Светлана Ворожбянская из Нижнего Новгорода с 17 лет хотела взять ребенка из детского дома. Тогда своей мечтой о приемном малыше с ней поделилась подруга. Но та девушка забыла об этом желании, а Света его исполнила. Она рассказала фонду «Измени одну жизнь» о своем пути к сыну.   

«Мне казалось, что я могу полюбить любого ребенка».

Однажды Света с подругой вместе мечтали о детях: Светлана желала родить погодок, мальчика и девочку, как она с братом. А подруга думала о троих: двоих родить самой, а одного взять из приюта. «Ведь так не должно быть на свете, чтоб были потеряны дети», — вспомнила тогда подруга строчку из известного мультика. Светлане эта мечта понравилась, и она забрала ее себе. Сейчас у нее вместе с кровной дочкой Полиной растет приемный Степа. О детях Светлана рассказывает в своем блоге @sveta_vorozh

«Я поняла, что пора действовать»

…Сегодня спрашиваю у той моей подруги: «Помнишь, это ведь ты хотела усыновить?» Но она уже забыла об этом разговоре и отвечает, что не смогла бы полюбить не своего ребенка. Вот, как бывает. У меня же никогда не возникало сомнений, наоборот, мне казалось, что я могу полюбить любого. Единственное, чего я боялась, – это психических болезней в кровной семье, поэтому не рассматривала детей с подобными заболеваниями у кровных родителей.

Подарите ребятам в детских домах шанс найти семью

 

В один прекрасный момент я поняла, что пора действовать, чтобы осуществить свою мечту о приемном ребенке: пошла в опеку, взяла список необходимых документов, записалась в школу приемных родителей. Помню, как после экзамена в ШПР я сказала психологу: «Как бы теперь бюрократия не отбила все желание взять ребенка».

Психолог дала мне напутствие: «Вы идите тихонько, шаг за шагом и не обращайте внимания на мелкие трудности». И я пошла, очень часто вспоминая ее слова, «шаг за шагом».

Процесс сбора документов по медицине меня взбодрил. Прием к каждому специалисту давался с боем: талонов было мало, приходилось ждать неделями. Добыть справку от психиатра оказалось небольшим квестом. Так как я прописана в другом городе, то получать справку мне нужно было по месту прописки.

Психолог дала мне напутствие: «Вы идите тихонько, шаг за шагом и не обращайте внимания на мелкие трудности».

Я записалась на прием по интернету, взяла билет туда-обратно и пришла в назначенное время. «Мы не можем выдать вам справку сегодня», — услышала я. При этом платно справку дать мне тоже отказались, так как «вы хотите взять ребенка, а справки для усыновления выдаются только бесплатно». После долгих переговоров справку мне все же удалось получить.

Когда я пришла в опеку с готовым пакетом документов, сотрудница не пожелала брать его у меня, так как справка из полиции была выдана не в Москве, а в Московской области.  Пришлось доказывать, что эта справка действует на всей территории России. Только начальница помогла мне разрешить недоразумение, которое могло стоить мне еще одного месяца ожидания.

В ходе сбора документов у меня даже появилась справка о том, что в моем решении меня поддержали родители. Изначально мне было неудобно поднимать с ними тему усыновления, ведь мы никогда серьезно об этом не говорили. Однако пришел момент, когда мне нужно было пойти на занятия в ШПР.

Мама тут же стала закидывать меня вопросами: «Что, ребенка возьмем? А какого возраста? Мальчика или девочку?»

Я засмеялась, и на сердце сразу стало легко – значит, мама не против, а, наоборот, поддерживает. Папа тоже спросил, куда это я ухожу на ночь глядя (занятия начинались в 18 часов), и, услышав ответ, никак особенно не отреагировал: «Ну-ну, сходи».

«В дорогу за моим сыном»

…И вот я с документами на руках иду на прием в здание регионального оператора и мечтаю наконец-то найти своего ребенка. Передо мной небольшая очередь из пяти человек. Смотрю на них с восхищением (они ведь пришли спасти чью-то жизнь) и тревогой (а вдруг они заберут моего ребенка?)

«Родители и дочка поддержали меня и с радостью приняли Степу в нашу семью». 

Встреча с сотрудником меня не воодушевила, а отрезвила: даже относительно здоровых детей нет, а брать инвалида я была не готова. Встала на очередь у федерального регионального оператора в Дзержинске, съездила в область. Затем ежедневный обзвон, мне отвечают: «Подписано согласие», «Ребенок в семье», «Забирает мама», «Диагноз». Меняю критерии поиска: возраст, диагнозы, дальний регион. Каждый день мониторю форум приемных родителей, Littleone, база данных сирот по России, Усыновите.ру…

Проходит неделя, вторая, я начинаю паниковать: «Срок действия заключения скоро заканчивается. А вдруг с работы погонят, не успею взять ребенка». Радовало только одно: за детьми очередь, почти здоровые дети не остаются сиротами.

Я проходила однажды мимо церкви и зашла. Люблю постоять в сумеречном помещении, привести мысли в порядок, подумать о вечном. Попросила у Бога, чтоб у меня всё получилось с ребенком. И вскоре произошло чудо: мне позвонили и предложили познакомиться с десятимесячным Степой.

«Хочу! Это же «мой» возраст, да еще и мальчик — все как я хотела!», — ответила я и стала собираться в далекую дорогу за моим сыном.

«Это мое?!»

…В доме ребенка в комнату, где меня попросили подождать, зашла женщина с малышом в руках, которого она без предисловий и напутствий мне вручила. У меня случился ступор, улыбка расплылась до ушей, я ощутила растерянность — это мое?! Я стала гладить его по спинке, он успокоился и пригрелся на моих руках. Внутри у меня ничего не екнуло, не щелкнуло, но мне он так понравился, что до конца не верилось, что его мне вот так вот просто отдадут.

Знакомство с сыном.

Минут через 20 Степу забрали, и я помчалась обратно в опеку подписывать согласие. Потом я стояла в дверях и прощалась, а слезы лились у меня из глаз. Почему он достался мне? Ведь очередь же!

Работница опеки ответила: «Я чувствую людей, за что меня часто ругает начальство, мол, надо по очереди предлагать! Но часто я просто сердцем чую, что этот ребенок подойдет этим родителям!»

Я вспоминаю о нашем пути домой с умилением и нежностью. Мой новенький сын всецело доверял мне и, ни разу не заплакав по пути, отлично кушал пюрехи. Первой реакцией на нас у пассажиров было невольное закатывание глаз, что вот ведь досталась нам попутчица с маленьким ребенком, но Степа был послушен и мил.

Выходя из поезда на самом длинном участке пути, я услышала слова проводницы, сказанные про нас какому-то мужчине: «Какие хорошие пассажиры, обрати внимание. А мальчик — ангелочек. Даже жаль, что они выходят».

Дома Степа начал потихоньку оттаивать

Поначалу Степа лежал бревнышком и не реагировал ни на «козу-дерезу», ни «рельсы-рельсы, шпалы-шпалы». Первые дни я даже не знала, какой у него голос, потому что он не умел плакать. В детских домах плакать незачем, потому что никто не подойдет, и сердце у ребенка замораживается, чтобы не испытывать больше таких переживаний.

Дома Степа начал потихоньку оттаивать, у него прорезался голос, он стал плакать. Несколько раз ночью я внезапно просыпалась, подходила к кроватке посмотреть на Степу и видела, что он беззвучно плачет. Тогда я брала его на руки, успокаивала, говорила, что теперь он с мамой, плакать не надо, уже все хорошо. И на моих руках только его всхлипы, какие остаются у детей после истерики или долгого плача, напоминали о его слезах.

«Теперь Степа — твой брат»

С первого дня моя кровная дочь Полина спросила разрешения называть Степу братиком. Мне приходилось каждый вечер укладывать его на ночь, а если он долго не засыпал, то долго гулять с ним на улице, пока не уснет. Мама очень меня выручала и иногда заменяла на этих прогулках. И ни разу от Полины я не услышала, что провожу со Степой слишком много времени.

«Вы связаны по жизни крепкой ниточкой».

Однако моя дочка и ее названный брат могли и разругаться, и Полина тогда просила, чтобы я унесла Степу обратно, на что я полушутя, ей отвечала, что уже поздно, теперь Степа — твой брат, и вы связаны по жизни крепкой ниточкой.

В таких ситуациях я каждый раз подчеркиваю, что они семья и ближе их нет никого на свете. А если Степа начинает спорить с Полиной, то говорю ему: «Полина старшая, слушайся ее».

«Генов не боитесь?»

«Генов не боитесь?» — это один из самых популярных вопросов от людей, которые впервые узнают о том, что Степу я взяла из детского дома. А что значит гены? За каждым человеком стоит череда предков. Среди них есть как красивые, умные, добрые люди, так и слабые, злые, больные. Это так и у меня, и у Степы, и у любого другого человека, просто надо это принять, чтобы дальше уверенно и спокойно идти по жизни.

«Мои мечты об усыновленном ребенке реализовались».

Степа — очень компанейский человек, он может разговорить любого: малыша, подростка или взрослого, найдет себе собеседника в любой компании. Я учусь у него этой открытости, тоже хочу уметь вот так легко и просто заговорить с понравившимся человеком.

Мои мечты об усыновленном ребенке реализовались, и это оказалось даже лучше, чем я могла себе представить. Я счастлива, что решилась действовать, собирать документы, искать ребенка по всей России. В итоге мне достался Степа. И это не мы делаем его счастливым, а он нас!

Все фото — из архива Светланы Ворожбянской.

2 комментария

  • Анна Заря

    Как здорово читать такие истории! Счастья вам!

    14 мая 2019
    • iolanta_kachaeva

      Анна, спасибо за комментарий! И наш фонд очень рад делиться историями приемных семей!

      14 мая 2019

Добавить комментарий

Оставить комментарий через соц-сети

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *