бабушка под опеку, а брат и Дима остались с матерью.

Дима тоже помнит только пьянки, гулянки. Помнит, как они с братом воровали, чтобы хоть как-то прожить.

— Кто-то мог забрать Диму из родных в свою семью?

— У Димы был отец. Он даже после того, как Дима попал в детский дом, приходил к нему и тоже обещал его забрать. Но не забрал… Дима ждал отца, сидел у окна, смотрел на ворота приюта и ждал.

Мне, как маме мальчиков, так тяжело дается вот это представление того, как мальчик сидит у окна и ждет. Как он в толпе людей ищет знакомую и до боли родную фигуру.

Наш сын Ларион внешне очень похож на Диму, и только когда он родился, я поняла, насколько Дима был несчастлив в детстве! Мне сложно себя оценивать в этом маленьком возрасте, сложно понять всю боль.

Может, когда у нас родится девочка, я вспомню себя той маленькой девочкой. Насколько мы знаем, отец Димы очень рано умер. А мама умерла, когда Дима уже учился в училище в Иркутске.

В детском доме нам каждую секунду хотелось внимания и ласки

— Не все понимают, что детские дома губительны для детей. Считают, что там ребят кормят, с ними играют, занимаются, что этого вполне достаточно. Настя, как бы ты объяснила, почему детских домов быть не должно?

— Что мы можем сказать о детском доме? Да, конечно, детдомов не должно быть.

Мы, дети, выросшие там, скажем одно: в детском доме нам каждую секунду хотелось внимания и ласки. Да, это банально, но это факт!

Ребенку просто хочется, чтобы его погладили, чтобы его прижали к себе, когда ты разбил коленку или подрался с мальчишками. Всегда хотелось, чтобы тебя выслушали, чтобы хоть раз в жизни спросили: «А что сейчас ты хочешь, Настя?» Вот это самое простое, казалось бы, но оно так важно!

В нашей группе было 35 девчонок и всего 1 воспитатель утром, меняя другого воспитателя вечером. Они очень хорошие! Но они просто физически не могли всех погладить, обнять, прижать.

— Когда сами стали родителями, наверное, еще сильнее почувствовали это?

— Да, мы родители двух прекрасных малышей, и только сейчас мы понимаем всю трагедию нашей жизни в детском доме.

Безусловная любовь, по словам Насти, делает их с Димой терпимее, а детей счастливее.

Если малыш упал, он бежит к нам обняться, а не к себе в комнату, пытаясь справиться с болью самостоятельно. Только сейчас понимаем, как в детстве нужна мама, ну, или тот, кто сможет заменить ее. Поэтому детских домов не должно быть.

— Что-то хорошее было, запомнилось?

— Детский дом — это как детский летний лагерь. Там ты всегда чем-то занят. Ты постоянно что-то делаешь. Хорошее в детском доме это дети, которые рядом. Тебе всегда есть с кем поиграть, с кем дружить.

Это занятия, кружки. Это большие праздники, утренники. Это постоянный смех и игры. Детский дом научил нас дипломатии в любых вопросах и с любым человеком. Научил жить в обществе, разбираться в людях и не бояться их. А еще — идти к своей цели, несмотря ни на что.

Но жизнь детдомовцев после выпуска, как показывает статистка, очень  печальная. Примерно, 85% детей не смогли найти себя в жизни. Они спиваются, рожают детей и снова бросают их. Парни из детского дома сидят в тюрьмах за разбои, хулиганство, воровство. Очень рано погибают.

— У вас с Димой остались друзья, с которыми вместе росли?

— У Димы нет в окружении ребят из детского дома. Они раньше общались, но потом их жизнь раскидала в разные стороны.

У Димы не осталось друзей из детского дома.

У меня есть знакомые девочки, которые со мной воспитывались. Мы общаемся, они хорошие девочки. У них есть свои семьи, они воспитывают своих детей.

Мы простили своих мам

— А с кем-то из родных общаетесь?

— О своих родных я не знала до 19 лет. Пока случайная встреча не помогла навести мосты с другими родственниками. Практически все они живут в Приморском крае.

Я общаюсь с ними, не очень часто, но мы поддерживаем связь. У Димы родственников немного, остались только одна тетя и двоюродные сестры со своими семьями. Они живут рядом с Иркутском, мы с ними очень часто общаемся.

— Вы своих мам простили?

— Я простила маму. Насколько себя помню, никогда не была обижена на нее. Мне было жалко ее, и я всегда ее оправдывала. Не знаю, почему так.

Я своего отца не знала, а мать последний раз звонила мне, когда я была на первом курсе. Больше о ней я не слышала.

Дима простил свою мать совсем недавно. Раньше он был сильно обижен на нее, постоянно вспоминал свое детство со слезами на глазах и с обидой на мать. Она умерла в 2006 году, когда он уже учился в училище, а отец умер, когда Дима был совсем маленький.

Самое главное — у нас прекрасная семья!

— Где вы учились, какое образование получили?

— Мы отучились в педагогическом университете. У меня первое высшее — учитель физической культуры и ОБЖ, второе высшее — «Менеджмент в образовании». А Дима получил специальность «Автомобилист, механик легковых автомобилей».

Нам помогло государство. Мы учились бесплатно, получали стипендию, жили бесплатно в общежитии.

— Жилье быстро вам выдали?

— С большим трудом добились получения своих квартир. Их нам дали в 120 км от Иркутска, но мы живем и работаем сейчас именно в Иркутске.

Квартиру Димы мы продали и построили дом на эти деньги. Дом сгорел. А мою квартиру мы смогли продать за маленькую цену, так как дом в плохом состоянии.

Настя и Дима пережили много испытаний, но продолжают идти вперед.

Но этих денег нам хватило на первоначальный взнос в ипотеку. Мы сами купили себе квартиру и очень этим гордимся. Квартира в центре Иркутска, в элитном доме, с хорошими соседями. У нас сейчас процветающий бизнес, который мы основали сами. У нас машина, мы ездим в путешествия два раза в год, и это только начало.

А самое главное, у нас прекрасная семья, которую мы сами создали, мы очень дорожим этим!

— Расскажите о вашей семье, о детях. Где ищите ответы на вопросы о развитии, воспитании, как и все мамы?

— У нас двое сыновей, Ларион 4,5 года и Родион, ему 2 года. Мы с Димой воспитываем их без помощников и нянь.

Стараемся дать детям все, чего у нас не было, при этом мы их не балуем. Я читаю книги по воспитанию детей, прохожу различные курсы мам.

Мне не хватает знаний как воспитывать детей, а спросить не у кого. Возникают разные сложности в воспитании, как реагировать на истерики, как понять ребенка.

— Дима как папа — какой он?

— Очень сознательный отец! Он постоянно спрашивает у меня, сам ищет ответы на свои вопросы.

Дима стал заботливым отцом.

Наши малыши очень открытые, активные, любознательные. Самое главное для нас в воспитании — согласованность обоих родителей и дисциплина. Мы не подрываем авторитет друг друга в глазах малыша. Например, если Дима видит, что я не права, он не станет это озвучивать при детях, потом тихонько скажет мне об этом.

— Что еще помогает в родительстве?

— В детском доме у нас был строгий распорядок дня и жизни. Это закаляет. Например, я всегда ходила на пары, не пропуская их.

Мы сами любим, когда все спланировано. А детям проще воспринимать реальность, когда они знают, что за чем следует, это и есть дисциплина и порядок.

Ну, и конечно же, помогает любовь к детям, безусловная любовь. Только она делает нас терпимее, а детей счастливее.

— Когда вы узнали о нашем фонде?

— О фонде «Измени одну жизнь» мы узнали через социальные сети. Я случайно увидела ваш аккаунт, стала читать посты, не смогла оторваться. Читала, смотрела, листала.

Ребята, вы делаете огромную работу, хорошую работу. Мы как дети из детского дома оценили ваш труд по достоинству.

Пусть у каждого ребенка будет мама и папа. Ведь это так важно!

Все фото — из семейного архива Димы и Насти Ерошенко.

Помогите детям и родителям найти друг друга и больше не потерять – поддержите работу нашего портала!

Поддержать портал

6 комментариев

  • Марина

    Счастья и любви вашей!

    11 сентября 2020
  • Анастасия

    Пожалуйста, проверяйте грамматику. Столько ошибок. Это неуважение к читателям предлагать читать с ошибками.

    9 сентября 2020
  • Огонь

    Супер

    9 сентября 2020
  • Ольга

    Спасибо за интервью! Было интересно узнать взгляд с «той стороны», бывших детей из системы. Позитивные, талантливые ребята. Желаю им только процветания!!

    9 сентября 2020
  • Лариса

    Восхищение и уважение, вы просто супер!

    8 сентября 2020
  • Евгения

    Ребята, вы удивительные! Тот редкий случай, когда вас жизнь не сломила и вы остались любящими и мудрыми! Счастья вам и пусть все будет хорошо!

    8 сентября 2020