Елена Мачинская
Елена Мачинская 25 декабря 2018

Дед Мороз спешит к детям

0
2054
0

— Мам, есть чо поесть? — раздалось из кухни. Послышался звук открывающегося холодильника и грохот крышек.

— Макс, там котлетки тебе оставили, и суп ешь. И осторожнее смотри, папа елку еще не закрепил, не урони, — ответила из соседней комнаты мама.

Папа каждый год покупал живую елку. Раньше, когда Макс был маленьким, ее ставили в зале. И каждый раз, вычищая иголки из старого советского паласа, мама бурчала: «Давно пора купить искусственную елку, как у Суховых. Красота, никакой грязи. И окупается за два года – сплошная экономия». «Зато она у них не пахнет, — возражал папа. — А что за Новый год без запаха елки?» Мама тихо вздыхала и продолжала выбирать опавшие иголки из ковра.

Когда ребенок подрос, мама с папой нашли компромисс: елка заметно уменьшилась в размерах и перекочевала на кухню. Убирать иголки с линолеума стало значительно проще. Вот и в этот раз только что купленная зеленая красавица, еще пахнущая морозом, заняла свое место на табуретке в углу.

— Поешь и наряди елку, давай, — в кухню вплыл полноватый лысеющий мужчина с коробкой игрушек.

— Не, пап, я спешу, сорян, давай вечером, — ответил Макс, на бегу заглатывая холодную котлету. — У меня заказы, дети ждут Деда Мороза.

— Ты бы сперва бороду отрастил, — засмеялся папа, — а потом бы уже «дедморозил».

— Ты отстал, па, нынче все проще. Смотри и запоминай.

Макс достал большой красный мешок, вынул из него халат, шапку и искусственную бороду. Сначала он надел легкую дутую куртку «для объема», поверх нее натянул халат, затем закрепил бороду и приладил шапку.

— Ну вот, я готов. Вуаля!

— Чего, так в тапках и пойдешь? — засмеялась вышедшая на разговор «мальчиков» мама.

— Да не, переобуюсь. У меня, гляди, есть специальные валенки. Со снежинками!

— А Снегурочка твоя где?

— Да мы с Катькой встречаемся прям на адресе. Прикинь, первые клиенты – в  соседнем доме, через дорогу. Ну, все, я побег, целую.

Макс и Катя познакомились на первом курсе театрального вуза, и вот уже третий год в маленьком подмосковном городе Видное не было лучших Деда Мороза и Снегурочки. Заказы шли чередой.


***
Старая «Волга» из Мытищ в Видное ползла уже пятый час — МКАД стоял в предновогодних пробках. Москва готовилась встречать новый, 2000-й год.

Водитель нервничал и утирал пот со лба. Очень хотелось курить. На заднем сиденье второй час истошно орал ребенок, которого безуспешно пыталась успокоить полная женщина с добрым лицом. Ему еще предстоял такой же долгий и безрадостный путь назад.

— Ну, чего, Васильевна, считай, приехали. Уже Видное. Где у них тут чего? Ты тут была раньше?

— Да откуда же я знаю, Кирюша, я тут тоже впервые.

— О, смотри, Дед Мороз бежит. Ща мы его и проинтервьюируем, — последнее слово Кириллу далось с трудом, но так понравилось,  что он довольно улыбнулся сам себе и повторил нараспев, разбивая по слогам: — Про-ин-тер-вью-и-ру-ем Деда Мороза, хо-хо-хо.

Волга притормозила около Макса.  Водитель  достал сигареты и выскочил на улицу. В открытую дверь  хлынул поток  морозного воздуха, ребенок хватил его ртом и от неожиданности замолк.

— Уважаемый, постойте, извините, не подскажете, где тут дом малютки?

Макс увидел на заднем сиденье женщину с кульком и пошутил:

— А что, сдавать везете?

Шутка ему самому в тот же момент показалась глупой и неуместной, поэтому на последнем слове он осекся. Даже спустя много лет Макс, вспоминая ту встречу, будет краснеть от стыда. Однако, не пошути он так глупо тогда, кто знает, состоялся ли бы последующий разговор, так круто повлиявший на его жизнь.

— Ага, — совершенно невозмутимо ответил водитель. — Да не одного. Глянь в машину.

Макс оторопело приблизился к заднему стеклу и увидел, что рядом с женщиной, прямо на сидении лежит еще два таких же кулька.

— Да… Как… Да вы что… Ну как же? – На Макса нахлынула волна чувств. Раньше про брошенных детей он читал только в книжках, да и то это было так далеко от современной жизни, что казалось выдумкой автора. Нет, конечно, он знал, что существуют детские дома, и даже один из них расположен в конце улицы, и в школе на Новый год они как-то собирали подарки для сирот, но его, Максова, жизнь словно протекала в другом измерении и никогда не пересекалась с жизнью этих детей. Казалось, это какой-то иной мир, параллельный, невзаправдашний.

В его, настоящем мире у детей есть родители, бабушки и дедушки, поездки летом на юг, квартира, вкусно пахнущая елка на Новый год, домашние котлеты.  Компьютер есть. И Warcraft по вечерам с друзьями. И свидания с Катькой.  Да много чего есть. Разве так может быть, чтобы всего этого не было? Как они живут там, за забором эти «кульки»? Что их ждет там? Кому нужны? Все это вихрем проносилось в его голове. Почему-то захотелось схватить этих детей и бежать, бежать. Макс выдохнул:

— Да вы что, с ума сошли?!

Кирилл нахмурился, прикурил, и вдруг лицо его озарилась догадкой. Он по-доброму захохотал. Этот юноша с белой бородой, хватающий ртом воздух как испуганный ребенок, выглядел довольно комично.

— Да не наши это дети, не кипешуй, — стал объяснять водитель. — Нам из больницы их сказали перевезти в областной дом малютки. Понял? А ты чего думал, что мы своих сдавать везем?

Макс окончательно растерялся и покраснел.

— Ну, ты чудило, — продолжал тем временем Кирилл. — Прикинь, тема: какая-то баба троих родила сразу. Ее сейчас ищут. Одного в подъезде оставила, второго в шубу завернула и на помойку, а третьего вообще в мусоропровод кинула. Последнего еле выходили, с третьего этажа летел. Прикинь, больная? Хорошо бак полный был, на мусор упал, его это и спасло. А еще хорошо, что всех быстро нашли, иначе бы замерзли.

Васильевна с заднего сидения нервно подавала сигналы: время, мол, время.

—Ну, чего, скажешь нам теперь, где дом малютки-то? А то нам ехать надо.

— Да вон он, вон там, в конце улицы, видите желтое здание с трубой? Ну, вот вам туда.

— Ну, с наступающим, — Кирилл кинул в сугроб недокуренною сигарету, плюхнулся на сидение и живо покатил в указанную сторону.  Макс проводил глазами «Волгу», пока она не скрылась за воротами дома малютки. На поясе нервно завибрировала кнопочная «Моторола» – первый сотовый телефон Макса, подарок отца.

— Макс, ну, ты где? — заверещала Катька. — Начинать уже пора, клиенты волнуются.

— Погоди, сейчас… Слушай, Кать, это… Ну, нууу, — рой мыслей проносился в голове Макса со скоростью света.

—Ну чего «ну, ну», давай резче, ты забыл, сколько стоит минута разговора? Ты идешь или где?

— Иду. Слушай, а ты когда-нибудь думала о том, чтобы взять ребенка из детского дома?

— Ну да. Я вообще-то и сама усыновленная, если чо. А откуда вопрос? Ты где вообще?

— Бегу, Кать, уже в подъезд вхожу. Слушай, знаешь чего… Я тут подумал…  А выходи за меня?

Послесловие.

В новенькой квартире на 17-м этаже, только недавно купленной в ипотеку, еще пахнет ремонтом. В зале у окна — на самом видном месте — стоит огромная живая елка.

На полу, покрытом паркетом, играют трое детей: Маша, Вика и Леша. Это их первый Новый год в семье, они — приемные.

Витя, кровный сын Кати и Макса,  помогает бабушке и дедушке накрывать на стол. Витьке — 15, он старший из детей. В этом году его родители, наконец, осуществили тот план, который созрел еще 18 лет назад. Так Витя стал старшим братом.

Идиллию прерывает настойчивый звонок в дверь.

— Дети, — кричит нарядная мама Катя, еще такая же тонкая и легкая, как в студенческие годы. — Бежим скорее! Смотрите, кто пришел!

На пороге стоит дядька с большой бородой и красным мешком. Дети в испуге прячутся за Катю, маленькая Маша начинает плакать и пытается залезть на ручки. Витька подмигивает отцу и спасает положение:

— Здравствуй, Дедушка Мороз, мы тебя давно уже ждем, проходи в комнату. Ну, а вы чего? —теперь брат обращается к мелким. — Не узнали?  Это же Дед Мороз, он очень добрый, он любит детей. Пойдем, пойдем, покажем ему нашу елку.

Рассказ основан на реальных событиях. Имена героев и некоторые биографические данные изменены.

Иллюстрация автора.

Комментарии

Еще никто не оставил комментарий, вы можете стать первым!