Мария Мартынова – топовый поклонник странички фонда «Измени одну жизнь» в Фейсбуке. А еще Мария – приемная мама, директор интернет-магазина детской одежды.

Мария рассказала, как соцсети помогли ей погрузиться в тему социального сиротства и приемного родительства, узнать о фонде «Измени одну жизнь» и проникнуться его миссией, а также найти и взять в семью ребенка – любимую дочку Вику.

Мария с детьми.

Вместо женской консультации пришла в дом ребенка

— Вы не только топовый поклонник, наш активный подписчик, а еще и приемная мама. Как погружались в тему социального сиротства и приемного родительства?

— В тему я окунулась благодаря соцсетям. Мой давний френд в Живом Журнале поделилась планами о приеме в семью ребенка.

Дальше мы все с замиранием сердца следили за развитием этой истории и дружно радовались, когда девочка наконец-то оказалась дома.

У нас с мужем в тот момент был двухлетний сын и мы подумывали о втором ребенке.

— Когда сделали свой первый шаг к приемному родительству?

Решение пришло ко мне совершенно внезапно. В один день я вышла из дома и отправилась в женскую консультацию. Там у меня была назначена встреча с врачом по планированию беременности.

И вдруг я повернула и пошла в ближайший дом ребенка. Мы тогда жили совсем рядом от него.

На тот момент я еще почти ничего не знала о «ничейных» детях, представляла себе розовощекую девчушку с глазами в поллица, прямо куклу, которую я увижу и заберу домой.

— И что вам сказали в доме ребенка, как встретили?

— Мне повезло. Меня впустили на территорию, я поговорила с директором, и мне даже разрешили погулять с одной из групп. Дети, которых я увидела, были совсем не похожи на розовощеких кукол.

Я ушла оттуда в глубокой задумчивости. И стала копать Интернет. Я пересмотрела миллион анкет, перечитала кучу статей и обсуждений на форумах.

Знакомство с фондом «Измени одну жизнь»

— Какие открытия ждали вас?

— Интернет вывел меня на сайт Радио России, где была организована рубрика «Обыкновенное чудо». Стало понятно, что розовощекими красавцами и красавицами дети становятся только дома, а с фотографий «до того как» обычно смотрят несчастные и грустные «гадкие утята».

Вика прощается с домом ребенка.

Я прочитала много историй усыновителей. Удивилась, какими разными путями люди идут к своим детям. Изучила сложности, которые могут возникнуть. Больше узнала о том, что такое жизнь в доме ребенка и детском доме, и как она сказывается на психике детей.

Читать также — 5 шагов к принятию ребенка в семью

Узнала про этапы адаптации и различные сложности, с ней связанные. Познакомилась с волонтерами и приемными родителями (со многими общаемся до сих пор). И постепенно так погрузилась в тему, что уже точно решила, что хотя бы одного ребенка из системы я домой заберу.

— Расскажите о вашем знакомстве с фондом «Измени одну жизнь», чем отозвалась вам миссия – помочь детям найти семью и больше ее не терять?

— По соцсетям мы были знакомы с Юлией Колесниченко, руководителем информационно-просветительского направления фонда «Измени одну жизнь», видимо, от нее и узнала о фонде.

Миссия мне очень близка. Мне кажется, что главная помощь, которую можно оказать детям, оставшимся без родителей, это найти им родителей, семью.

Никакие подарки и поездки не заменят родителей, семейные отношения. Поэтому я согласна: нужно делать все возможное для того, чтобы дети жили дома, а не в учреждениях.

— Чем еще вас «зацепила» деятельность фонда?

— Когда я 13 лет назад «заболела» этой темой, общая установка государства в отношении детей-сирот была нацелена на «неразглашение сведений». Категорически запрещено было не то, что видеоанкеты снимать, но в принципе, посещать детские дома, делать фотографии детей и рассказывать о них.

Дети жили «в системе» за высоким забором – и реальным, и информационным. Только люди, уже получившие Постановление о праве быть опекуном или усыновителем, допускались к информации о детях.

И информация была очень лаконичной. Страшненькое фото неизвестной давности, пара слов о здоровье и статусе.

Собирала крупицы информации

— Где вы увидели впервые свою будущую дочь?

— В Москве только один дом ребенка имел особый статус и разрешение на пиар детей – Дом ребенка номер 7, т.к. туда направляли детей от ВИЧ-положительных родителей, и потенциальные усыновители обходили это учреждение стороной.

Читать также — 4 главных вопроса о группах здоровья детей-сирот

Благодаря активной позиции директора этого дома ребенка Виктора Крейдича и самоотверженной работе волонтеров, был создан специальный сайт, на котором волонтеры регулярно выкладывали фотографии детей, сделанные с любовью, а также небольшие рассказы о характере, привычках, настроениях и успехах малышей.

Именно на этом сайте я и увидела свою будущую дочку Вику, потому что она подходила по полу и возрасту. И я решила, что Вика должна жить у нас.

А дальше уже были шаги по достижению этой цели. Самым сложным было уговорить мужа. Документы я собрала быстро и с опекой проблем не возникло.

Первый день дома.

Весь период сбора документов я постоянно заходила на сайт, вглядывалась в фотографии, бесконечно перечитывала строчки описания. Каждая крупица информации была бесценной.

И эта информация сыграла ключевую роль.

— Чем вас тронул рассказ о Вике? Были ли какие-то страхи?

— Волонтеры не сообщали, что Вика дочь балерины и ученого или показывает выдающиеся результаты в развитии.

Просто человеческие слова делают из строчки в базе данных живого, реального ребенка, которого сразу хочется утащить домой и никому не отдавать.

Конечно, до самой первой встречи с Викой во мне жил большой страх – вдруг там настолько серьезная ментальная инвалидность, что мне не хватит сил справится, вдруг ребенок настолько эмоционально «замороженный», что я не смогу построить с ним эмоциональный контакт. К счастью, буквально на первой же прогулке с Викой мои опасения развеялись.

В моем окружении не было никого, кто бы сразу поддержал меня в идее приемного родительства. Все очень переживали и просили меня «еще сто раз все обдумать». Но зато, как только Вика появилась у нас дома, вся семья ее сразу же приняла. И с первого дня она стала «нашей», своей, любимой. Так и продолжается по сей день.

Я считаю, что любая информация о ребенке очень важна для потенциальных усыновителей.

А видеоанкеты, которые показывают: как ребенок говорит, о чем мечтает (для старших), как реагирует, как играет (для малышей) – они делают ребенка не просто видимым, живым и реальным, но еще и знакомым, понятным, не страшным. И это очень важно.

Читать также — Как мы создаем видеоанкеты

Я уверена, что видеоанкеты многократно увеличивают шансы ребенка попасть в семью.

Развенчать мифы о сиротах и детских домах

— Какие еще задачи решают ролики, в которых можно увидеть детей-сирот?

— Видеоанкеты, которыми люди делятся с друзьями и читателями в своих социальных сетях,  делают этих детей видимыми для общества в целом.

Как только Вика появилась дома у Марии, вся семья ее сразу же приняла. Вика с братом.

Те, кто даже не задумывался о возможности стать усыновителем или опекуном, кто никогда не интересовался вопросами «ничейных» детей, видят этих реальных мальчиков и девочек.

Видят, что это не «страшные и ужасные беспризорники-детдомовцы», а вполне обычные мальчики и девочки, которые ходят в школу, читают стихи, увлекаются футболом и рукоделием, общаются со сверстниками. Что эти дети не так уж сильно отличаются от «домашних».

И те, для кого эти дети становятся частью семьи – это не «безумные герои», а вполне обычные люди.

То есть, я думаю, что эти видеоанкеты выполняют еще важную функцию дестигматизации детей-сирот и темы семейного устройства в целом, капля по капле развеивают мифы об «ужасных монстрах, которых пригрели добрые люди, а они всех убили, потому что гены» и прочие кошмары, которые рождаются в информационном вакууме.

— Не секрет, что многие считают детский дом неплохим решением проблемы сиротства в России. Как развенчать подобные мифы?

— Мне кажется, взрослому, который считает, что детям лучше в учреждении можно задать простой вопрос: «Хотелось ли бы вам провести 10-15 лет своей жизни в хорошо оборудованной больнице?

Допустим, там комфортные 2-3 местные палаты, есть все врачи, организовано пятиразовое питание, есть телевизор (программу для просмотра выбирает персонал), выдают чистую больничную одежду (из общего шкафа), суп, второе и компот (из общей кастрюли).

Дети должны жить в семье.

Допустим, там доброжелательный персонал. И даже несколько раз в год организованы коллективные поездки в театр и дельфинарий. В остальное время покидать территорию больницы запрещено. Вы бы хотели для себя такую жизнь?»  Это я описала самый благополучный вариант.

Можно сгустить краски. «Представьте себе, что вы оказались парализованным в больнице, где кроме вас еще 30 таких же больных и всего две медсестры на этаж. Еду в вас вливают через зонд, вне зависимости от вашего желания, по часам.

Памперс меняют дважды в сутки, вне зависимости от загрязнения. Весь день вы предоставлены сами себе. Вы можете только лежать на кровати и смотреть в потолок. На попытки позвать кого-то, даже если вы очень сильно будете кричать – никто не придет.

Возможно, в другой жизни вы были доктором наук или телезвездой. Здесь это никого не волнует. С вами никто не будет разговаривать. Вы просто один из пациентов, овощ, никому до вас нет дела. Ваша смерть никого не огорчит, просто станет строчкой в статистике – выбыл, койка свободна».

Читать также — Особенное материнство, Или «Скажите, он станет когда-нибудь нормальным?»

Этот вариант кажется совсем жестоким, но это обыденная реальность для многих домов ребенка, особенно специализированных.  Это просто будни. Я даже не касаюсь темы ужасов и преступлений, с которыми столкнуться у ребенка в «системе» шансов многократно больше, чем у любого домашнего ребенка.

Дети должны жить дома. И каждому ребенку нужен его собственный любящий взрослый – мапа, папа, бабушка, дедушка, или все вместе.

Любая помощь может изменить чью-то жизнь

—  Что важное находите для себя на страничке фонда в Фейсбуке, чем делитесь, делаете репосты?

— Читаю истории усыновителей, иногда статьи. Сейчас какой-то потребности в специализированных статьях и материалах почти нет.

Вика дома уже 13 лет. И если какие-то проблемы и возникают, то они уже скорее не «тематические», а обычные, подростковые, как у всех.

Смотрю все видеоанкеты. Делюсь иногда анкетами, которые особенно зацепили. Я получала сообщение, что ребенок, чью анкету я продвигала, нашел семью. Конечно, радостно за каждого ребенка.

Но я считаю, что моей заслуги в этом нет, это произошло благодаря работе фонда и других людей – сотрудников дома ребенка, опеки, преподавателей ШПР.

Мне кажется, что в нормальном государстве помощь таких людей как я просто не потребовалась бы. Такие фонды должны напрямую финансироваться государством.

Но, пока это не так, мы конечно, будем помогать, чем сможем.

— Как вы считаете, кто может стать приемным родителем, какими качествами должен обладать человек?

— Для меня вопрос «кто может стать приемным родителем» звучит несколько странно. Ведь обычно не принято спрашивать – «Кто достоин стать родителем? Какими качествами должен обладать человек, чтобы стать родителем?»

Каждому ребенку нужен его собственный любящий взрослый.

Приемный родитель, мне кажется, это такой же родитель, как и «неприемный». И самые разные люди становятся родителями. Как в известном стихотворении: «Мамы разные нужны, мамы разные важны», к которому я бы добавила еще и пап, и бабушек с дедушками.

Любой человек может стать родителем, если он этого хочет. При этом, не всегда и не у всех есть физическая возможность (как родить, так и взять приемного ребенка).

Люди откладывают (или ограничивают) свое родительство из-за собственной неустроенности, отсутствия партнера, сложных материальных и жилищных условий, проблем со здоровьем.

— Как еще можно оказывать помощь сиротам?

— Если по каким-то причинам человеку близка тема сиротства, но при этом у него нет желания или возможности взять ребенка в семью, то есть много организаций, работающих в этой теме, которым нужна поддержка.

Любой человек может стать родителем, если он этого хочет, уверена Мария.

Чем помочь:

  • делать пожертвования в фонд или быть волонтером
  • напрямую сотрудничать с детским домом или домом ребенка
  • оказывать информационную поддержку фонда или самостоятельно формировать важную для себя повестку по этой теме

Любое действие важно. Любая помощь может изменить чью-то жизнь.

Очень хочется, чтобы все дети были дома.

Все фото — из семейного архива Мартыновых.

Портал changeonelife.ru - крупнейший ресурс по теме семейного устройства, который каждый день помогает тысячам людей получить важную информацию о приемном родительстве.

Родители читают экспертные материалы, узнают об опыте других семей и делятся своими знаниями, находят детей в базе видеоанкет. Волонтеры распространяют информацию о детях, нуждающихся в семье.

Если вы считаете работу портала важной, пожалуйста, поддержите его!

2 комментария

  • Юлия Колесниченко

    Хочу сказать сегодня большое спасибо Марии! Ведь, на самом деле, мы знакомы с ней не по соцсетям, как написано в материале) Нет, мы познакомились больше 11 лет назад, когда я еще только начинала мой путь к приемному родительству. Когда не было ни фонда «Измени одну жизнь», ни базы видеоанкет, ни сегодняшних соцсетей. И было непонятно, куда бежать, с чего начинать. Я просто нашла ее, узнав, что она недавно стала приемной мамой, и, совсем незнакомый ей человек, попросила встретиться со мной, чтобы ответить на все отчаянные вопросы: что делать, а главное — как оно, потом, на этой планете под названием «Приемное родительство». И Маша согласилась, встретилась со мной где-то в метро, терпеливо отвечала. Но дело было даже не в ответах. Главное, она стояла передо мной — живой человек, без крыльев и без нимба, кровная и приемная мама, говорила просто и понятно. И это было тогда очень важно! А наша встреча стала еще одной ступенькой на пути к сыну. Спасибо, Маша!

    6 октября 2020
    • Иоланта Качаева

      Юлия, огромное спасибо, что поделились такими трогательными и такими важными воспоминаниями! И как здорово, что вы обе готовы рассказывать, объяснять, пояснять на собственном опыте, с собственными примерами, что значит быть приемной мамой. Это бесценно!

      7 октября 2020