Чтобы рассказать ребенку о том, что он усыновленный, Евгения Смит сочинила сказку. Как материнство открывает таланты, как пережить собственную адаптацию, а также о том, что дети не помеха в поисках мужа, приемная мама рассказала в интервью корреспонденту фонда «Измени одну жизнь».

«…Кошка Мариса подошла ближе: на руках у мальчика был крохотный комочек, чем-то похожий на ее котят. Он определенно пах по-другому, мхом и листьями. Вдруг ежонок запищал. «Он такой беззащитный», — подумала кошка и лизнула его мордочку. «Мариса! — воскликнула девочка. — Давай ты будешь ему мамой?» Кошка посмотрела еще раз на малыша. Одним больше, одним меньше. Почему бы и нет? Он точно не протянет долго без тепла и молока. А у нее молока много. «Мяу», — согласилась Мариса».

Евгения задумалась об усыновлении еще в университете, когда в руки ей попала вырезка из газеты о детском доме при церковном приходе, а белобрысенький мальчик на фото напомнил ей брата. Девушка стала работать волонтером в детских домах, собирала средства для помощи малышам и подросткам. Затем она стала шефом в проекте «Невидимые дети», где была старшим другом двум ребятам из системы, встречалась с ними, переписывалась и поддерживала в решении различных жизненных проблем.

Даниэлю было семь месяцев, когда Евгения стала его мамой.

Коллега Евгении по проекту стала приемной мамой своей подопечной. Тогда она сказала, что «по-настоящему помочь ребенку можно, лишь взяв его в семью». Евгения запомнила эти слова.

«Ежик посмотрел вниз. Там была всего одна ступенька, но расстояние до нее было довольно большим. Он протянул лапку… Бум, бум! И вот он лежит на земле, свернувшись в клубок от страха. Лили мигом спрыгнула, чтобы помочь брату. «Эй, Лило, ты как?» — спросила она, потрогав его лапкой. Лили всегда было невдомек, почему у него есть колючки, а у нее нет. Она ждала, когда они отрастут, и каждый день щупала свою шерсть. Но они все никак не появлялись».

Так Евгения подходила к теме усыновления все ближе. Однажды у нее появилась «путеводная звездочка» — мальчик из базы данных, желая усыновить которого, она пошла в Школу приемных родителей (ШПР). За день до окончания школы мальчик исчез из базы…

В воспитании сына Евгении помогала мама.

Евгения продолжала искать своего будущего сына. Ей было 29 лет, она жила одна. Без мужа усыновлять ей было не страшно, хотя друзья пугали ее тем, что, взяв ребенка, она больше никогда не сможет создать семью.

Девушку поддерживали мама, брат и сестра, вот без их помощи, по ее собственному признанию, она вряд ли бы решилась на подобный шаг. «Я много путешествовала и видела, что дети — не помеха активной и интересной жизни. Ждать мужчину неизвестно сколько-то лет не имело для меня смысла, если уж и ждать, то с кем-то. Я не боялась, что ребенок мне «помешает» потом выйти замуж», — признается Евгения.

«Лило задумчиво побрел по дорожке. Вокруг было так много всего непонятного, и ему почему-то стало грустно. Он шел, пока вдруг не уперся во что-то мягкое. Это была мама. Он зарылся в ее шерсть и заплакал. Мама лизнула его в мордочку. — Что такое, малыш? — спросила она. — Тут Ворона прилетала, — всхлипнул он. — Ворона? — удивилась мама. — Что ей было надо?»

В опеке Евгении дали контакты, она начала робко обзванивать детские учреждения, но все не складывалось.  Она прозвонила опеки из базы в нескольких регионах, но интуитивно чувствовала, что ее мальчик — в Москве.

Рассказать ребенку о том, что он — усыновленный, Евгения решила с помощью сказки.

Внезапно ее одногруппники по ШПР нашли мальчика по имени Даниэль, но они хотели взять девочек-близняшек. Знакомые написали отказ, а Евгения в тот же день написала согласие и забрала мальчика домой. Это было весной 2014 года. Малышу исполнилось семь месяцев. Сейчас  Данни — пять лет.

«На первой встрече мы оба чувствовали себя не в своей тарелке: он казался таким маленьким, сжатым, а у меня не было никакого опыта с малышами. Но когда Данни посмотрел на меня, я тут же поняла, что это — мой сын. Когда я привезла его домой, он заснул с улыбкой. Где-то внутри, я думаю, он понимал, что произошло», — делится Евгения.

Адаптации у Данни не было, но зато она была у приемной мамы. Девушка привыкла вести независимый образ жизни: работа, друзья, путешествия, волонтерство, а теперь поняла, что жизнь изменилась навсегда, в ней появился хронический недосып и необходимость постоянной заботы о ребенке, несмотря даже на то, что ей очень помогала мама.

Сказка про ежика ждет своего появления на свет.

Евгении пришлось оставить работу в маркетинге, но в определенный момент она стала понемногу преподавать английский. Это ее очень поддержало, так как давало возможность отвлечься.

«Ворона все что-то говорила про ежей, — пояснил Лило. — А потом мне стало очень грустно. Мариса вздохнула. Она знала, что настанет этот момент. И хоть она надеялась, что это будет еще не скоро, раз малыши уже начали выползать из дома, то скрывать происхождение Лило было бессмысленно. Сегодня ворона, завтра еще кто-нибудь ему скажет, что он не котенок, а ежик».

«Несмотря на все сложности, когда сын прибегает ко мне, обнимает, прижимается, говорит: «Моя любимая мамочка, как я тебя люблю!», это стоит всех усилий. Ребенок не раскроется, пока ты его не возьмешь, с ним не поживешь, не вложишь силы в его воспитание. Но когда ты видишь, как он откликается на ласку, как он меняется, это выше всего. Я уже не могу представить, что я одна, потому что у меня есть сын», — говорит Евгения.

Когда Дане было почти два года, Евгения зарегистрировалась на англоязычном сайте знакомств, чтобы и познакомиться с кем-то, и заодно английский язык  попрактиковать. Мужчины под 70 писали ей длинные простыни текстов, но однажды она получила просто «Hello» от 29-летнего парня, с которым у нее сразу завязалась переписка. Через два месяца он уже приехал в Москву, а через полгода сделал Евгении предложение.

«Лило молчал и чувствовал, что вот-вот может опять заплакать. Он не мог понять самого главного. — Если я родился ежиком, то… — он запнулся, боясь произнести это вслух, — то получается, ты — не моя мама? — То, что он сказал, было так ужасно, что он заплакал. Мама заботливо лизнула его мордочку. — Малыш, я всегда буду твоей мамой. — сказала Мариса».

«Когда берешь приемного ребенка, то лучше познаешь себя как человека, узнаешь свои отрицательные стороны, учишься с ними работать, видишь, куда расти», — говорит Евгения. Но ей усыновление помогло не только в самопознании – благодаря ему она раскрылась как автор сказок. Своим опытом Евгения делится в  блоге в Инстаграме.

Все началось с того, что Евгения пошла к психологу посоветоваться, как работать с детской агрессией, а та посоветовала ей объяснить ребенку, что нужно разделять его биологическую мать, на которую эта агрессия подсознательно может быть направлена, и себя.

Евгения поговорила с сыном о том, что в его жизни была женщина, которая родила его и оставила, а потом стала рассказывать ему истории, похожие на сказки, о том, как в природе кошка может воспитать ежонка, а собака – лисенка. С тех пор агрессия Дани пошла на убыль, а вопросов об усыновлении сын больше никогда ей не задавал.

Благодаря этому опыту Евгения написала две необыкновенно трогательные сказки «Лило» и «Тяпа», которые сейчас ждут своего издания и в скором времени могут стать доступными для всех приемных мам.

«Ты, правда, никогда-никогда меня не бросишь, потому что я — ежик? — тихо спросил Лило. — Глупыш, ты мой! Мариса легонько толкнула его в бок. Лило перевернулся на спинку, и мама-кошка лизнула его розовый животик. Лило лежал на спине и смотрел на маму, на ягодки на кусте жимолости и на небо. В его маленьком сердечке стало легко и радостно. И он был уверен, что если бы прыгнул, то точно бы долетел до того пушистого облака, похожего на подушку. А то, что он был ежиком… Да какая разница! Ведь у него — самая лучшая мама!»

ПОМОГИТЕ РЕБЕНКУ ИЗ ДЕТСКОГО ДОМА НАЙТИ СЕМЬЮ

Комментарии

Еще никто не оставил комментарий, вы можете стать первым!

Добавить комментарий

Оставить комментарий через соц-сети

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *