Девятилетняя Тоня из Улан-Удэ, чья видеоанкета была размещена на сайте фонда «Измени одну жизнь», стала восьмым ребенком в большой семье Марии Эрмель и ее мужа Дмитрия. Супруги берут ребят со сложными диагнозами, не боясь трудностей реабилитации.

5f3b30eb2ccf9f0bf98bb366ce574cf3

Фото из личного архива семьи Марии и Дмитрия

Первая история о приемной семье Эрмель (2012 год) — «Мария Эрмель: «Я с юности понимала, что у меня будут приемные дети»

Мария и Дмитрий из Санкт-Петербурга, еще не имея собственных детей, планировали взять ребенка. После рождения первенца отправились в детский дом за вторым малышом. Усыновили Никиту, мальчика с нехваткой массы тела и длинным списком заболеваний. Сейчас он абсолютно здоров.

Всего в семье Марии и Дмитрия — восемь детей. Кровные: пятилетняя Ярослава и двухлетний Митя. Приемные: пятилетний Никита, 13-летняя Кристина, 11-летняя Надя, восьмилетняя Настя и семилетний Денис. Недавно взяли девятилетнюю Тонечку. Диагноз ДЦП (детский церебральный паралич) у Кристины, Нади и Тони не остановил Марию в ее решении взять девочек и заняться их лечением и реабилитацией.

Мария рассказала, почему она не боится брать особых детей, как сами малыши борются со своими недугами и какими качествами необходимо обладать приёмным родителям, чтобы усыновлять таких ребят.

Справка:
Мария Эрмель — бизнес-тренер, тренер по продажам и личностному росту, кризис-менеджер, успешно действующий генеральный директор крупного предприятия по розничным продажам.

О видеоанкетах

Сотрудники фонда «Измени одну жизнь» знают, что я беру детей с инвалидностью. Причем я не просто становлюсь сочувствующей мамой малыша с диагнозами. Я ставлю себе цель — реабилитировать этого ребенка, развить его, дать ему возможность найти себя в жизни.

И когда из фонда мне прислали видеоанкету девятилетней Тони, я посмотрела на девочку и сразу поняла, что она сохранный ребенок. Увидела, что у неё подвижное лицо. Такого ребенка можно и нужно развивать.

Мне сразу очень важно понимать, что ребенка можно реабилитировать, можно помочь ему. И поэтому так важны видеоанкеты, которые снимают сотрудники «Измени одну жизнь». Родители могут и увидеть, и услышать детей. Ведь региональный оператор лишь перечислит ужасные диагнозы малыша. После этого ребенка брать не захочется. Будет настолько страшно, что сразу подумаешь: не справлюсь.

О Тоне

В моей компании работает девушка-колясочница. Она смело передвигается по Санкт-Петербургу сама. Не стесняясь, просит помощи прохожих, к примеру, чтобы помогли ей войти в автобус или в какое-то здание. Вот эта девушка — живое воплощение моей мечты о том, чтобы мои дети так же, как и она, чувствовали себя свободно и раскованно. Чтобы они не боялись попросить поддержки. Чтобы жили полной жизнью, а не сидели в четырех стенах.

Я уже опытная мама, знаю, как и чем можно помочь ребенку с серьезными диагнозами. Мой муж тоже обладает таким опытом. Поэтому Тонину видеоанкету я смело показала супругу. Дмитрий согласился с моим решением взять девочку. И я поехала за нашей новой дочкой в Улан-Удэ. Со мной отправилась и моя сестра — мой верный друг, моя поддержка.

Мы шли к Тоне, а она нас уже ждала. Я купила ей сумочку, которую надо раскрашивать. Она обрадовалась. Ко мне сразу пришло понимание того, что Тоня — это моя дочь. Это и мой запах, и взгляд ее — тоже мой. Мы говорили и с воспитателем, и с Тоней. Согласие на ребенка подписали сразу.

e409894eebb9d2b1a9d948f651b9e113

Мария и Тоня уезжают из Улан-Удэ домой, в Санкт-Петербург. Фото: из личного архива семьи Марии и Дмитрия

Сейчас я смотрю на Тонечку. Она как-то сразу влилась в нашу большую семью, такое ощущение, что она всегда была с нами. Это еще раз доказывает то, что она — наш ребенок. Дети восприняли пополнение в семье как должное, некоторые с небольшой ревностью, но в целом с позитивом.

Сейчас мы обходим врачей. Отношение людей в белых халатах, как всегда, разное. Один невролог, изучив медкарту Тонечки, сказал, что диагнозы настолько ужасны, что ничего нельзя исправить, и вообще девочку проще обратно отвезти в детский дом. А наш доктор, к которому мы водим на прием всех своих деток, одни Тонины диагнозы снял, а про другие сказал, что и про них после лечения можно забыть.

Тоня проходит комиссию, перед тем как пойти в школу. Занимается с логопедом и учителем, хорошо читает. У нее есть шанс стать обычным человеком. И мы им обязательно воспользуемся.

Видеоистория о семье Эрмель

О том, как все началось

Почему я стала брать детей с инвалидностью? Это не было каким-то специальным решением. Как часто бывает, все произошло случайно. Мы с мужем взяли Кристину. Если бы мне тогда сразу сказали, что у девочки ДЦП, я бы отказалась ее брать. Подумала бы, что такие дети должны получать особый уход, который мне не под силу. Теперь я уже знаю о ДЦП достаточно, чтобы определить, в каком состоянии ребенок, чем ещё ему можно помочь. И в меру своих сил, знаний и возможностей помогаю.

У Кристины плохо работала одна половина тела. Уже в первые полгода, как девочка стала жить у нас, нам удалось решить эту проблему. Все эти шесть месяцев нам было очень тяжело. Мы занимались с Кристиной каждый день. Помню, мне казалось, что я словно упала в какую-то черную дыру. И нет ни сил, ни возможности выбраться из нее.

Ортопед, который при первой встрече с Кристиной предлагал нам в ближайшем будущем делать операцию, через полгода наших занятий сказал буквально следующее: «Идите отсюда». Это была шутка, конечно. Дело в том, что операционного вмешательства не понадобилось. Мы решили многие проблемы Кристины одними лишь упорными занятиями.

Тогда не только Кристина поверила в себя, но и я поняла, что у меня есть новый и очень важный для таких детей ресурс. Я почувствовала, что больше не боюсь диагноза ДЦП. На собственном опыте осознала, что у таких детей многое можно успеть исправить. Важное условие — не затягивать с реабилитацией. Для ребенка с ДЦП важен буквально каждый месяц жизни.

А с ортопедом мы подружились. Наши приемные дети наблюдаются у этого доктора. И теперь я могу смело вступать с ним в спор как опытная мама детишек с этим диагнозом.

5238875afc1993893dab027650cac7e6

Именинница получила в подарок торт, который съедать жалко. Фото: из личного архива семьи Марии и Дмитрия

О Наде

Позже у нас появилась Надя. Её состояние было намного хуже, чем у Кристины. Мы взяли Надюшу, когда ей было 9 лет. Девочка не знала ни букв, ни цифр, ни геометрических фигур. Ее определили в специальную коррекционную школу 8-го вида для умственно отсталых детей.

Мы занимались с Надей очень плотно целый год. Сразу оговорюсь, что сами дети с серьезными диагнозами — настоящие бойцы! Когда они видят, что ты бьешься за них, сами вступают в борьбу. Совместными усилиями адаптируются и к семье, и к школе, и к жизни в обществе.

Надя — очень упрямая, упорная, она сумела добиться того, чтобы через полтора года из школы 8-го вида пойти в обычную школу. А ведь школа 8-го вида считается такой, из которой детям уже «не вырваться»… Минувшей весной Надю прооперировали, доктор отмечает положительную динамику. После Нади я чётко поняла, что мне уже ничего не страшно! Я стала еще увереннее в своих силах. После этого у нас появились еще приемные дети.

Надя — единственный ребенок в семье, который нас с мужем благодарит за то, что мы для нее сделали и делаем. Мы, в общем-то, ни от кого из детей не ждем бесконечных слов благодарности. Ведь родительская любовь подразумевает бескорыстную и безмерную заботу о детях. А Надя очень часто говорит нам очень трогательные слова. Кажется, что она нас за всех благодарит…

78529a23fa7667969df647fd9f78da9f

В семье, где царит любовь, все счастливы. Фото: из личного архива семьи Марии и Дмитрия

О поддержке и неприятии

После того как мы вдруг стали брать детей с серьезными диагнозами, половина наших знакомых постепенно просто перестала с нами общаться. У многих людей я читаю в глазах то, что мы кажемся им безумными.

Что касается самых близких друзей, то они уже смирились с нашими выходками. Они часто общаются с нами, видят, как меняются наши дети. И не просто общаются с нами, а очень помогают и поддерживают.

Мои родители так и не поняли, почему и зачем я беру чужих детей, ведь у нас с мужем есть кровные дети. А моя младшая сестра и двоюродная сестра стали моими настоящими верными подругами.

Родители мужа живут в Латвии, очень любят и нас, и всех наших ребят. Летом мы арендуем жилье по соседству с ними. Так они уговаривают всё наше огромное семейство жить у них, помогают кормить и переодевать детей, а ведь это непросто. Не знаю, как объяснить отношение разных людей к нам и нашей семье. Да и надо ли объяснять?

0cac2b5a36e25b5be4f3e2cd4618d994

Девочки обожают поозорничать. Фото: из личного архива семьи Марии и Дмитрия

О ресурсах

Каждый ребенок требует вложения в свое развитие огромных родительских ресурсов. Поэтому папам и мама так важно преодолеть себя, свои страхи, свои сомнения. И начать работать вместе с ребенком. Заразить его стремлением и желанием бороться за себя, свое здоровье, свою жизнь. Малыш или подросток должен поверить в себя, в свои силы и возможности, настроиться на победу. Пример показывают родители.

У меня бизнес-склад ума. И я свои ресурсы просчитываю заранее. С одной стороны, я не тот человек, который положит на алтарь все свое здоровье, все свои силы и все свое время. А с другой, я четко понимаю, на что я способна, и выкладываюсь полностью.

Одна я не справилась бы со всеми детьми и их проблемами. С нами в доме живут две няни, наши помощницы. Они очень нравятся и нам, и детям. Все наши дети говорят и по-русски, и по-английски.

Конечно, для лечения и реабилитации нужны не только силы, но и деньги. Я считаю, что если позволяют средства, то важно тратить их на благие дела. Мы вкладываем деньги в здоровье и развитие детей.

fd50cc29c66fed1fb2f3ab8a9ce8a30f

Старшая сестренка всегда накормит младшего братика. Фото: из личного архива семьи Марии и Дмитрия

Советы будущим приемным родителям:

Не принимайте на веру слова регионального оператора. В 50% случаев данные, которыми оперируют региональные операторы, не соответствуют действительности. Иногда даже до 90%. Поэтому надо ехать и знакомиться с ребенком лично.

Инвалидам дома во много раз лучше, чем в системе. Понимая это, не отказывайтесь брать в семьи детей с диагнозами. Но только учитывая свои возможности.

Для того чтобы взять ребенка с серьезным диагнозом, оцените свои силы и возможности. Вам понадобятся либо деньги, либо время. Например, кабинет ортопеда находится в нашей районной поликлинике на четвертом этаже. И колясочнику не по силам туда забраться. Если нет финансов на платного доктора, то лишь один поход к ортопеду в районную поликлинику займет и время, и лишние силы. В итоге вы не сможете уделить должного внимания другим детям.

dbf6b5957d08e590a904fe7e85edef6d

Мама Мария очень вкусно готовит! Фото: из личного архива семьи Марии и Дмитрия

Материалы по теме:
Инструкции по теме:

1 коммент. к записи “«Настроиться на победу». Как бизнес-тренер стала мамой 8 особенных детей

Добавить комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *