«Если бы не видеоанкета, я бы не полетела за 7 тысяч километров»

Усыновить младенца - мечта многих кандидатов. Любовь с мужем стали приёмными родителями 20 лет назад. У них трое усыновлённых детей

Усыновили грудных младенцев

«Я не думала, что будет трое. Просто хотелось стать мамой. Но получилось, как получилось. Дети были грудные и практически здоровые», — говорит Любовь.

А не так давно она поняла, что готова принять ещё одного ребёнка. «Малышей очень сложно сейчас найти, тем более, относительно здоровых. И я решила, что лучше «вложусь» в младенца 4–5 группы здоровья, чем буду долго искать. С мужем мы обсудили, он согласился. Папа наш весь в работе. Справляемся сами, дети уже большие. Младшая, ей скоро 4, очень самостоятельная. А теперь вот есть и четвертая доченька, Саша, ей скоро два года. Возможно, будем искать няню, но не постоянную, а по необходимости», — признается приёмная мама. За малышкой Любовь полетела аж за 7 000 километров от дома. Встрече мамы и дочери помогла видеоанкета, созданная фондом «Измени одну жизнь».

Больше о видеоанкетах — в статье База видеоанкет: часто задаваемые вопросы

Саша до отъезда домой.

Как найти малыша

— Любовь, к нам часто обращаются с вопросом: «Как найти младенца?» Спрошу у вас, как вам это удалось?

— Сначала я увидела в базе девочку, она жила в Чите, но её забрали в семью в декабре 2025 г.

В базе данных детей-сирот рядом с фотографией этой девочки было фото Саши. Сашино фото я видела в базе еще год назад, до её операции, но не думала, что по факту она станет моей дочерью…

Обе девочки — из одного дома ребёнка, как оказалось впоследствии. У обеих основной диагноз — спина бифида. У Саши еще гидроцефалия, а также задержка моторного и речевого развития.

Тогда я просто стала искать еще информацию о Саше на страницах разных фондов. Тем более, что у нее 5 группа здоровья, и обычно фонды размещают информацию о таких «проблемных» детях.

Помогла видеоанкета

— Вы нашли видеоанкету Саши?

— Да, на сайте фонда «Измени одну жизнь» я увидела Сашину видеоанкету. И мне это очень помогло. Я увидела ребенка вживую. Конечно, проблемы со здоровьем были видны сразу, но я почему-то думала тогда, что основной диагноз у Саши другой.

Позвонить и получить информацию о ребёнке я не могла, т. к. моё заключение как кандидата ещё не было готово. Попросила знакомую позвонить. Ей ответили, что ребёнок в тяжёлом состоянии, с кучей диагнозов. Но как-то с видеоанкетой эта информация не состыковывалась вообще. На видео Саша — вполне адекватный ребенок.

А данные, которые сказали про неё, как оказалось, просто висят в её анкете в базе, они не их обновляли. Был уже конец декабря 2025 г.

— Как решились лететь за ней в Читу?

— Все новогодние праздники думала, лететь или нет к Саше, не зная диагнозов точно. В общем, купили мы со средним сыном билеты в одну сторону. И вылетели 12 января.

Диагнозы точные у Саши я узнала уже перед самым вылетом, часов за 7 до взлёта самолета.  Если бы я знала заранее их, до покупки билетов, я может быть, и не полетела. А может быть, и полетела, чтобы точно удостовериться. Потому что диагнозы часто не подтверждаются.

Но судьбе было угодно видимо так. И не случайно я нашла видеоанкету Саши. Именно этот ролик стал судьбоносным в нашей истории.

Диагноз поставили внутриутробно

— Расскажите, как Саша оказалась в системе?

Саша родилась в Забайкалье, у мамы и папы, которые вели не очень хороший образ жизни. При этом мама стояла на учете по беременности, диагноз ребенку был установлен еще внутриутробно. Но как-то решить этот вопрос в пользу ребёнка врачи отказались в этой ситуации, то ли по незнанию, что ли.

В случае с Сашей местные гос. врачи оказались вообще неграмотные и недалёкие. Я считаю, что угробили ребёнка. Теперь буду за счёт государства восстанавливать здоровье Саши. А как иначе?

На данный момент мы сделали операцию по расщелине нёба. Прошли обследование по основному диагнозу. Саше назначены операции. То, что было сделано когда-то, приходится теперь переделывать и доделывать. Я просто в ужасе от того, что натворили местные врачи…

А Саша у нас стала уже более домашняя, ходит в бассейн и на реабилитации. Стала улыбаться больше. Развитие есть, правда, не так быстро, как хотелось бы, но начало уже положено.

Сашу родители оставили в больнице сначала по акту об оставлении. С матерью и отцом работали органы опеки, но всё было напрасно. В итоге их обоих лишили родительских прав.

Саша почти целый год провела в больнице. Год, который так был для неё важен и значим. В итоге ребёнок, можно сказать, «угас».  Думаю, лежала она там одна. Врачи делали лишь медицинские манипуляции.

В дом малютки Саша поступила почти в паллиативном состоянии. Через два месяца ей оформили инвалидность. Но вопреки всему ребенок расцвёл. Может быть, она захотела жить?

Саша дома.

Сказать «нет» я не смогла

— С документами проблем у вас не возникло?

— Заключение на усыновление/опеку я получила без проблем, дорога в Читу тоже прошла благополучно. И там все документы оформили очень быстро.

Такое ощущение, что кто-то вел меня к ней или её ко мне.  Да, я понимала, что будет трудно, больно. Но сказать «нет» я этой девочке в душе не смогла.

— Что вам говорили в доме ребенка, не отговаривали забирать Сашу?

— В учреждении нас не отговаривали. Честно сказали, что ребёнок тяжёлый. Но в то же время отметили, что шансов у Саши больше с нами, поскольку мы рядом с федеральными медцентрами находимся, у нас есть возможность лечить/реабилитировать девочку.

А так — да, проблемные дети из дальних регионов — это история с географией. Чтобы вывезти ребёнка из учреждения на лечение, надо найти сопровождающего, няню в больнице, ведь ребёнок в учреждении постоянно болеет. Очень сложно выстроить всю цепочку.

В нашем доме ребёнка любят своих подопечных и пытаются по возможности дать им всё по максимуму, не препятствуют устройству в семью. Просят присылать фото, как ребёнок растёт, чему новому научился. И мы отправляем снимки Саши, всё о ней рассказываем.

Маленький, худой «заморыш»

— Как прошло ваше знакомство с Сашей, что запомнилось?

— Сначала мы просмотрели всю медицину. В принципе, я ещё в самолёте изучила документы. Так что в первую встречу ничего принципиально нового с точки зрения медицины для себя не открыла.

Потом нам принесли Сашу. Маленький, худой «заморыш», ничего особо не понимающий, голова болтается. Ещё Саша пахла едой, резкой и невкусной. В общем, картинка (фото/видео) не соответствовала действительности. На видео и фото был другой ребёнок, более живой, что ли.

Обычно бывает наоборот: фото невзрачное, а в реальности ребёнок очень даже ничего. У нас получилось по-другому.

Честно скажу, она мне не понравилась, но в душе я была уверена, что заберу Сашу. Как будто какая-то установка была внутренняя «забрать её». Не знаю, как даже объяснить это. Видимо, кто-то уже всё решил за меня.

В семье Саша стала оттаивать, научилась улыбаться.

Что-то тянуло меня к ней

— Вам пришлось обучаться уходу за особым ребёнком?

— В 2022 году я проходила обучение в одном фонде по основному диагнозу, который у Саши поставлен. Даже и не знаю, зачем я тогда это делала?

И многое тогда стало понятно, и вроде даже не страшно. Поэтому, услышав такой диагноз у Саши, меня это уже не смутило.

Так-то я могла бы и билеты сдать на самолет, и не лететь. К тому же, у Саши ещё есть проблемы: расщелина нёба, нерешённый вопрос с глазами. Но прямо что-то тянуло меня к ней. Не знаю, как это объяснить.

Дома она уже три месяца

— Как Саша изменилась в семье?

— Забирала я её вполне адекватным ребенком. Да, у неё задержка физического и психологического развития. У неё все признаки «системного ребенка»: сама себя укачивает, сама засыпает, перед носом рассматривает свои пальцы, в машине и коляске начинает плакать навзрыд.

Ну а как иначе? 1,6 года ребенок был на пищевом зонде. Саша ест пока только протертую пищу. У нее «заморожены» сосательные рефлексы, она ничего не тянет в рот как обычные дети, нет желания или интереса тянутся за игрушкой. Берет только ту, которую может достать руками.

Дома она уже три месяца. Сильных изменений я, конечно, не вижу. Но врач говорит, она изменилась уже в лучшую сторону. Конечно, у нее нет еще привязанности никакой, ей комфортно со всеми. Вся сенсорика у нее «убита/подавлена». Вот будем работать в этом направлении.

Плюс ее основные медицинские проблемы. А так она сама как-то перешла на режим нашего часового пояса.

На руках взрослого ей очень нравится находиться, но укачивать только сейчас начала давать себя. В речи пока только пара слов и вокализация. Саша выглядит как годовалый ребёнок, а ей скоро уже два.

Приёмная мама уверена, что у Саши хороший потенциал.

Адаптация пока не ощущаю

— Адаптацию вы ощущаете?

— Адаптации как таковой нет. По крайней мере, я её пока не ощущаю. Будто Саша всегда была с нами. Она и особых проблем пока не создаёт в бытовом плане. А так меня очень беспокоит отсутствие привязанности с её стороны и «убитая» сенсорика.

Подробнее об этапах адаптации — в нашем полном гиде «Адаптация приёмного ребенка — четыре возраста и четыре стадии».

— Какие-то прогнозы можете сделать?

— Мне почему-то кажется, что у неё хороший потенциал. Тем более, она такой скачок в развитии дала в доме ребёнка. Меня это прямо как-то зацепило.

Пройдет год, даже полгода, и это будет совсем другой человечек, не сомневаюсь!

«Как вы решились на такое?»

— Как старшие дети приняли Сашу?

— Хорошо. Она как годовалый ребёнок, да ещё и на своей волне.

— Не спрашивают ли вас друзья, знакомые, незнакомые люди о том, зачем вы принимаете детей в семью? И как вы отвечаете на такие вопросы?

— Первые трое детей у нас усыновлённые в возрасте 3 недели, 1,5 месяца и 5 месяцев. Поэтому про них мало, кто знает. Сами дети про себя знают, каждый свою историю.

Про Сашу мы не скрываем, да тут и не скроешь ничего. Но глупых и нетактичных вопросов в лоб никто не задаёт. Наоборот, все восторгаются: «Как вы решились на такое?»

А в чем тут геройство, чем Саша хуже кровного ребенка?

Фото — из семейного архива Любови.