«Подростковый возраст — не приговор. Это возможность»

Вадим Астапов, 23-летний учитель истории, стал приёмным отцом 12-летнего Руслана. Разница в возрасте не помешала отцу и сыну, она сблизила их

8 июля — день памяти святых Петра и Февронии, праздник о самом главном: о семье. Это не просто слово — это опора, тепло и ценность, которую мы бережём. В семье нас ждут детский смех, родительская мудрость и уют родного дома.

Вадим, герой истории фонду «Измени одну жизнь», делится сокровенным: внешне может казаться, что он всё тянет на себе, но его главный секрет — в надёжном окружении. «Поддержка близких, мама, ставшая настоящим партнёром в воспитании, семья, где каждый участвует в общем деле, — вот что помогает справляться. Без этой опоры никакой личной ответственности не хватило бы», — признаётся он.

Мама Вадима не сразу, но всё же поддержала его решение стать приёмным отцом. Она понимала, каким непростым будет этот путь — и до встречи с будущим сыном, и после. И когда в жизни Вадима появился Руслан, она приняла мальчика как родного внука: окружила вниманием, лаской и заботой — тем самым, что умеют дарить по-настоящему близкие люди.

В своём рассказе Вадим говорит о том самом внутреннем «щелчке», который подтолкнул к поиску сына, о непростой истории Руслана, о первых днях, похожих на танцы на льду, и о том, что адаптация — процесс долгий и непрерывный. И сквозь все эти переживания красной нитью проходит мысль о маме — самом близком человеке, чья поддержка оказалась незаменимой. Эта история ещё раз напоминает: семья — опора для каждого из нас.

С детства хотел быть учителем

Мне 23 года, я живу в городе Шахты Ростовской области.

Сколько себя помню — с раннего детства я хотел быть учителем. Не просто работать в школе, а передавать знания, рассказывать, объяснять, видеть, как в глазах другого человека загорается понимание. Это чувство завораживало меня всегда.

Поэтому после школы я поступил в педагогический колледж с надеждой в будущем работать тренером-преподавателем. Но жизнь распорядилась иначе — школа затянула меня целиком, с головой.

Сегодня я работаю учителем истории и одновременно возглавляю казачьи кадетские классы. Дети, дисциплина, воспитание, наставничество — это не просто профессия, а образ жизни, в который я погружён полностью.

Учитель математики стал примером

Руслан. Фото из анкеты. 

В школе я познакомился с учителем математики — офицером, майором МВД, человеком удивительной судьбы. В его семье воспитывалось восемь приёмных детей.

Его история оказалась во многом созвучна моей: на полноценную семью в традиционном понимании не находилось ни желания, ни сил, ни времени. Но была огромная потребность в детях, глубокая внутренняя любовь к ним и осознанная необходимость стать отцом. Пусть и не биологическим, но настоящим.

Постепенно, шаг за шагом, я начал погружаться в тему приёмного родительства, трезво оценил собственные ресурсы и принял твёрдое, взвешенное решение — я стану приёмным родителем.

ЗАПИСАТЬСЯ НА КОНСУЛЬТАЦИЮ ДЛЯ ПРИЁМНОГО РОДИТЕЛЯ

Всё началось со щелчка внутри

Если честно, ещё несколько лет назад я не мог предположить, что моя жизнь сложится именно так. Не то чтобы я чего-то боялся — просто не знал, что судьба готовит поворот, после которого обратной дороги уже не будет.

Всё началось с тихого, почти неслышного щелчка внутри. С мысли, которая сначала показалась абсурдной, а потом — единственно верной.

Я хочу стать родителем. Не биологическим — замещающим. Я хочу дать дом тому, у кого его нет. Когда я принял это решение, внутри было одновременно и пусто, и полно. Пусто — потому что я не знал, с чего начать. Полно — потому что внутри горело желание сделать это правильно.

Новая семейная глава

Вадим и Руслан. Начало пути.

Долгое время моя семья состояла из меня и мамы. Но в 2024 году у меня появилась сестра — с разницей в возрасте двадцать лет. И тогда же, по сути, началась наша новая семейная глава.

Поначалу мама не поняла моего желания взять приёмного ребёнка. Ей требовалось время. Но после долгих разговоров, объяснений и совместных размышлений она стала моим главным мотиватором и опорой.

Сейчас у нас удивительно взаимопонимающая семья: в беде никто никого не оставит, каждый чувствует плечо другого.

Поиски шли полгода

Я начал искать. Полгода. Каждый день я открывал базы данных, смотрел анкеты, читал истории. Ребята разного возраста, разной судьбы, из разных городов. Но в каждой анкете было одно и то же — надежда. И боль, спрятанная между строк.

Я надеялся, что появится кандидат из моего города. Чтобы ребёнку не пришлось резко менять всё — климат, школу, окружение. Чтобы адаптация была мягче.

Но время шло, а подходящей анкеты всё не было. А потом случайно, как это обычно и бывает увидел его.

Руслан. 12 лет. Город Шахты

Сердце ёкнуло. Я прочитал анкету раз, второй, третий. Короткие строки, сухие формулировки? но за ними чувствовалась целая жизнь.

Я не стал тянуть. В течение недели я связался с региональным оператором, узнал всё, что можно. Далее органы опеки и договорённость о первой встрече.

Я ехал в центр помощи детям и не знал, чего ожидать. Но точно знал одно: я не отступлю.

В восемь лет Руслана изъяли из семьи

Руслан родился в Хабаровске. Первые восемь лет своей жизни он провёл с кровной мамой. Но её образ жизни, к сожалению, был далёк от того, что можно назвать нормой. Аморальное поведение, отсутствие заботы, постоянная нестабильность, — всё это не могло не сказаться на ребёнке.

В восемь лет Руслана изъяли из семьи. Я часто думаю: что он чувствовал тогда?

Восемь лет — это уже большой срок. Это уже память. Это уже слёзы, которые никто не вытер. Это вопросы, на которые никто не ответил.

Видеозапись вебинара «Адаптация подростка в приемной семье»

Четыре года до возврата

Из детского дома Руслана взяла женщина, видный психолог, известный в регионе специалист. Со стороны кажется идеальный кандидат: образование, статус, опыт. Казалось, что у Руслана наконец-то появился шанс на нормальную жизнь.

Он прожил в той семье четыре года. Четыре года — это много: школа, друзья, привычки. Это попытка поверить, что теперь всё будет хорошо.

Но, к сожалению, видная профессия замещающего родителя не оправдала ожиданий. Я не буду вдаваться в подробности, это не моя история.

Но факт остаётся фактом: Руслан снова оказался в центре помощи детям.

Снова в системе

Вернуться туда, откуда тебя забрали, наверное, одно из самых тяжёлых испытаний для ребёнка. Особенно, когда уже успел поверить, что ты кому-то нужен.

И снова — полгода. Полгода в системе. Шесть месяцев ожидания. 180 дней, в течение которых подросток, наверное, уже перестал надеяться. Как можно верить взрослым, если они снова и снова уходят?

А потом появился я. Я приехал в центр помощи детям в назначенный день. Честно говоря, волновался больше, чем перед любым экзаменом или собеседованием. Потому что это была не работа и не учёба. Это была жизнь. Жизнь другого человека. И, возможно, моя собственная.

Нас познакомили

Руслан хотел, чтобы кто-то был рядом.

Руслан был замкнутым. Очень замкнутым. Он говорил мало, смотрел в сторону, отвечал односложно. Я не давил. Я просто был рядом.

Существует иллюзия, что первая встреча с ребёнком должна быть как в кино: слёзы радости, объятия, мгновенная любовь. В реальности всё иначе — два незнакомых человека, которые пытаются понять, можно ли доверять друг другу.

К счастью, в центре работал очень грамотный социальный педагог. Она помогла нам найти общий язык. Не навязчиво, а мягко, аккуратно, через вопросы и игры.

Руслану не нужны были подарки

Именно тогда мы узнали точные намерения Руслана. Они оказались до смешного простыми и до слёз сложными. Он хотел любви. Ему не нужны были деньги, подарки, новый телефон или крутой гаджет.

Руслан хотел, чтобы кто-то был рядом, чтобы кто-то ждал его дома, чтобы кто-то обнимал просто так, без повода.

И я понял: это то, что я могу дать. Это то, что я хочу дать.

Когда Руслан переехал ко мне, первые дни были похожи на хождение по тонкому льду. Мы оба боялись сделать лишнее движение.

Я боялся нарушить его личное пространство. Он боялся, что я очередной взрослый, который скоро уйдёт. Но мы справлялись.

Боюсь не справиться

Адаптация идёт до сих пор. И я не жду, что она когда-нибудь закончится полностью. Потому что доверие — это не финишная прямая. Это бесконечный процесс. Да, страхи есть и у меня, и у него.

Я боюсь не справиться. Боюсь, что не смогу дать ему всё необходимое, что мой опыт окажется недостаточным, ь, что сделаю что-то не так.

Говорим о страхах вслух

Вадим уверен, что главный ресурс — время. Его должно быть очень много. Особенно в период адаптации.

Он боится, что я уйду. Что это — очередной временный приют. Что любовь — это просто слово.

Но мы говорим об этих страхах вслух, и это помогает. Благодаря тесному контакту — дома, в школе, в повседневных мелочах — адаптация проходит быстрее, чем в обычных семьях.

Может быть, потому что мы оба знаем цену тому, что имеем, а ещё мы не принимаем друг друга как должное.

Мы выучили друг друга. Досконально. Я знаю, как Руслан поведёт себя в стрессовой ситуации. Он знает, чего ожидать от меня. Это похоже на танец, где каждый знает шаги партнёра.

Защитный механизм

Из-за многочисленного негативного опыта Руслан привык ко всему. Он научился приспосабливаться. Иногда мне кажется, что он слишком взрослый для своих лет. Но это не его вина. Это защитный механизм.

И я стараюсь сделать так, чтобы ему больше не приходилось защищаться.

С самого первого дня нашей новой семьи нам помогает моя мама. У неё самой сейчас маленькая дочка — моя сестра, ей два года. Казалось бы, забот хватает. Но мама всегда находит время для нас.

ПОМОЧЬ ПРИЁМНЫМ СЕМЬЯМ

Семейные вечера объединяют

Она инициирует совместные вечера. Мы собираемся вместе, и это стало нашей традицией. Мы все любим читать. Это то, что нас объединяет.

Иногда мы читаем вслух по очереди. Иногда каждый сидит со своей книгой, но в одной комнате. Это создаёт особенную атмосферу. Тепло. Уют. Безопасность.

Мама говорит, что чтение — это возможность прожить тысячу жизней.

Бояться нет смысла

Я думаю, что чтение — это ещё и возможность быть рядом, не нарушая тишину. Если ты читаешь это и думаешь: «Я тоже хочу, но боюсь», — я тебя понимаю.

Страх — это нормально. Страх — это не стыдно. Страх — это то, с чем можно работать.

Но я скажу тебе одну вещь: не бойся. Все страхи осуществимы. Это значит, что с каждым из них можно справиться. По отдельности. Шаг за шагом.

Бояться нет смысла. Потому что страх не отменит твоего желания. Он просто будет стоять на пути.

Главный ресурс – это время

Многие думают, что главное — это деньги. Финансовая стабильность. Квартира. Машина. Достаток.

Но главный ресурс — время. Его должно быть очень много. Особенно в период адаптации.

Ты должен быть готов проводить часы в разговорах, в молчании, в совместных делах. Ты должен быть доступен. Не физически — эмоционально.

Ребёнку нужно знать, что ты рядом. Не когда удобно, а всегда. Мне часто говорят: «Но ты же молодой. Как ты справляешься с подростком?»

Я отвечаю, что возраст ребёнка не имеет значения. Имеет значение твой опыт общения и твоя готовность тратить время.

Я работаю с подростками. Я знаю их психологию, их потребности, их страхи. И я рекомендую кандидатам обратить на это внимание.

Возможность, а не приговор

Подростковый возраст — это не приговор. Это возможность. Возможность стать тем человеком, которому поверят. Которого не предадут.

Всё завязано на опыте общения и времени, которое ты готов потратить на ребёнка. Если у тебя есть это — у тебя есть всё. Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю: тот щелчок внутри, та мысль, которая сначала показалась абсурдной, — это был самый правильный выбор в моей жизни.

Адаптация продолжается

Руслан — не просто ребёнок, которого я принял в семью. Он часть меня, нашей общей истории. Мы учимся друг у друга каждый день. Он учит меня терпению. Я учу его доверию.

Мы всё ещё в пути. Адаптация продолжается. Но мы идём вместе. И это главное.

Если ты думаешь о том, чтобы стать замещающим родителем, — не откладывай. Не жди идеального момента. Его не будет. Будет только твоё решение.

И один маленький шаг навстречу.

С Русланом всё складывалось постепенно. Первое время он не называл меня папой, да я и не настаивал — такие вещи нельзя форсировать. Но со временем слово «папа» стало самым часто слышимым в нашем доме. И остаётся таким по сей день.

Делимся друг с другом абсолютно всем

Что касается безопасности — здесь важно сказать о доверии и о попытках самостоятельно решать свои проблемы. Руслан делится со мной абсолютно всем, даже самым сокровенным. И я отвечаю ему тем же.

Помощи он никогда не просит, конфликтов не начинает. Но если вдруг случилась сложная ситуация — он пытается выбраться из неё сам. Побеждать ему ещё предстоит научиться, это навык, который нарабатывается со временем.

В чужих компаниях он чувствует себя комфортно, но при условии, что я рядом. Дай Бог, справимся.

С детьми работаю с 16 лет

Руслан не сразу, но стал называть Вадима папой. Теперь это слово все чаще звучит в их доме.

Я тот человек, который с 16 лет — сам ещё будучи, по сути, ребёнком — работает с детьми.

За эти годы я видел очень многое и, оставаясь в теме, не отставая от современных тенденций, научился находить общий язык практически со всеми. Не со всеми, конечно, — с кем-то это невозможно в принципе, — но с подавляющим большинством. Именно этот опыт, наработанный в школе, стал для меня колоссальным подспорьем в приёмном родительстве.

Чуткость, внимание к деталям, понимание возрастной психологии и педагогический стаж — всё это сыграло ключевую роль.

Не пропускайте занятий в ШПР

Тем, кто приходит в приёмное родительство молодым и без практического опыта взаимодействия с детьми, я настоятельно рекомендую: внимательно слушайте специалистов в Школе приёмных родителей. Не пропускайте ни одного занятия мимо ушей.

И дополнительно ищите ресурсы самостоятельно. Один из моих любимых — «Педагогическая поэма» Антона Семёновича Макаренко. Если вдумчиво и ответственно её изучить, то можно переосмыслить очень многое. И о воспитании, и о себе, и о природе детско-взрослых отношений.

«Как он всё успевает?»

Коллеги часто говорили мне: «Ты очень ответственный». А когда я стал приёмным родителем, многие хватаются за голову: «Как он всё успевает?»

Но здесь честно скажу: это слепая видимость. Внешне кажется, что я всё тащу на себе, однако на самом деле главный секрет — окружение.

Поддержка близких, мама, которая стала партнёром в воспитании, семья, где каждый включён в общее дело — вот что позволяет справляться.

Без этой опоры никакой личной ответственности не хватило бы.

Фото — из семейного архива Вадима Астапова.

Дизайн — Наталья Лунькова.