Елена Мачинская
Елена Мачинская 27 апреля 2019

Как тайна чуть не убила Мишу

0
2840
2

Тайна усыновления – одна из самых спорных тем, обсуждаемых приемными родителями. Надо ли рассказывать ребенку, что он – приемный?

Этот рассказ основан на реальных событиях. Однако все имена, обстоятельства и биографические данные изменены, что позволяет этот рассказ считать отчасти художественным. Все совпадения с реальными людьми прошу считать случайными.

Не ведаем, какую сеть себе плетем, единожды солгав. (Вальтер Скотт).

Это письмо пришло мне несколько месяцев назад по электронной почте. Признаться, я совсем не помнила этого человека, и даже длительные разговоры, которые последовали за этим письмом, не смогли помочь мне припомнить обстоятельства нашего знакомства.

«Добрый день, Елена.

Меня зовут Наталья, я около трех лет назад несколько раз звонила вам по поводу плохой учебы моего сына Миши. А еще до этого мы с вами встречались на тренинге в Новосибирске. Вы мне очень тогда помогли.

У нас случилась беда. Миша пытался убить себя. Ему сейчас 16 лет. Все началось с того, что он прогулял школу. Нам позвонила учительница и спросила, где Миша, почему его нет. Он не отвечал на телефон, мы искали его с Серго, моим мужем, весь день.

Сын пришел под вечер, от него пахло сигаретами и вином.  Он стал врать, что был в школе, сказал, что не пил, а телефон потерял. В результате мы сильно поругались. Серго у меня мужчина восточных кровей, очень темпераментный, он просто взбесился, отобрал у Миши телефон, раз, мол, он на него не отвечает, значит — не так нужен. Как мы потом узнали, Миша утром узнал о том, что его девушка встречается не только с ним, но и с другим парнем, и за-за этого все случилось.

На следующий день была суббота. Это было неделю назад ровно. Я ушла на работу, муж уехал на рынок. Миша был дома один. В общем, он полез искать свой телефон к нам в комнату, перевернул все тумбочки, шкафы, стал отодвигать мебель. В итоге, он нашел документы по усыновлению.

Мне Серго давно говорил их уничтожить, а я хранила «на всякий случай» все эти бумажки, все, что нужно и не нужно. У нас была тайна усыновления, мы в свое время даже переехали в другой город специально, чтобы никто не узнал. Мы считали, что это будет очень плохо, если люди узнают, на нас начнут показывать пальцем, смеяться надо мной, что я «пустоцвет».  Особенно я боялась родственников мужа. У них в стране вообще принято разводиться с женщиной, если она не может родить, либо брать второю здоровую жену. Я бы стала в семье изгоем.

Мой муж не хотел приемного ребенка, мне еле-еле удалось его уговорить. Мы имитировали беременность, я подвязывала подушки, все выглядело очень натурально. Кроме нас с мужем и моей мамы никто не знал, что Миша — приемный.


Я всегда молилась Богу, чтобы никто никогда не узнал. Но видимо, он не услышал моих молитв. Миша прочитал все документы и оставил нам записку: «Никогда не прощу вашу ложь. Весь мир, даже вы – против меня. Прощайте». А потом выпрыгнул с окна.

У нас пятый этаж. Под окнами — береза и кусты. Это и спасло Мишу, так сказали врачи. У него поврежден череп, он плохо дышит, какая-то вода в легких от удара, сломано три ребра, нога и шея. К счастью, его не парализовало, он может двигаться.  Он в реанимации, но нас к нему не пускают, он в сознании, и врач говорит, что сам Миша запрещает нас впускать к нему.

Что нам делать, как быть? Я виню во всем себя, почему я не выбросила эти бумаги! Муж настаивает на том, чтобы сказать, что это были документы другого мальчика, который родился вместе с Мишей в один день, но его мама написала отказ, а мы его усыновили. Но он был слишком больной и слабый, а через месяц умер. Так, мол, мы сохраним тайну, никто не узнает. Мы даже поругались с мужем, я уже третий день живу у подруги. Я не хочу и не могу больше врать, только потому, что нас осудят его родственники.

Разве Миша поверить в эту чепуху? Пусть делает, что хочет, я устала жить под его гнетом, но я хочу все рассказать ребенку, как есть. Хотя и боюсь мужа. Права ли я? Как начать разговор? Стоит ли это делать? Или лучше сохранить семью? Я боюсь, что муж меня не простит. Но и врать я больше не могу.

Спасибо, очень жду ваш ответ. Позвоните мне, пожалуйста, если  сможете, когда прочитаете это письмо. Мой номер телефона 8-ХХХ-ХХХ-ХХ-ХХ»

…Я не часто проверяю почту, так как сейчас все предпочитают пользоваться мессенджерами. Поэтому это письмо я увидела в своем ящике только спустя три дня после того, как оно было отправлено. Я сразу перезвонила Наталье, и она мне рассказала, что Мишу уже перевели в палату, и она смогла поговорить с ним, рассказала ему всю правду. Дома был большой скандал, Серго подал на развод.

Наталья звонила мне потом еще в течение нескольких месяцев. С Серго она развелась, он оставил Наталье и Мише квартиру и уехал в другой город, больше не звонит. С Мишей было трудно, но, в конце концов, удалось наладить отношения. После выписки из травматологии он еще месяц лежал в психиатрической больнице, где с ним работали опытные психологи и врачи, ему был назначен курс антидепрессантов. После выписки он пытался найти кровных родителей, но оказалось, что его мать умерла, а о других родственниках ничего неизвестно.

Хорошо, что эта история не закончилась гибелью Миши. Плохо, что привела к распаду семьи. Наталья призналась, что первые месяцы ей было очень тяжело без Серго, развод буквально раздавил ее. Но в последнее время все чаще приходит ощущение, что с нее «словно сняли тяжелый крест»: годы вранья и бесконечного страха, что правда всплывет.

Самым удивительным оказалось то, что мать и отец Серго, те, от кого в первую очередь скрывали правду, много лет знали о том, что Миша усыновленный. Им давным-давно рассказала знакомая, которая работала в суде.

Это получилось случайно, знакомая была уверена, что родители мужа Натальи обо всем знают, поэтому спросила, как поживает Миша, нет ли проблем с его биологическими родителями.

Дедушка с бабушкой давно догадывались о том, что Наташа не сможет родить им внука, поэтому эту новость хоть и с трудом, но приняли, а на семейном совете решили не расстраивать молодых и продолжать делать вид, что ничего не знают, пока сами дети не скажут.

Таким образом, одно неверное решение «хранить тайну» заставило жить во лжи и страхе такое большое число людей, чуть не погиб ребенок, развалилась семья. Всего этого можно было бы избежать, если бы супруги с самого начала были честны и не боялись того, что скажут о них люди. Да и, в конце концов, разве мнение других людей стоит того, чтобы врать своим любимым?

А вы как считаете: могла бы эта история иметь другой финал, если бы тогда, на старте, все было иначе?

ДАЙТЕ ШАНС ДЕТЯМ ИЗ ДЕТСКИХ ДОМОВ НА СЕМЬЮ

 

2 комментария

  • Марина

    Почему так важно мнение каких то посторонних людей, у которых 100% найдутся какие то свои скелеты в шкафу? Можно было не рассказывать всем подряд, но сыну дозированно выдавать информацию — согласно возраста.
    У меня приемные сыновья. Старшие помнят, как появились у нас, а младшего растим с года. Сейчас ему 5. Пока он знает, что родился в больнице из другого животика, не маминого, т.к. у мамы животик болел. Но мама знала, что он родился, нашла его и любит. И главное- не чей животик тебя родил, а кто тебя любит.
    Думаю, что для него не будет шоком, что он не кровный, а просто любимый!

    15 мая 2019
    • Иоланта Качаева

      Марина, большое спасибо за комментарий! Тема тайны усыновления касается всех приемных семей. И каждый опыт очень важен и ценен.

      15 мая 2019