Олег и Сана Симоненко познакомились в начале 1990-х еще в старших классах школы, с тех пор – вместе. Супруги усыновили двух мальчиков в 2005 и 2011 годах. Три года назад семья переехала в США, выиграв гринкарту. Как найти «своего» ребенка и почувствовать себя мамой, как испытать гордость за успехи сына, которому врачи пытались навязать неутешительный жизненный прогноз, а также как пройденная адаптация помогла семье привыкнуть к жизни в новой стране — в материале фонда «Измени одну жизнь».

«С моим мужем Олегом мы познакомились еще в школе, на новогодней вечеринке, которую организовала мама моей подруги. «Порядочных» мальчиков тоже нашла и пригласила мама. Мне было 15, ему 16. С тех пор мы вместе», — рассказывает Сана.

Сана и Олег — из маленького города Заполярный Печенгского района Мурманской области, что на краю Кольского полуострова, на границе с Норвегией. Учились и в одной школе, и в одном университете в Санкт-Петербурге. Когда Сане исполнилось 20, они поженились. Потом работали вместе. Потом вместе начали свой бизнес. «В общем, мы все время вместе. Такие вот мы лобстеры», — смеется приемная мама.

Молодые супруги сразу хотели завести детей, поэтому через год безуспешных попыток  обратились в Центр планирования семьи. «Лечились, потом еще немного и еще чуть-чуть. И я устала, — признается приемная мама. — На тот момент, когда нам предложили ЭКО, мы были так измотаны врачами и гормонами, что поняли, что мы оба не хотим больше никакого вмешательства, и начали думать про усыновление. Для нас было очевидно почему-то, что это наш путь, и наш ребенок где-то будет ждать нас. В это же время мы переехали в Екатеринбург по работе, поэтому и процесс усыновления начали там. Это был 2005 год».

«Мы вернулись за «неправильным ребенком»

Никаких баз данных с фотографиями детей тогда не было. В опеке на супругов посмотрели с большим удивлением, но документы у них приняли и даже выписали им три направления в местный дом ребенка с именами детей.

Читайте раздел на нашем сайте – 5 шагов к принятию ребенка в семью.  Он создан для тех, кто думает о том, чтобы взять ребенка из детского дома. Подробные инструкции написаны в удобном формате. 

«Была пятница. Мы красиво оделись, решили, что мы не в магазин идем, поэтому выбирать не будем и сегодня же найдем своего сына, — вспоминает Сана. — Волновались мы сильно. Нас провели в группу, и воспитатель вложила мне в руки годовалого крепыша со словами: «Иди к маме». Я была шокирована происходящим. Слышала фоном слова главврача дома ребенка: «Мальчик чудесный, развивается по возрасту, ничем не болен, забирайте». Потом так же бесцеремонно этого ребенка у меня забрали и повели нас в другую группу».

Никита.

Был тихий час, в пустую комнату на встречу с будущими родителями вынесли второго малыша, Никиту — восьмимесячного мальчика, который выглядел месяца на три, не больше. Положили его в манеж. Сана говорит, что в тот момент стояла и думала, что же у нее должно екнуть? Как почувствовать, какой ребенок — ее?

Тем временем малыш тихо лежал в манеже на спине. Муж Саны повернулся к нему и соединил руки над своей головой, как бы в знак приветствия. А малыш повторил это движение Олега!

«После этого мой муж уже не видел и не слышал ничего, — вспоминает приемная мама. — Ни как нам принесли третьего ребенка, ни моих комментариев, ни рассказов воспитателя про веселый и добрый нрав малыша. Мы вышли из комнаты и Олег сказал: «Ты видела, он поздоровался с нами? Ты видела?!»

Я с трудом понимала что происходит. Мы спустились в кабинет главврача и попросили рассказать нам про второго ребенка: «Какие у него диагнозы, какой дальше процесс оформления документов?» Главврач долго сверяла какие-то папки, после чего сказала, что нам показали не того ребенка! А тот, что у нас по документам выписан, лежит в больнице, и мы можем съездить туда и посмотреть на него».

Главврач настоятельно рекомендовала супругам взять малыша, которого им показали  первым. Про второго рассказывать ничего не стала. Отправила Сану с Олегом сначала в опеку — получать на него направление.

«В понедельник еще до открытия опеки мы были там, чтобы получить направление. Ура! – радовались Сана с мужем. — Малыш в статусе для усыновления, и на него никто не претендовал! Главврач была явно расстроена, что мы вернулись за «неправильным ребенком». Она очень удивилась, что мы попросили не рассказывать нам ничего о его родителях, так как не хотим проецировать на ребенка то, что можем услышать. Продиктовала кучу его диагнозов, закончив фразой: «В общем, жить, скорее всего, будет, но вот умным точно не станет».

«Я поняла, что стала мамой»

Поскольку супруги оказались вообще единственными русскими усыновителями (дом ребенка, по словам Саны, был специализированный, и детей из него усыновляли только иностранцы), Сане в качестве исключения разрешили приходить в группу к малышу на целый день, пока готовятся документы.

А документы оформлялись в течение долгих трех месяцев, при том, что Сана не просила проводить никаких дополнительных медобследований. Она каждый день с 8 до 16 была в доме ребенка. Играла и гуляла со своим будущим сыном, кормила его.

«Где-то на второй неделе я, как обычно, приехала утром, и меня встретила воспитатель со словами: «А вашего мальчика нет». Наверное, никогда в жизни я не испытывала таких чувств. Какое-то мгновенное опустошение и страх… Когда она поняла, что «сморозила» что-то не то, то добавила: «Он внизу — на кардиограмме». В это утро я поняла, что стала мамой. Меня накрыла такая любовь и нежность, при этом страх потерять моего драгоценного ребенка! Каждое утро я бежала к нему, и молилась, чтобы только все было хорошо».

Потом, по словам Саны, был суд. Судья, как говорит она, орал на супругов, что они, не понимая всей ответственности, «берут больного ребенка», что «вернут его через две недели». Сана плакала и умоляла «отдать нашего ребенка». И через 15 дней они смогли забрать домой сына. Так в семье появился Никита.

Тогда они вернулись из Екатеринбурга в Санкт-Петербург, начали свой бизнес. «Желание открыть свое дело было связано с тем, что мы хотели как можно больше дать ребенку, а еще хотели быть рядом с ним, вместе гулять, путешествовать. Так и получилось. Никита пошел в садик только в 5 лет. Муж занимался дизайном интерьеров, а я — декором свадеб. Сотрудничала с несколькими крупными международными отелями Питера. Хорошее время и чудесные люди! С большой теплотой вспоминаем наших клиентов, некоторые из которых тоже впоследствии усыновили детей».

«Первый раз Никаса к нам буквально тащили»

«Все диагнозы Никиты были сняты в течение нескольких следующих лет. А когда сыну исполнилось 6 лет, мы поняли, что хотим еще ребенка», — говорит приемная мама.

Никас. 

Второго своего сына они нашли в Петрозаводске. Ему было 2,5 года. «Точно такой же, как и на фото, с заплаканными глазами и щеками в ярко-розовых корках, — вспоминает Сана. — Первый раз Никаса к нам буквально тащили. Он плакал и кричал. Как оказалось, его уже несколько раз возвращали в кровную семью, и соседи привозили его обратно, потому что ребенка находили голодным и запертым в пустой квартире. Это был тот случай, когда мое сердце не екнуло ни сразу, ни через неделю, ни даже тогда, когда малыш оказался у нас дома».

По словам Саны, младший сын Никас поначалу был совсем равнодушен к родителям. Много ел, совсем не разговаривал, только мычал и кричал, когда что-то шло не так, как он планировал. Это было сложное время адаптации, которая заняла больше года.

«Мы не думали о возврате, мы думали только о том, сколько же он пережил, сколько же любви и тепла недополучил, и старались компенсировать все это, — рассказывает приемная мама. — Перелом случился, когда муж со старшим сыном поехали в отпуск, а мы вдвоем остались дома, и малыш заболел. Он держался за живот и громко плакал. Я не понимала, чем я могу помочь, вызывала «скорую» и плакала вместе с ним. Вот тогда я стала мамой во второй раз».

Со вторым ребенком процесс оформления был немного иным. Тогда Сана с Олегом прошли Школу приемных родителей (ШПР), получили заключение психолога. Супругов даже пригласили потом на один из потоков ШПР – поделиться своим опытом.

«Документы в доме ребенка подготовили в этот раз за месяц, но вот суд назначили только спустя два месяца. Поэтому дважды в неделю мы по очереди садились в поезд «Санкт-Петербург-Петрозаводск» и ездили общаться с сыном. В одну из поездок поехали вместе с Никитой, тогда наши мальчики и познакомились. Старший сразу стал старшим, поправлял шапку малышу и катал его на санках», — рассказывает Сана.

Старший и младший

Сейчас Никасу и Никите  — 9 и 13 лет. Они все время вместе. «Так было сразу, кстати, — говорит приемная мама. — Они удивительным образом совпали. Совсем разные по характеру и внешне, они — настоящие братья.  Наш младший сын – клоун. Неугомонный, очень добрый и щедрый, с прекрасным чувством умора и с отношением к жизни, как у хиппи. У него на все есть ответ и решение.

Старший все время покоряет вершины, ставит цели и добивается их. И все ему дается легко. Все предметы в школе у него по программе для одаренных детей. Прошлым летом он решил, что математика для него — слишком легкая, поэтому сам прошел курс за 8 класс, сдал экзамен и перескочил на год вперед. Но самое большое его увлечение — это музыка. Когда ему было шесть, он попросил у нас пианино на Новый год.  Оказалось, что у него идеальный слух и большие способности».

Никас и Никита — младший брат и старший. 

Никита еще в Санкт-Петербурге начал выступать на конкурсах и брать призовые места. В Америке — тоже. Ему нравится публика, поэтому он не пропускает конкурсы и концерты. Сейчас Никита занимается с известным пианистом, призером конкурса Чайковского. «На самом деле наш выбор города для переезда был связан частично и с тем, что ребенку нужен хороший учитель. Так что преподавателя мы нашли еще до переезда из России», — говорит Сана.

Как адаптация детей помогла пережить адаптацию в новой стране

Приемное родительство дало ей много жизненных уроков: «Мы с мужем поняли, что генетика — дело десятое, и наша социальная среда куда важнее. На самом деле, адаптация детей дома нам здорово потом помогла пережить сотворенную адаптацию в новой стране. Мы осознали, что ничего не знали о воспитании, да и сейчас знаем мало. А еще поняли, что поддержка друзей — это очень круто!»

Приемная мама признается, что они с мужем — «из тех товарищей, которые верят в любовь. Несмотря на диагнозы, несмотря на сложную адаптацию, понимание того, что это наши дети, что они будут с нами теперь всегда и их проблемы — наши проблемы, их победы — наши, было самым важным в воспитании». Сейчас супруги живут в США, переехали сюда три с половиной года назад, потому что выиграли гринкарту. Дети, по словам Саны, прекрасно адаптировались, младшего уже нужно просить говорить по-русски.

«Мы очень хотим еще детей».

Оказалось, что здесь — большое и дружное русско-говорящее сообщество. «Политические темы мы не поднимаем совсем, нам есть о чем поговорить, чем заняться помимо этого, поэтому дружим все, откуда бы кто ни приехал», — говорит Сана. Она искала, где можно было бы «поволонтерить». Нашла благотворительный фонд,  который основала женщина из Санкт-Петербурга. Фонд помогает медоборудованием детям с тяжелыми заболеваниями из стран бывшего Союза.

Сначала волонтеры организовывали мастер-классы, домашние концерты, продавали выпечку на ярмарках, чтобы собрать деньги  и закрывать сборы. Сейчас фонд уже известен, о нем знают, ему доверяют, и люди регулярно помогают подопечным.

«Недавно я решила немного сузить направленность моих сборов и помочь семьям, которые недавно взяли детей с особенностями физического или умственного развития. Поэтому буду рада помочь, пишите мне», — предлагает Сана. И дает свой e-mail: sanasemon@gmail.com  

«Мы очень хотим еще детей. Но, увы, даже несмотря на то, что у нас одно гражданство — российское, мы приравниваемся по статусу к жителям США и лишены возможности усыновить ребенка из России. Конечно, надеемся на отмену закона. Но мы, к сожалению, не молодеем, поэтому так же рассматриваем иностранное усыновление в других странах», — признается Сана.

Тайны усыновления в семье Симоненко нет. «Мы благодарны Богу за наших детей, всегда рады рассказать о них, если кто-то задумывается об усыновлении, — говорит приемная мама. — Про своих биологических родственников они пока не спрашивали, наверное, скоро эти вопросы могут появиться. Будем ли их искать, если дети захотят? Конечно, будем. На самом деле, спустя какое-то время поняла, что я благодарна этим двум женщинам за наших мальчишек».

Все фото — из личного архива семьи.

2 комментария

  • Наталья

    Как же радостно читать такие истории ! Спасибо что поделились !

    14 февраля 2019
  • Viktoria Bartusov

    Сана! Спасибо, что поделилась своей историей !
    Как здорово что вы все нашли и выбрали друг друга!

    14 февраля 2019

Добавить комментарий

Оставить комментарий через соц-сети

 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *