Дмитрий Хазиев
Дмитрий Хазиев 9 апреля 2018

«У биологических родителей должен остаться шанс на исправление»

0
1231
0
Все фото - из семейного архива Канышевых.

15-летнего подростка Владимира и 4-летнего Ярослава Юлия Канышева с мужем взяли в семью весной прошлого года, с разницей в две недели. В  то время супруги уже были родителями кровных сына и дочери. «Детей мы берем под опеку, — говорит приемная мама. — У биологических родителей должен остаться шанс на исправление». В январе 2018  года Юлия родила дочку, так что теперь в семье — пятеро детей. О том, как растить и воспитывать кровных и приемных подростков, сверстников и новорожденную, Юлия рассказала корреспонденту фонда «Измени одну жизнь».

От волонтерства – к приемной семье

Все началось с тех пор, когда Юлия в качестве волонтера посещала больницу, куда привозили изъятых из семей детей. Она видела, в каком состоянии находились ребята. И увиденное не заставило ее отказаться от решения стать приемным родителем. Напротив, это желание лишь окрепло.

«В марте 2017 года в День аиста мы с мужем пришли в один из московских центров содействия воспитанию, — вспоминает Юлия. — Нам показали альбомы детей, и я увидела фотографию 15-летнего подростка — Вовы. Глядя на его снимок, поняла, что чувствую любовь к этому ребенку, буквально с первого взгляда. Но нам сказали, что мальчика нужно подготовить к знакомству, поскольку он уже уходил в приемную семью, и через два дня вернулся. После этого случая Володя закрылся, говорил психологам, что никуда больше не пойдет, жизнь в центре его устраивает…

Только спустя месяц состоялась наша первая встреча с ним. Как сейчас помню: привели Вову, он с нами не разговаривал, на контакт не выходил. Но мы к нему ездили каждую неделю в течение полутора месяцев, чтобы постепенно наладить контакт. Ходили с ним на прогулки».

Психологи в течение месяца готовили Володю к встрече с новыми приемными родителями.  

В это же время супругам позвонили из другой опеки и предложили взять в семью трехлетнего Ярослава. Юля говорит, что с мужем они взяли небольшую паузу для раздумий, поскольку не были уверены, что готовы принять в семью двоих детей одновременно. Оба ребенка непростые: у Ярослава — инвалидность, у Вовы — подростковый период.

В итоге супруги все же решились взять обоих мальчиков в семью. Первый месяц был достаточно сложным, поскольку у младшего — Ярика не было опыта жизни в семье, он с самого рождения находился в детдоме. Для него, к примеру, было в новинку слушаться родителей. Ярослав кидался ко всем на руки, называл мамами.

«Ярослав оказался гиперактивным ребенком, разрушил почти всю нашу квартиру. Правда, благодаря ему, мы, наконец-то, сделали ремонт», — смеется Юлия.

«Я — их постоянная мама, а не временная»

«Детей мы берем под опеку, — говорит Юлия. — Это наша принципиальная позиция. У биологических родителей должен остаться шанс на исправление. Мы не против усыновления в том случае, если это будет в интересах конкретного ребенка».

Вове, по словам приемной мамы, было сложнее в компании маленьких детей. В детдоме он жил среди сверстников. Ему было непривычно находиться среди младших по возрасту. Суматоха, шум-гам – все это не нравилось Вове. Несколько раз он убегал из дома, просил вернуть его обратно в центр, ругался с приемными родителями.

«Мы со своей стороны очерчивали определенные границы, — рассказывает Юлия. — К примеру, если Вова хотел выругаться на нас матом, то мы позволяли ему «выпустить пар» только в отсутствии младших детей. Первое время он плохо контролировал себя. Когда мы делали вместе уроки, ему сложно было признать свою ошибку. Он начинал искать ошибку в учебнике. А когда слышал фразу «ты не прав», начинал бурно выражать эмоции».

«Чувство любви к Вове, — говорит Юлия, — возникло с первого взгляда. Это чувство меня сильно поддерживало в период адаптации. Более того, с его кровной мамой мы полные тезки. Ее тоже зовут Юлия Владимировна. Возможно, по этой причине Вова срывал озлобленность на мне. А с моим супругом у мальчика сразу сложились хорошие отношения. Думаю, это связано с тем, что в детдомах практически нет мужчин, и дети тянутся к общению с ними. Женщин среди воспитателей, конечно же, в детдомах кратно больше, и они постоянно меняются. Мне потребовалось время, чтобы доказать Вове и Ярославу, что я их постоянная мама, а не временная».

С кровной дочкой Юлии —  Кирой, которой 4 года, у Вовы сложились отличные отношения. Он заботится о ней, может мультфильм включить ей на своем телефоне, приносит чай, печенье. С Данилой — кровным 13-летним сыном Юлии — у них нейтральные отношения.

Даня, по словам Юлии, оказался немного разочарован, поскольку хотел видеть в Вове друга, соратника, а получилось, что их интересы разные. Что касается Ярослава, то он — очень активный, всегда стремится что-то выхватить, забрать, сломать. Старшие дети даже немного сторонятся его.

Конструктор, пазлы и футбол

«Вова увлекается футболом, любить работать руками. Мы постоянно покупаем ему пазлы, сборочные конструкторы, — рассказывает Юлия. — С футболом была отдельная история. Сразу по приходу в семью я записала Вову в футбольную секцию. На самом деле, мальчику нужно было дать время адаптироваться в новой реальности, а не погружаться в секции. И в первые дни Вова сильно поругался с тренером, поскольку тот указывал на его ошибки».

Вова, Ярослав и Кира.

Вова ходит в коррекционную школу  неподалеку, говорит Юлия. Это школа-интернат, в котором дети живут с понедельника по пятницу, а в выходные возвращаются домой. Вова же посещает только занятия, а живет дома, в семье. И многие дети ему завидуют, поскольку все пять дней вынуждены проводить в стенах учреждения. Первое время у Вовы были конфликты с некоторыми из этих ребят.

Он – доверчивый и открытый мальчик, чем и воспользовались некоторые из учеников. У него нет тяги к своим вещам, он мог спокойно их отдать другим.

«Да и учителя первое время жаловались на его поведение, говорили, что он дерзит, не слушается. Приходилось с ними встречаться, объяснять, — рассказывает Юлия. — Мы даже дарили им книги Людмилы Петрановской, в которых и дается объяснение поведения приемного ребенка».

«Зачем вам это надо?»

«Окружающие к нашим детям относятся по-разному, — говорит Юлия. — Кого-то удивило наше с супругом решение взять приемных детей, кого-то нет. Некоторые прямо спрашивают: зачем вам это надо? Но какого-то осуждения я не слышала.

Друзья, которые нас отговаривали, по-прежнему относятся к подобной идее настороженно. Я рассказываю им не о плюсах приемной семьи, а о наших буднях. Объясняю, что это обычные дети со сложной судьбой. Мы не должны скрывать тот факт, что в семье живут приемные дети».

В любой многодетной семье имеется расписание и распределение обязанностей между членами семьи. Старшие, к примеру, моют посуду по очереди: Вова — в понедельник-четверг, Даня в субботу-воскресенье. Ярослав постоянно играет с сестренкой Кирой. Они заняты друг с другом.

«И здесь мне очень важно отметить заслуги мужа. На последних месяцах беременности и в первый месяц после родов Софии вся забота о детях и все домашние дела полностью стали ответственностью моего супруга. Мы с ним полностью взаимозаменяемы. Он может все: от замены памперсов до составления графика занятий всех детей на неделю», — отмечает приемная мама.

«Ключевым качеством стало терпение»

«В Школе приемных родителей вам расскажут основы, но невозможно предугадать свое собственное отношение к приемному ребенку, — говорит Юлия. —  Для меня стал открытием тот факт, что ребенок может вызвать не только бурю положительных, но и отрицательных эмоций.  Я сама не ожидала подобного от себя. Мне пришлось много над собой работать, и ключевым качеством здесь стало терпение».

Вся семья — в ожидании младшей сестренки Софии. 

По словам приемной мамы, ей помогает чувство юмора, особенно в конфликтных ситуациях с Вовой. В момент назревания ссоры она может перевести все в шутку, и это спасает. Также Юлия с мужем общаются с другими приемными родителями, делятся опытом, советами, сами просят совета. И в этом случае очень важна поддержка.

«В первое время мы перестали общаться с друзьями, выходить в свет, потому что все время занимали дети. И психологически было достаточно тяжело это пережить, — объясняет Юлия. — Другие приемные родители нас поддерживали морально, рекомендовали психологов. Одна из мам сказала нам, что ребенка нужно принять таким, каков он есть, и не рассчитывать на возможные изменения. Люби его таким, какой он есть сейчас — эти слова нам очень помогли».

О будущем и тайне усыновления

Что касается будущего приемных детей, то профессия Вовы, по представлению приемной мамы, будет связана с ручным трудом. Возможно, он станет прекрасным поваром. А у Ярослава — отличная память, и эту способность он, наверняка, сможет применить в выборе профессии.

Если дети захотят получить информацию о приемных родителях, Юлия готова оказать необходимую помощь. «Главное, чтобы их кровные мамы тоже изъявили такое желание, — говорит она.  – В  будущем мы с мужем видим себя фостерной семьей, и в период преодоления кризиса в кровной семье готовы взять ребенка на время, пока все не урегулируется».

Не каждый может взять ребенка в семью, но помочь может каждый