Дмитрий Хазиев
Дмитрий Хазиев 6 февраля 2019

«Важно не кто родил, а кто любит»

0
933
1
Валентина с детьми Фото - Антон Карлинер.

«Всех троих малышей я приняла с первого дня знакомства. Но чувство привязанности к каждому из них пришло в разное время», — признается Валентина Турбина из Москвы. Она рассказывает о том, как преодолела собственные страхи, научила кровных детей делиться материнской любовью с приемными, привнесла в семью командный дух и после адаптации почувствовала, что необходимо заботиться не только о детях, но и о себе. 

Подготовка

У Валентины Турбиной из Москвы трое кровных детей — Елисей (13 лет), Маша (11), Саша (8), и трое приемных – Юра (5), Катя (4), Серафима (2 года).

«Наши кровные дети первое время пребывали в некотором шоке, когда мы с мужем решили взять ребенка из детдома, — рассказывает Валентина. – Мы и раньше задумывались об этом, но жили тогда в однокомнатной квартире с Елисеем и Машей и Сашей. Понятно, что нам бы не разрешили взять даже одного ребенка.

Как только нам удалось переехать  в «трешку», мы тут же  записались в школу приемных родителей. И тут же начали готовить своих кровных ребят к приему детей. Старшие дети переживали, а вдруг мы будем их меньше любить, если в доме  появятся «чужие» малыши? И нам потребовалось полгода разъяснений, разговоров, дополнительных «обнимашек» и т.п. с кровными детьми для того, чтобы они полностью поддержали наше решение».

Валентина с Катей (в коляске) и Юрой (справа) — первые дни с детьми. Фото — из семейного архива.

Валентина говорит, что мысленно представляла себе, как будет выглядеть жизнь их семьи с появлением приемных детей: будущая приемная мама старалась  мысленно как бы «расширить» пространство, примеряла свои силы, чтобы их хватило.

«Мы с мужем учились в ШПР, много читали: статьи, книги о приемном родительстве, смотрели фильмы, слушали вебинары, посещали лекции. Конечно, не удержались — уже на этапе обучения стали искать детей. Искали, в том числе просматривали видеоанкеты на сайте фонда «Измени одну жизнь». Мне тогда понравилась одна девочка, но не все домочадцы почему-то согласились с моим выбором», — вспоминает приемная мама.

Читайте раздел на нашем сайте – 5 шагов к принятию ребенка в семью.  Он создан для тех, кто думает о том, чтобы взять ребенка из детского дома. Подробные инструкции написаны в удобном формате. 

В итоге получилось, что семья Турбиных нашла детей по фотографиям, которые разместили волонтеры в соцсетях. «Спустя три дня после оформления всех документов мы смотрели фотографии наших будущих малышей. Увидев снимки, старшие дети закричали: «Наши, мама! Езжай за ними скорее!»

Я позвонила региональному оператору и договорилась о встрече. Через 3 дня я уже была у детей.  У меня, в отличие от мужа, было опасение, что я приеду – и что-то не так… Боялась, что запах будет не мой, не знаю, что еще… Наряду с этим было понятно, что я еду за своими детьми, не было варианта соглашусь – или нет», — рассказывает Валентина.

Встреча

И сложностей при первом свидании не возникло, ведь она, как говорит, отправилась к своим детям. Малышам сразу сказали, что к ним приехала мама. На первой встрече Валентина испытала шок от того, что Юра и Катя были совсем маленькими: «Юра к тому же весь был в каких-то волдырях, намазанных синькой. Ботиночки у него были 19-го размера, и это в 3,5 года! Катюша в свои 2,5 года весила всего 7 кг. Первое время я покупала ей одежду на 6-9 месяцев… Катя с трудом стояла на своих худеньких ножках, держась за опору. Ходить она научилась уже дома».

Катя (справа) в доме ребенка. Фото — из семейного архива.

Юре Валентина показывала книжки, которые привезла с собой, разыгрывала с мальчиком сценки. Это помогло при первом общении.

«Помню, как Юра показал на дом, видневшийся в окне, и сказал: «Мама!» У него, видимо, были воспоминания о жизни в семье, о своей кровной маме. Мальчик помнил и ее, и изъятие. Потом постепенно все это стерлись из его памяти. Но в тот момент было ощущение, что Юра кого-то все время ждал», — говорит приемная мама.

Катюша сразу улыбнулась Валентине, пыталась обаять ее. «Целый год девочка с разными тетями путешествовала по больницам, привыкла ловить внимание по крохам от всех! Через три дня прогулок Катя уже цеплялась за меня, плакала, не хотела идти обратно в группу. Это было очень сложно, сердце разрывалось…  Я шепнула ей, что осталось немного потерпеть, скоро мы поедем домой, никогда уже не будем расставаться. Катя посмотрела на меня своими умными глазами и успокоилась. Девочка ВСЕ поняла!» — рассказывает Валентина.

Катя – очень ласковая, всегда жизнерадостная, оптимистичная, за счет этих качеств она и выжила, кардиолог сказала Валентине – «чудом!» Фото — Антон Карлинер.

Она говорит, что ускорить приезд домой не могла, пришлось подождать, пока оформят документы. Будущие родители и дети покорно гуляли по территории дома ребенка, общались, играли, привыкали друг к другу.

Адаптация

«Первое время с Юрой было легко. Он был уж слишком послушным, исполнительным, — рассказывает Валентина. — Было понятно, что ребенок до конца не раскрылся. Хотя окружающим не сильно это бросалось в глаза, но я чувствовала, что он зажат, не расслабился. Кушать мог часа по полтора, находясь в глубоких раздумьях».

На второй год у мальчика началась физиология: бронхит, неусвоение одного, другого продукта. Юра, по словам приемной мамы, проходил не психологическую, а физическую адаптацию. Возможно, подсознательно он пытался таким образом привлечь к себе больше внимания родителей.

Юра любит  рисовать, читать с мамой книжки, занимается айкидо. Фото — Антон Карлинер.

Весь первый год им пришлось сосредоточить внимание на здоровье Кати. С ней приемные папа и мама ездили по врачам, искали высококвалифицированных специалистов, подбирали препараты для лечения. К тому же девочка практически постоянно была на руках у Валентины, никому не уступала это место.

«Одним из этапов адаптации было появление через год в нашей семье маленькой Серафимы. Юра как-то сразу почувствовал себя заботливым старшим братом. Выяснил, откуда я привезла Серафиму, и успокоился. Он понял, что в этой семье никого не отдают, а только берут, — вспоминает приемная мама. — Сейчас Юра до донца вжился в семью, сроднился со всеми, он чудный, теплый, ласковый, поцелуйщик, первый мамин помощник и мамин любимчик!»

До и после

«При поиске своих первых детей параметр  у меня был только один – дети должны быть младше младшего ребенка в семье. Я боялась, что в ином случае не смогу правильно соблюсти иерархию, — признается Валентина. — Господь посылает именно тех детей, которые вам нужны и которым нужны именно вы.

Сначала бывает страшновато, но когда ты взял первого ребенка, то с последующими будет чуть проще, на мой взгляд. После принятия первых детей, мое отношение поменялось. Я уже не искала «своего», мы с мужем просто понимали, что, имея опыт и знания, можем принять практически любого, что  это, скорее всего, будет ребенок, которых забирают с трудом, ребенок, за которым не стоит очередь. И наш ребенок с 5-й группой здоровья не заставил себя ждать. Сейчас это веселая, умная, очаровательная девчушка, любимица всей семьи, развивающаяся семимильными шагами, ласковая и обаятельная!»

Поначалу младшая кровная дочка Саша ревновала маму к приемным брату и сестрам. Фото — Антон Карлинер.

У Валентины все дети — из Ставрополья. «У старших в документах прочерки, но при желании можно найти каких-то их кровных родственников. Планирую, когда дети подрастут, свозить их в родные места», — говорит приемная мама.

Юра, по ее словам, рассудительный мальчик, очень внимательный, при этом — ранимый и чувствительный. Любит  рисовать, читать с мамой книжки, занимается айкидо. Сестры постоянно пользуются Юриной добротой и мягкостью, иногда забирают у него игрушки или отвоевывают место поближе к маме.

Катя – очень ласковая, всегда жизнерадостная, оптимистичная, за счет этих качеств она и выжила, кардиолог сказала Валентине – «чудом!» Операцию на сердце девочке сделали очень поздно, только когда она попала в дом ребенка.

Катюша — очень подвижная и эмоциональная, из-за чего пока у нее остаются проблемы с усидчивостью и вниманием. С удовольствием ходит на танцы, рисует, делает аппликации.

«Серафима – маленькое чудо», — так говорит о дочери Валентина. Кровная мама отказалась от нее в родильном доме. У девочки была задержка в развитии, в семь месяцев она даже не переворачивалась. Сейчас Сима догнала, а в чем-то и перегнала своих сверстников. Очень умная, ласковая, ловкая и активная, любит читать, учить стихи, обниматься и целоваться. В два года  выражает свои мысли предложениями. Уже выучила первый стишок.

Любовь и ревность

«Всех троих детей я приняла с первого дня знакомства. Но чувство привязанности, любви к каждому из них пришло в разное время, — признается Валентина. — Ощущение блаженства в тот момент, когда обнимаешь ребенка, находишься рядом с ним, у меня к Кате и Серафиме возникло быстрее, чем к Юре. С ним мне потребовалось время, внутренняя работа, я посещала лекции, работала с психологами».

Фонд «Измени одну жизнь» разработал и запустил новый бесплатный онлайн-курс Привязанность в рамках проекта ProFamily, созданного специально для мам и пап.

Первое время, говорит приемная мама, это была не любовь, а чувство беспокойства о здоровье ребенка, чувство ответственности, забота… «Я целовала Юру, обнимала, разговаривала с ним, чтобы он ни в коем случае не почувствовал, что к нему мама относится иначе. И я была уверена, что это чувство обязательно придет, просто нужно немного подождать, — рассказывает Валентина. — Любовь пришла постепенно и незаметно. Привязанность – двустороннее чувство, за которым стоит труд.

К примеру, мы часто играли в маму и младенца: я качала детей на руках, закутав в одеяло, и кормила при этом бананами. Дети были в полном восторге!»

Маша (на снимке) иногда могла даже поссориться с сестрой Сашей из-за того, кто первый будет играть с младшими детьми. Фото — Антон Карлинер.

Ревновали ли кровные дети родителей к приемным малышам? Поначалу самая младшая – Саша — ревновала маму. Саша привыкла к статусу самой маленькой девочки в семье, которой достается все внимание и ласка. А тут приехали сразу двое: Катя и Юра! И Саша не знала, как себя вести. Однако ревность со временем прошла.

«Дочка поняла, что у нас появились малыши, с которыми можно играть, ходить на прогулку, рисовать. Ей понравилось быть старшей, иногда покомандовать, поучить… Она любит с младшими играть в школу, проводить мастер-классы по рисованию или лепке. Первое время Саша с Машей иногда могли даже поссориться из-за того, кто первый будет играть с младшими», — вспоминает приемная мама.

Она говорит, что в семье есть ощущение команды: «Меня часто выручают кровные дети. К примеру, нужно уйти на кухню. Я прошу Сашу позаниматься с малышами, к примеру, провести мастер-класс по лепке. Или прошу Машу с ними порисовать. Подготовкой к праздникам,  написанием сценариев и разработкой веселых конкурсов занимаются Елисей с Машей. Салаты  на этот Новый год  дети, к примеру, делали все вместе».

Выгорание и поддержка

«Я ощущала, скорее, не эмоциональную, а физическую усталость, — рассказывает приемная мама. — Сначала родился первый ребенок, у меня был жуткий недосып, потом появляется второй маленький ребенок, и снова — бессонные ночи. Потом мы взяли приемных малышей. Представьте, как выросла нагрузка: с троих до шестерых детей. Как минимум, приходилось готовить уже вдвое больше еды. За порядком следить, убирать в течение всего дня.

Последние несколько месяцев, после того, как малышку отучили от соски, и дочка начала спокойно спать, уже получается высыпаться, чему я несказанно рада. Много сил отнимала постоянная беготня для оформления каких-то документов.  К тому же я  постоянно была на эмоциях, чутко следила за настроением детей, за их адаптацией, за своими чувствами и словами, переживала за каждую мелочь: кто и как посмотрел, как поговорили, хотела всех обнять и приласкать поровну… Малышей хвалила, ласкала, старшие тут же требовали такого же внимания».

В эти моменты, как признается Валентина, она очень сильно ощущала помощь мужа. Он мог посидеть с детьми, пока она ходила по инстанциям. Но самой важной, по ее словам,  для нее стала моральная поддержка: «С мужем я всегда могу обсудить свои мысли и тревоги. Ка важно от него услышать: «Ты хорошая мама, ты все правильно делаешь!» Роль отца в семье очень важна, я все время слежу за соблюдением иерархии. Не знаю даже, как справляются «соломамы». Им гораздо сложнее».

Елисей. Фото — Антон Карлинер.

Помогало многодетной маме и общение с другими приемными семьями: «Когда слушаешь рассказы о тяжелой адаптации, то понимаешь, что твои трудности — просто мелочь по сравнению с проблемами в других семьях. Ощущаешь, что у тебя — золотые дети, а проблем просто нет!»

Когда дети только пришли в семью, то, по словам Валентины, у нее был накоплен определенный эмоциональный запас, которого хватило примерно на 2,5 года. И признается, что подустала.

«Сейчас, когда период  адаптации  прошел,  дети плотно  влились в семью, уже можно заняться и собой,  сдать хотя бы анализы, наконец, вспомнить о том, что я женщина, а не только мать,  купить себе тоже что-нибудь из одежды, а не только детям, — говорит она. – Теперь я уже не так переживаю, а больше радуюсь, глядя на ребят. Я довольна теми результатами, которых удалось добиться за это время:  физически, эмоционально, интеллектуально они окрепли. Понятно, что это только начало и впереди много задач, мы готовимся к школе… Но пока можно немного выдохнуть и заняться собственным здоровьем».

Отношение общества

«Даже региональный оператор того региона, откуда я брала детей, человек, в руках которого судьбы малышей и подростков, искренне считает, что ребят из детских домов берут в семьи именно из-за денег. Других мотивов эта женщина не видит… О чем тут говорить? Люди, не понимающие мотивации приемных родителей, находят для себя легкий ответ, объясняющий все, — говорит  Валентина. — А за финансовую поддержку я государству очень благодарна. Без детских пособий нам было бы гораздо труднее.

В этом смысле мои малыши находятся в более выгодном положении, чем старшие. Большая часть средств, конечно, уходит на еду, но я могу позволить купить детям хорошую одежду, игрушки, обязательно везу детей летом на море. Пособие мне дает ощущение стабильности и защищенности».

«Иногда некоторым людям непонятно, зачем кто-то берет чужих детей, особенно, когда кровные уже есть». Фото — из семейного архива.

Общество воспринимает приемное родительство как нечто экстраординарное, считает Валентина. «Мне бы хотелось, чтобы принятие ребенка в семью считалось обычным, нормальным явлением, как во многих других странах… Когда я со всеми детьми где-нибудь на отдыхе, окружающие часто  интересуются, все ли наши. А они ВСЕ НАШИ, все мои родные и любимые! И не важно, каким образом в семью приходят дети. Я не делю их на кровных и приемных… В последнее время общаюсь, в основном, с замещающими семьями, мне с ними легко, мы говорим на одном языке», — рассказывает она.

Важно, не кто родил, а кто любит, уверена приемная мама. «Даже у рожденных от одной мамы детей бывают конфликты и недопонимания, но мы над этим работаем.  Все наши дети живут дружно, относятся друг к другу с любовью и нежностью, чем очень радуют нас, родителей. Мы с мужем стараемся воспитывать их так, чтобы и когда нас не станет, они оставались надежной опорой друг у друга», — говорит Валентина.

1 комментарий

  • Елена

    Удивительные люди! Замечательная Семья… Именно с больной буквы! Дай Бог и сил, терпения, радости и много любви! Такие люди способны изменить мир… Ведь детям нужна не столько одежда и еда, кров, а именно, любовь и опыт отношений к людям и между людьми! Чтобы не случилось в их жизни у деток уже будет возможность выбирать между добром и злом! Так как Слава Богу в их жизни встретились люди способные им показать что такое ЛЮБОВЬ!

    8 февраля 2019

Добавить комментарий

Оставить комментарий через соц-сети

 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *