Врач сказал мне о сыне: «Он у вас ещё абсолютный ребёнок»

Анна стала приёмной мамой в 50 лет. К тому времени старшие дети выросли, и она задумалась, чем они с мужем займутся на пенсии. Телевизор, прогулки в парке? Не хотелось быть просто потребителем. Сначала дети, а затем и супруг поддержали Анну решении принять в семью ребёнка  

Так в их семье появился 4-летний мальчишка. Сейчас ему 18. Анна решила поделиться опытом и подробно рассказала, что происходит с приёмным ребёнком, когда он становится подростком.

По просьбе семьи мы не называем фамилии героев и не публикуем их фотографий.

Мне достался «подарочный» ребёнок

13 лет назад я привезла домой четырёхлетнего малыша, теперь «малышу» почти 18, вместо «худосочного цыплёнка» — спортивный, умный, очень добрый красивый парень под метр восемьдесят.

Моя история усыновления не совсем стандартная, потому что мне достался «подарочный» ребёнок, абсолютно сохранный интеллектуально, у меня с ним случилась «любовь с первого взгляда». Ни у меня, ни у него вообще не было так называемой адаптации (адаптация, довольно сложная и длительная, была у моего мужа, но это я оставляю за скобками рассказа. Во-первых, потому что она завершилась вполне благополучно, а, во-вторых, это не имеет прямого отношения к той теме, которую я хотела бы обсудить).

Сейчас сын учится в одиннадцатом классе, есть планы на учёбу в вузе, отношения у нас с ним по-прежнему замечательные, но при этом всё, о чём я расскажу, коснулось и нашей семьи.

Разбитые розовые очки: правда или вымысел?

Очень часто, когда рассказываешь о благополучной истории усыновления, в ответ пишут и говорят: «Глупо жить с “розовыми очками”, снимите уже их наконец!» Мол, вы ничего не понимаете, вот погодите, начнётся переходный возраст, и тогда получите по полной и осознаете, что «от осинки не родятся апельсинки».

Итак, переходный возраст у моего мальчика наступил давно, длится уже несколько лет, и что я теперь могу сказать? Правы ли те, кто утверждают, что подростковый возраст вдребезги разобьёт иллюзии в отношении приёмного ребёнка? Скорее нет, чем да.

В чём правы «разрушители розовых очков»? В том, что пубертат, безусловно, усиливает какие-то негативные тенденции, просчёты и проблемы. Но здесь ситуация абсолютно идентична ситуации с переходным возрастом у кровных детей, ничего необычного или нового.

В чём категорически неправы? В том, что вместо чудесного, хорошего, любимого и любящего ребёнка вы обязательно увидите «ущербную сущность» приёмного, который тут же покажется вам и не любящим, и не добрым.

Приёмный ребёнок становится подростком. К чему быть готовыми?

Хочу коснуться темы, которой обычно стараются избегать: состояние психического здоровья приёмного ребёнка и отношение к этой проблеме родителей. Здесь есть тончайшая грань, и осторожно пройти по ней очень сложно.

Мы принимаем в семью детей, которые — все без исключения! — во-первых, получили в раннем детстве жесточайшую психологическую травму и, во-вторых, находятся в многолетнем стрессе. Поэтому первичная, скажем так, «отсталость» приёмного ребенка — это нормально, это зачастую (но не всегда!) не болезнь, в семье ребёнок быстро развивается.

ИЗМЕНИТЬ НЕ ОДНУ ЖИЗНЬ

Но! Эти дети — ВСЕ! — подранки. И сейчас я понимаю, что даже если вам кажется, что адаптация прошла успешно, что всё плохое осталось в прошлом, что ребёнок «ничем не отличается от «обычных детей» — это не так. Шлейф того, что случилось, останется с ним на всю жизнь. И нам, родителям, надо об этом помнить всегда.

Мы принимаем в семью детей, которые по своему физическому, психологическому и интеллектуальному развитию заметно отстают от сверстников. И если физическое, а потом и интеллектуальное, отставание постепенно навёрстывается и во многих случаях приходит в норму, то вот с психологическим отставанием всё намного сложнее.

Не спешите социализировать

Итак, первая «ловушка для приёмных родителей»: возраст ребёнка по документам и возраст фактического развития не совпадают. Поэтому не спешите четырёхлетку отдавать в детский сад, а семилетку в школу.

Да, вы можете подготовить ребёнка, научив писать и считать, но, поверьте, он ещё не готов, он — маленький! Не спешите «социализировать», записывая во всевозможные кружки или отправляя в детский лагерь, дайте ему прожить с вами в семейном кругу «непрожитое» младенчество.

Не бойтесь посетить психиатра

Вторая «ловушка»: как понять, где адаптация или вполне объяснимое отставание в развитии, которое потом компенсируется, а где проявление психического заболевания?

К сожалению, большинство взрослых в нашей стране очень боятся такого специалиста, как психиатр.

Какие утверждения можно услышать? «Только приди на приём — сразу на учёт поставят и это крест на всю жизнь»; «Травить таблетками?! Да это же химия, он совсем овощем будет»; И даже такое: «Он потом водительские права получить не сможет».

И вот живут приёмные родители с таким предубеждением, а очевидные проблемы с детьми, их поведением и неадекватными реакциями на всевозможные житейские обстоятельства тем временем нарастают.

Родители списывают всё на затянувшуюся адаптацию и тратят немалые деньги на бесконечные походы к психологам, которые, по большому счёту, не помогают и помочь не могут.

Надо перестать быть страусами — прятать голову в песок — и понять: большинство психологов (не путать с клиническими психологами) не имеют медицинского образования. В лучшем случае у них высшее образование по специальности «психология», но чаще — всевозможные курсы.

О психических заболеваниях

А у многих приёмных детей — по причинам, о которых я указала выше, — есть абсолютно стандартные проявления психических заболеваний. И чем быстрее это осознают приёмные родители, тем лучше и для них, и для детей. Звучит ужасно: «психические заболевания», и многие будут возражать, мол, «мой ребёнок не псих!», но давайте разберёмся спокойно. Спектр психических заболеваний чрезвычайно широк — от неврозов и тревожных расстройств, которые знакомы практически каждому из нас, до тяжёлых форм шизофрении.

В наш информационно-насыщенный век многие дети, даже кровные в обычных благополучных семьях, не справляются с информационным валом и очевидной перегрузкой.

Многие вполне благополучные родители вполне благополучных детей водят их к психиатрам. Разумеется, это частные детские психиатры, и к хорошим специалистам записаться очень трудно, приём у них расписан на несколько месяцев вперёд.

Поэтому приёмным родителям я бы искренне посоветовала отбросить страхи и предубеждения в отношении психиатров и обязательно прийти с ребёнком на консультацию. Да, высокопрофессионального специалиста найти трудно, а приём стоит дорого, но тут уж дело настойчивости и осознанности родителей.

Читать также — Четыре главных вопроса о группах здоровья детей-сирот

Наш опыт обращения к специалисту

В нашей с сыном истории мы столкнулись с проявлением из спектра тревожно-депрессивных расстройств. Сейчас я понимаю, что «звоночки» были давно, но без определённых знаний понять это было невозможно.

Сталкивались ли вы с тем, что ребёнок стал прогуливать школу, кружки и курсы? При этом обманывает до последнего, потому что страшно признаться? Долго спит и вам трудно разбудить его утром? А вечером и ночью бодрый, активный и вообще предпочитает ночные прогулки? А в младшем возрасте «на ровном месте» были немотивированные истерики? Были ли у вас ситуации, по сути, радостные или торжественные, но они выходили за рамки привычного ритма жизни, поэтому ваш ребёнок вместо того, чтоб веселиться, паниковал или вёл себя как бука? Разумеется, все перечисленное не означает «автоматический» диагноз, но, тем не менее, это может быть диагнозом.

У нас ситуация год назад дошла до кризиса. Я просто не понимала, что происходит. Сын перестал ходить в школу, подолгу спал, не мог заниматься учёбой даже в течение пятнадцати минут, а ночью уходил гулять. Общаться, «достучаться» тоже не получалось, между нами была словно ватная стена.

В какой-то момент я даже подумала, что это дебют шизофрении, и мысленно настраивала себя на такой страшный вариант, прикидывая, какое лечение и где может быть.

«Просто ждать, когда повзрослеет»

К счастью, сын вырос умным, начитанным парнем, он сам осознавал, что ему нужна врачебная помощь.

У нас с ним был очень плохой опыт обращения к психологам, сын про них слышать не хотел, но легко согласился на визит к психиатру. Первый же врач сразу отмёл мои опасения, сказав, что никакой шизофрении и в помине нет (позже другие врачи это подтвердили). В тот момент услышать такой вердикт было для меня, безусловно, счастьем!

Врач сказал: «Он у вас ещё абсолютный ребёнок». И вот что делать мне, если у почти взрослого сына множество социальных «надо»: надо учиться, надо приписываться в военкомат, надо определяться с дальнейшей учёбой и работой? Врач развела руками: «Просто ждать, когда повзрослеет».

Теперь я понимаю: никуда эти годы «непрожитого детства» не делись, ребёнок все равно «допроживает» их, пусть с опозданием.

Детали опускаю, но диагноз у сына есть из спектра тревожных расстройств, лечение подобрано, всё нормализовалось. Разумеется, это не значит, что всё прошло, это не насморк, который можно вылечить за неделю.

Тревожные расстройства — то, что может быть и есть у многих приёмных детей. Как с этим жить? Так же, как живут, например, люди с диабетом: ты знаешь свою особенность, следишь за своим самочувствием и вместе с врачами корректируешь при необходимости своё состояние.

Значит ли это, что человек пожизненно приговорён к лекарствам? Не обязательно. И чем раньше родители увидят и начнут помогать своему ребёнку, тем легче будет ему потом.

Люди с диагнозом из этого спектра вполне имеют право получить права и водить машину, да и вообще жить обычной жизнью (к слову, о «страшных ограничениях» и «кресте на всю жизнь»).

Правда, врач сказал нам, что с таким заболеванием люди особенно активны и бодры вечером и ночью, проблема с невозможностью вовремя рано вставать никуда не денется, поэтому нужно продумывать будущее трудоустройство с учётом этого фактора.

Советы родителям

Первое, если вы понимаете, что с ребёнком «что-то не то», если его реакции кажутся странными или даже выходящими за рамки разумности, не стоит говорить себе, что это адаптация или проявление уникальности личности ребёнка.

Я бы посоветовала забыть такие расхожие фразы: «Да он просто вами манипулирует», «Он проверяет ваши границы». Истинной причиной какого-то огорчающего вас поступка ребёнка может быть совсем не «плохой характер» или «дурная наследственность», и уж тем более не объяснение, что «детдомовские привыкли воровать, обманывать и драться».

У вас должно быть внутреннее понимание, что есть возрастные нормы поведения, есть стандартные поведенческие реакции. Если ребёнок ведёт себя абсолютно за рамками этих норм, найдите грамотного психиатра и сходите вместе к нему на приём. Хороший психиатр поможет вовремя, на начальном этапе минимизировать тот вред, что причинили ребёнку в раннем детстве.

Второе. Бывают сказочные истории, как моя, когда взрослый и ребёнок нашли друг друга и стали родными с первой же встречи, но это, наверное, редкость: нужно привыкать друг к другу и пережить адаптацию.

Но и этот процесс не должен выходить за определенные рамки времени и адекватности. На мой взгляд, большая ошибка списывать все что угодно на адаптацию: многочасовые истерики, крушение всего и вся, немотивированная жестокость и агрессия. Не стоит надеяться, что ребёнок «перерастёт». Но помочь ему можно и нужно.

И тогда через много лет вы увидите, что ваш любимый повзрослевший ребёнок — всё такой же умный, добрый и любящий.

Фото — freepik.com