Когда в России отменят тайну усыновления?

Обновлено — август 2026 г. 

Тайна усыновления охраняется законом

В Национальной стратегии действий в интересах детей до 2017 года предлагали ввести систему открытого усыновления, но что изменилось? Тайна усыновления до сих пор охраняется законом (статья 139 Семейного кодекса РФ). За её разглашение предусмотрена уголовная ответственность (статья 155 УК РФ).

Идея открытого усыновления вызвала много споров. Некоторые эксперты считают, что решение о раскрытии информации должны принимать сами усыновители. Насколько это справедливо? Как поступают в ситуациях, когда необходимо сохранить тайну?

Три разных аспекта

О целесообразности тайны усыновления мы побеседовали Алексеем Рудовым, основателем Школы приёмных родителей, руководителем направления развития семейного устройства благотворительного Фонда «СЕМЬЯ», усыновителем.

Алексей Рудов. Фото — из личного архива.

— В «Национальной стратегии в отношении детей» одним из пунктов значилась отмена тайны усыновления. По-вашему, отмена тайны должна когда-то произойти?

— В вопросе тайны усыновления —  масса заблуждений. Чаще всего сливают в один котёл три принципиально разных вещи:

1. Тайна личной жизни. Посторонние люди не должны знать, что происходит и вмешиваться в дела семьи).
2. Конфиденциальность данных. Органы власти должны соблюдать конфиденциальность полученных данных при любой работе с гражданами.
3. Информация об усыновлении. Случается, что ребёнку не говорят, что он пришёл в семью таким образом (был усыновлён).

Дублирование норм закона

Это три разных ипостаси. Первые две дублируются другими нормами закона.

Так, тайна личной жизни защищена Статьей №137 Уголовного кодекса  РФ – Нарушение неприкосновенности частной жизни. При этом нет разницы – усыновление, болезнь или другая личная информация.

Второе – тема конфиденциальности информации, получаемой государственными и муниципальными служащими при предоставлении государственных и муниципальных услуг. У чиновников и судей есть собственные нормы, которые требуют её соблюдать.

Право ребёнка знать свою историю

И остается третья вещь, которая никогда не была тайной. То, что усыновители довольно часто не говорят ребёнку об усыновлении. Но это вопрос воспитательных прав и обязанностей.

На самом деле, у ребёнка есть право знать свою историю. Это право закреплено в статье 54 Семейного кодекса (Право знать родителей насколько это возможно, на уважение человеческого достоинства и т. п. – ред.) и в Конвенции о правах ребёнка.

Однако в  Федеральном законе №143 «Об актах гражданского состояния» указано, что информацию об усыновлении может получить только усыновитель. Тем самым, право ребёнка знать о себе ущемляется. Говорят: ну как же, если он получит информацию, тайна будет раскрыта, некое третье лицо кроме усыновителей узнает.

Но, простите, если ребёнок обратился, он  уже знает или догадывается, иначе как бы пришла такая мысль в голову? Почему его должны держать в неведении в отношении самого себя – взрослого, самостоятельного гражданина?

Первая поправка

Поэтому первая поправка, которая была предложена – внести правку в Федеральный закон №143 и расширить перечень людей, которые имеют право получать информацию. В частности, сам усыновлённый и его потомки.

А почему — нет? Это естественное право. Никто не ратует за открытое усыновление, когда ребёнок сохраняет контакт с биологическими родителями – здесь отдельно люди могут договариваться. Но пока, к сожалению, многие СМИ сваливают всё в кучу – если отменить тайну, то, якобы, будет открытое усыновление, это не так.

Убрать норму, которая не работает

Второе важное изменение, — убрать норму, которая, в принципе, не работает, зато вводит в заблуждение многих людей и создаёт усыновлению ореол ущербности, которую нужно скрывать.

Если вчитаться в текст 155 статьи Уголовного кодекса – «разглашение тайны усыновления», то сразу станет видно, что срабатывает она только тогда, когда тайна нарушена не вообще, а с какими-то «низменными» целями. Например, присутствует вымогательство.

Если вымогательство не установлено, то доказать низменность крайне сложно и на практике наказать разгласившего по этой статье невозможно.

Ребёнок должен знать, что он – приёмный

А вообще, по нашему опыту, ребёнок должен знать и понимать, что он – приёмный.

Во-первых, любая тайна в семье – это как мина замедленного действия, которая взрывается в самый неподходящий момент. И не обязательно какой-то злодей должен сказать ребёнку. Просто так устроена современная жизнь, что есть масса ситуаций, при которых дети это обязательно узнают.

Допустим, лечение или получение самими детьми загранпаспорта. Заполняя форму на получение загранпаспорта, нужно указать в отдельной графе меняли ли фамилию.

Если не знает, то пишет: не менял. Паспортистка, которая проверяет по базе, не будет интересоваться тем, в связи с чем она менялась. Просто придет отказ, в котором будет указано, что форма заполнена недостоверно, фамилия была изменена.

Фамилия изменена

— А такие случаи были?

— Да, были. Например, вызывают человека и говорят: вам отказано в выдаче визы, потому что вы меняли фамилию, но не указали. Что, простите, должен думать взрослый человек?

Что касается более младших детей, они тоже быстро это начинают понимать, так как очень наблюдательны. Ко мне на консультацию приходила совсем молодая девушка (15 лет), спрашивала: «Как мне рассказать отцу, чтобы он – пожилой человек, переживший два инфаркта – не умер, когда я скажу ему, что всё знаю?»

Приходила другая девушка, она не знала как поговорить с мамой. И рассказала: «Я смотрю на маму, и когда по ТВ начинается передача про усыновление, мама нервно хватает пульт и переключает канал».

Это отражается на лице родителей. Невозможно в своей семье быть штирлицами всю жизнь.

Дети будут задавать вопросы

Дети будут задавать неудобные вопросы прямо в глаза, на них прийдется отвечать, краснея и бледнея. Можно услышать, когда ребёнок выяснит правду, не дай Бог, со стороны: «Ты мне столько лет врала, как я могу тебе доверять дальше?»

Другое дело, если дети знают изначально, а не узнают в 14-20 лет, когда это может стать травмой. Для маленьких ведь главное другое: не происхождение, а как их принимают, любят, ценят, считают ли членами семьи, в которой они растут.

И простой пример – супруги.  Моя жена, она же мне не родственник. Но это не значит, что я её не люблю и что она – не самый близкий мне человек. То же и здесь.

Защита детей или самих себя?

Когда скрывают, часто мотивируют так: мы, мол, защищаем наших детей, которые узнают и расстроятся. Но такие люди защищают себя. Они боятся признаться себе и ближайшему окружению, что не способны родить.

Это такая ширма: «Я соответствую, я полноценный». Они сами для себя придумывают проблему, а потом её мучительно решают. И всё время находятся в прессинге, не зная откуда правда выскочит – кто появится, что скажет?

Вот, пришел ребёнок из школы мрачный и бросил портфель в угол. Что: двойка или сказали? Ну, так? Ведь так?

«Ты знаешь?..»

А дети, от которых и не скрывали, относятся к своему происхождению совершенно спокойно. Есть такая смешная история, когда к шестилетнему ребёнку, который знает о своем усыновлении, подошли и довольно в грубой форме сказали: «Ты знаешь, что ты выкормыш, да?» Ну, ребёнок довольно спокойно ответил: «Вообще-то мне папа и мама не разрешают ругаться, но я от этого правила отступлю — тётя, идите …»

Потому что ребёнок ощущает себя в семье ровно так, как его родители. Если они тревожны, боятся, беспокоятся и переживают, ребёнок тоже будет делать так. Неважно, о чём мы говорим: инвалидность, какая-то национальность, не уважаемая где-то кем-то за что-то.

Как родители относятся?

Главное – как родители относятся. Если усыновители сами считают, что они ущербные, то ребёнок это будет точно так же ощущать и реагировать, а если нет, то нет.

Например, у нас в классе было два мальчика еврея. В советские годы это было не очень удобно, тем более, тогда шла такая психологическая война, когда был открыт кордон и многие уезжали. Отношение было такое: ну и валите отсюда!

И вот один из мальчиков гордился, говорил: «Да, я – еврей, у нас такая-то история, столько-то исторических личностей, и что?» А другой, при наличии всех внешних признаков, говорил: «Нет, у меня в паспорте написано «русский».

Вопрос: кого били?

— Второго?

— Конечно. Достают того, кто реагирует. Не того, кто другой, а того, кто принимает на себя этот удар и считает, что он здесь поражён. Это, в принципе, главное, что можно сказать на эту тему.

Об этом знают минимум 50 человек

— Бросается в глаза, что среди специалистов мнение «я против тайны усыновления» является общим, тогда как в интернете среди комментаторов часто встречается другое. Например, говорят: «тайну нужно сохранить, чтобы защитить ребёнка», или «я девять месяцев носила подушку под одеждой, я зря, что ли, старалась?»

— Вы ответили на свой вопрос. То есть она подтверждает, что старалась, и, спрашивается, зачем она терпела? Ведь можно было не терпеть.

Опять же, это страхи. Люди склонны свои страхи обосновывать интересами детей. Например, вырос ребёнок разгильдяем – это в дедушку, зато рукастый – это в меня. Всё негативное оправдывается генетикой или чьим-то вмешательством, а позитивное – своими талантами. Это обычно.

Когда люди не вникают, они не понимают как часто ребёнок узнаёт свое происхождение потом. Это странная самоуверенность, что это можно в принципе скрыть. Представьте, вот вы не знаете чего-то очень важного, а все вокруг знают. Или, как говорится, если какую-то тайну знают более, чем двое, то её знает и свинья.

При современном процессе принятия ребёнка в семью об этом знают минимум 50 (!) человек. И ещё от органов госвласти, консульских организаций никакой тайны нет. И это всё ударит по уже относительно взрослому человеку.

Как мне найти своих родственников?

Мне пишут взрослые, пожилые люди, спрашивают: «Как мне найти своих родственников?»

Почему? Ведь когда они узнали, кто они такие, близости и духовных отношений не возникло с приёмными родителями. И они ищут просто кого-то, к кому они могут прислониться, к чему могут принадлежать.

Когда у ребенка формируется принадлежность, когда его приняли в род – это одно. Другое дело, если семья боится, что не полюбит этого ребёнка. Они транслируют свои страхи на него. Так устроена психология передачи поведения при воспитании.

Ребёнок должен знать о своем происхождении

Прежде всего, ребёнок должен знать о своем происхождении. Он должен иметь право получить по исполнению 16 или минимум 18 лет информацию о себе.

Но главное, что в принципе такая статья как тайна усыновления не должна существовать. Она негативно стигматизирует саму идею усыновления, создает тайный способ стать родителем.

Усыновление и рождение – это разные вещи. А все тайное ничем хорошим не заканчивается.

Фото — magnific.com