Здравствуйте,  дорогие читатели!

Недолго я думала над очередной темой для блога, идеи подкидывает сама жизнь.

Читать все записи в блоге Анны Титовой.

Даже не знаю, с чего начать? Наверное, нужно с самого начала. Когда Андрюшке исполнилось почти два года, я очень сильно захотела второго ребенка. Это желание было такое сильное, прям до слез. Меня все отговаривали, говорили, что будет очень тяжело. И правда, было тяжело!

Супруг предупредил меня, что он работает, поэтому помогать тоже не сможет. Говорил, но все же помогал, спасибо ему огромное! Он мои статьи не читает, но я знаю, что многие понимают и видят, какой он особенный человек.

Мы вновь искали мальчика, потом была история с Денисом, мальчиком из Казахстана… Так вот, сижу я как-то вечером, и Ксения Игоревна присылает мне сообщение: «Аня, помоги пристроить ребенка, мальчика!» Спрашиваю, что значит «пристроить», ведь мы тоже ищем мальчика! Ответ был такой: «У ребенка ВИЧ-контакт».

Возвращаясь назад, скажу, что перед тем, как взять первого малыша, мы категорически были против четырех диагнозов: ВИЧ, гепатиты В и С, а также не готовы были взять ребенка с несохраненным интеллектом. После того, как Андрюша появился в нашей семье с контактом гепатитов В и С, а потом диагноз не подтвердился, конечно, гепатита мы больше не боялись.

Остались два диагноза, которых мы «боялись». И вот сижу я на кухне, муж опять в ночь на работе, идентично с первой ситуацией, когда я изучала историю гепатита, и понимаю, что есть реальный ребенок, которого мы можем взять, но у него, возможно, ВИЧ. Знаете, в этот самый момент мне было очень страшно от того, что мой муж скажет «нет». Это был единственный мой страх.

Я села и прочитала за ночь все по этому диагнозу, ведь идею мужу нужно «продать», имея веские  контраргументы, иначе дело может быть провальным. Так я готовилась к тому, чтобы мужу предложить усыновить ребенка, так я сделала, когда мы брали Андрюшу, поэтому смело рекомендую эту тактику всем, она работает на 100 %. Напишу об этом отдельную подробную статью, если нужно.

Прочитала я все про ВИЧ, и мне стало так стыдно! Какое отсутствие грамотности у нас по этому вопросу. Сколько совершенно необоснованных страхов и мифов существует, всяких страшилок на эту тему. Решила с вами поделиться, может кому-то поможет не отказаться и не испугаться.

Изучив этот вопрос, я поняла, что:

  1. Важно соблюдать меры безопасности, но процент заражения в бытовых условиях настолько мал, честно, он просто ничтожен, таких случаев – единицы.
  2. ВИЧ передается половым путем, возможно заражение. Если ребенок рождается естественным путем, процент мал.
  3. Заражение возможно при кормлении ребенка грудью — вероятность меньше одного процента!
  4. Ребенок нуждается в терапии: надо ему давать лекарство ежедневно в строго определенное время, если диагноз подтвердится.
  5. Пересдавать анализы нужно каждые полгода, а после двух лет – один раз, чтобы подтвердить или снять диагноз.
  6. Очень малый процент того, что ВИЧ-контакт (это реакция антител ребенка на ВИЧ кровной мамы) подтвердится.
  7. Такого ребенка требуется воспитывать с осознанием того, что он всю жизнь должен заботиться о своем половом партнере и использовать средства защиты при половых контактах.
  8. У таких детей могут быть абсолютно здоровые дети.
  9. Детей, у которых подтверждается диагноз, называют «плюсиками».
  10. Почти все приемные родители плюсиков берут второго ребенка — тоже «плюсика», и я их понимаю.
  11. «Плюсики» очень «выгодны» для детских домов, потому что это обычные дети с сохраненным интеллектом, которым только таблетку в рот раз в день положить нужно.

В нашем окружении есть люди с таким диагнозом, некоторые не принимают терапию вообще, некоторые это делают, только когда высоки титры (показатели активности болезни в крови).  У них — чудесные семьи и великолепные здоровые дети! Я могу быть в терминах не очень точна, сразу прошу прощения. И кто-то может меня поправить, но суть останется той же.

…Возвращаюсь в тот момент, когда я ночью сижу на кухне. Я уточнила у Ксении Игоревны, какие еще за диагнозы у малыша? Оказывается, диагнозов никаких, даже по шкале Апгар у малыша при рождении было 7 баллов!

Я сразу позвонила супругу, сказала, что есть ребенок, и про диагноз сообщила. Муж сказал: «Ты сошла с ума! Конечно, нет! Ань, у нас уже есть ребенок, а что если он заразится? Мы не можем так рисковать». В общем, общались мы больше часа, я ведь уже подкована была, поэтому «борьба с возражениями» в моем исполнении была проведена на «пять с плюсом».

Кстати, недолго мой муж и сопротивлялся. Я дала согласие, и мы поехали смотреть ребенка. Помню, заходим в палату,  его принесли. В это время в отделение патологии пришла главный врач, осторожно стала рассказывать о диагнозе. Мой муж спокойно повернулся к ней и говорит: «Да, знаем мы уже все. И решение приняли. Сегодня приехали знакомиться, как только будет возможность, сразу ребенка заберем».

Еще нам рассказали, что Даниил очень плохо переносит противовирусную терапию, часто срыгивает. Я не знаю, может, в больнице нас обманули, а может, он и правда только срыгивал молочко. Домой мы его забрали, и два-три раза в день его рвало после кормления так, что выходило все, что он съел. Простите за такие подробности, но это тоже важный опыт, может, он вам поможет.

Помогла нам классическая гомеопатия и наш чудесный гомеопат, она правильно подобрала препарат. Кстати, препарат оказался таким же, как и у Андрюши, когда мы обратились первый раз, ему тогда было восемь месяцев. Потом гомеопат рассказала, что этот препарат называют «препаратом брошенных детей». Наша история усыновления второго ребенка  уже описана тут.

Когда мы пошли сдавать кровь второй раз, Даниилу было 8 месяцев. Результат был отрицательный опять – второй раз. Врач в Контакт-центре долго не могла понять, как это так: мы не таскаем ребенка по больницам для взвешивания, от прививок у нас медотвод. Просто мы для себя решили, что наши дети будут расти без прививок.

Ну, и собственно, последний раз мы сдали кровь три недели назад. Это было для меня очень тяжело психологически, потому что кровь у ребенка берут без присутствия мамы. И это правильно, наверное, потому что часто приходится реанимировать еще и мам…

Конечно, для Даниила, который за два с половиной года был в больнице два раза — при рождении и обследовании  для документов на усыновление — сдавать кровь из вены – серьезное испытание. Я очень сильно плакала на груди у мужа, пока наш сынок кричал за закрытыми дверями: «Мамочка, мамочка…»

Это крик ребенка о помощи, на который ты не можешь среагировать. Конечно, Даниила потом нам вынесли, конечно, мы долго обнимались и ревели с ним вместе, но я искренне желаю всем матерям и детям не разлучаться даже на эти три минуты, они кажутся вечностью.

Позавчера я забрала результаты анализа, врач поздравила, что сынок здоров. В кабинете я подробно расспросила, можно ли кормить грудью таких деток, и это именно она мне сказала, что вероятность заразиться у мамы меньше одного процента.

Я очень расстроилась, ведь я так мечтала наладить грудное вскармливание, опять не разрешил муж из-за диагноза ребенка, и опять диагноз не подтвердился. Вот есть женская интуиция, почему я не настояла!

Врач не знала, что можно усыновить и наладить кормление грудью, кто не знал, вот — хорошая новость! У нас в городе есть, как минимум, одна такая многодетная мама, она взяла в семью маленькую девочку, когда уже было двое своих детей, и наладила кормление, кормила очень долго свою дочурку. Как видите, нет ничего невозможного!

Я вышла из кабинета врача, еще раз достала справку. Отправила фото мужу, и только тогда мою слезную плотину прорвало. Я поняла, как милостив Бог, как повезло нашему Даниилу, какое чудо в нашей семье произошло! Я ведь не боялась диагноза, не боялась и не боюсь трудностей, но понимаю, насколько легче путь без такого заболевания.

Ведь в нашей стране это — ярлык на всю жизнь, от таких людей все бегут, как от чумы. Вспоминая с супругом тот день, я напомнила ему, что мы могли и отказаться от нашего сероглазого чуда. Муж сказал: «Даже думать боюсь, как мы могли бы жить без него?» И это, действительно, так. Ведь со временем грань свой-чужой стирается, и приемные дети становятся больше, чем родные.

Что я могу сказать? Еще раз: не бойтесь, не переживайте, берите, молитесь, и если вам повезет меньше, ищите пути решения. Они есть всегда.

Я узнала, что в Африке есть семья, которая гомеопатией лечит СПИД. Клянусь, мы бы повезли туда нашего мальчика, мы бы переехали жить в Африку, если бы это помогло ему жить полноценной и счастливой жизнью! Это история не про жертву, но про ЛЮБОВЬ!

Очень часто мне пишут письма с вопросами, звонят. Пишите и звоните, я понимаю, как важно в окружении иметь человека с позитивным настроем и положительным опытом.

Моя почта titovaaa84@mail.ru, отвечу всем и, конечно, бесплатно. Слышала, за это нынче деньги люди берут)

Всем добра, любви и чудес!

С уважением и заботой, ваша  Анна Титова.

2 комментария

  • Юлия

    Что за бред разлучать ребёнка и мать при сдаче крови? Это же просто не человечно, живу в Израиле и сдавали кровь с сыночком вместе,ни разу он не плакал так же как и другие дети которые пришли сдавать кровь с мамой (сыну два с половиной года). Медсестра всё время рассказывала стишки и пела песенки и мы вместе ждали пока выйдет «вишенка» -кровь. А в следуюший раз у ребёнка не будет травмы от процесса. Советую вам не оставлять его один на один с иглой, требуйте присутствия при процедуре- это ваш ребёнок и ваше право, плевать на всех! Иногда просто дивлюсь как можно было придумать такие жестокие правила- просто бред…

    14 октября 2018
  • Мария Дроздова

    Восхищаюсь тобой, Анюта, и твоим мужем! Вы такие молодцы!!! И так здорово, что делитесь опытом с людьми🌹 всех благ вам!!!🌸🌸🌸

    11 октября 2018

Добавить комментарий

Оставить комментарий через соц-сети

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *