Мама двоих кровных сыновей Анна Потапова взяла в семью троих девочек, сестренок. Она рассказала, как решилась на такой шаг, как преодолевала сложности адаптации и выстраивала жизнь с пятью детьми. 

Сейчас в семье Потаповых пятеро детей.

— Почему вы решили взять в семью сразу трех дочек?

— Взять ребенка из детского дома было моим желанием с детства, а муж решился на этот шаг не сразу. Эту тему мы долго не обсуждали. Просто я один раз предложила, он не согласился, а через три года сказал «да».

За несколько месяцев до знакомства с будущими детьми случилась авария настолько сильная и страшная, что после нее наша машина не подлежала восстановлению. Трое нас — я и двое моих сыновей — остались живы.

Когда я увидела фото трех девочек, впоследствии ставших нашими дочками, почувствовала, что это — и знак, и моя благодарность Вселенной.

— Как вы нашли девочек?

— Это было в 2015 году. Я зашла на форум волонтеров, увидела фото трех сестренок и… закрыла ноутбук. Ночью они мне приснились. На следующий день я уже летела в Пермь знакомиться с девочками. Через десять минут после знакомства, созвонившись с мужем и мамой, подписала согласие.

— Что запомнилось о вашей первой встрече с будущими детьми?

— Первая встреча с младшими — трехлетней Полиной и четырехлетней Дашей — прошла в доме малютки. У меня ничего екнуло — я просто увидела двух смешных девчонок с большими бантами.  Посмотрела на малышек и поехала знакомиться со старшей — Лерой — в детский дом.

Девочки в детском доме, октябрь 2015 г.

Восьмилетняя Лера выбрала меня сама. Она взяла мой телефон, пока я разговаривала с психологом, она сделала много селфи. На самом деле, она не хотела в семью, ждала, что вернется ее мама. Однако когда я вышла в коридор позвонить мужу, Лера уже рассказывала воспитателям, что за ней приехала мама из Москвы.

— В первые дни дома вам кто-нибудь помогал?

— Из Перми в Москву мы приехали на машине. Первые дни были непростыми и прошли, словно в тумане, в решении бытовых вопросов: покупка кроватей, шкафов, устройство Леры в школу… Было сложно. В семью пришли сразу трое детей, каждый из которых обладал своим характером и имел свою предысторию. Началась притирка и привыкание друг к другу.

Младшие девчонки очень плохо спали. Полина просыпалась каждый час и кричала, Даша просыпалась реже, но тоже плакала. У меня совсем не было времени на сон, а утром надо было проснуться, приготовить завтрак и обед, при этом заниматься сыновьями.

Первые дней пять с нами была моя мама, я ничего не успевала и очень сильно уставала. Как только мама уехала, я взяла себя в руки и поняла, что за меня никто ничего не сделает. Наверное, в течение трех первых недель нам удалось по-новому выстроить нашу жизнь.

Иногда было настолько сложно, что я не могла разговаривать, не отвечала на звонки и просто молчала. Муж был целыми днями на работе, на мне было все, но я была очень счастлива.

— Адаптация далась тяжелее детям или вам, родителям?

— Адаптационный период был непростым, но ведь никто и не обещал, что будет легко. Вообще, мне кажется адаптация нужна исключительно родителям. Как только ребенка принимают таким, какой он есть, она почти закончена.

Иногда с детьми было очень сложно, признается Анна. Но при этом добавляет, что она была счастлива.  

Острый период с истериками начался у Леры через неделю. Ей удалось продемонстрировать нам именно ту адаптацию, про которую рассказывали в ШПР, на практике. Адаптация Даши пришла через полгода, а самая младшая Полина прошла этот этап наиболее легко.

— Что оказалось самым сложным? Как вы решали конфликты?

— Самое страшное в адаптации — вывести детей из состояния ступора, в которое их привело пребывание в системе. Вначале ты имеешь дело с эдакими роботами, похожими на идеальных детей, в которых почти нет жизни.  Потом этот ступор переходит в истерику. Эти переходы из крайности в крайность продолжались у нас в течение двух с половиной лет.

Во время адаптации старшая не хотела жить, кидалась в истерики, ненавидела всех вокруг. Средняя была как робот, тихая, запуганная, поэтому сложно было понять, что у нее внутри. Малышке было проще всего, но ее плохой ночной сон выбивал из жизни меня полностью.

Первые дни у старшей Леры были спокойные, все казалось ей новым и интересным, но как только мы пошли в школу, началось что-то невообразимое. Лера протестовала, падала на пол и истерила, пряталась под стол, кричала, как дикая. Все мои попытки мягко объяснить, что так делать нельзя, сводились к нулю. Ни мой спокойный, ни мой повышенный тон не давали результатов.

Я, не имея опыта, не понимала, что делать, когда восьмилетний ребёнок кричит: «Я не хочу жить, ненавижу всех, я страшная!» Когда во время очередной истерики она закричала: «Отвезите меня обратно!», я внезапно поняла, что она проверяет нас на прочность: предадим или нет. Тогда я обняла ее и сказала: «Ты теперь наша дочь, мы никому мы тебя не отдадим и никуда не отпустим». Она поплакала у меня на плече и успокоилась. Именно с этого момента истерики стали сходить на нет.

Адаптация длилась больше двух лет.

Адаптация Поли, самой младшей, прошла незаметно благодаря тому, что она была очень маленькая и очень жизнерадостная. Она не раскачивалась в кроватке, и единственным следом от пребывания в системе было сосание пальца, от которого мы ее отучили с помощью горького лака. Когда мы с ней познакомились, в три года она еще не разговаривала, а ее первым словом было «спасибо». Сейчас она болтает вовсю. Сон наладился, но все-таки иногда она приходит ночью к нам в комнату и тихо ложится рядом. При всем этом мне очень нравится ее самостоятельность.

Когда Даша, моя средняя дочка, попала в нашу семью, она была самым беспроблемным ребенком. Лера захватывала своим поведением нас всех, Полина в силу возраста также заставляла меня крутиться вокруг нее, а Даша просто тихо и спокойно жила, перебиваясь небольшими истериками.

Когда Даша постепенно начала оттаивать, ее эмоции тоже начали выходить из берегов. Она отталкивала и боялась обнимать меня. Ее тело было ужасно зажатым. Она была как маленький робот, который следовал четкой инструкции. Иногда она начинала хромать, и в этом тоже сказывался зажим от чувства потери, страха, одиночества, но после массажа это проходило.

Психосоматика проявлялась у нее и в еде: она ела все подряд, что дадут. Сначала мы разрешали ей есть, сколько захочет, потом стали ограничивать. Я люблю, когда Даша дает эмоции, не истерики, а живые эмоции: ругает кого-то, что-то отстаивает, удивляется. А какая она ласковая, как она обнимает, какие она слова говорит — я просто таю!

Каждая из сестренок учит маму чему-то новому.

Вскоре после удочерения мы отдали Дашу и Полину в детский садик на полдня, и я нередко слышала от воспитателей: «Ваши девочки все съедают», поэтому просила не давать им хлеб, так как они ели его без остановки. Сейчас ситуация с едой улучшилась, но тревожное состояние, когда мы ограничиваем девочек в еде, остается.

— Ваши кровные дети сразу приняли  сестренок?

— Младший сын был к нам очень привязан, поэтому ревности избежать не удалось. Несмотря на это, теперь понимаем, что все было к лучшему, потому что мальчишки уже не помнят жизни без сестер.

Если по-честному, после того как девочки появились в нашей семье, мальчики были немного отодвинуты на второй план. Сейчас баланс восстановлен, но по-хорошему, допускать этого нельзя, поэтому если вы задумываетесь об усыновлении, прежде всего, подумайте о том, как вы будете распределять свое внимание между детьми.

— Чему вы учитесь у приемных детей?

— Стойкости. Моим девчонкам при адаптации было не менее сложно, чем нам с мужем. В какие-то моменты я не выдерживала, срывалась и кричала, когда-то истерили они.

Несмотря на это, они просто молодцы. Они совершенно разные по характеру, поэтому если брать каждую отдельно, то у Леры я научилась бы пофигизму, у Даши — мудрости, а у Полины — умению любить жизнь во всех ее проявлениях. Обо всем этом я пишу в своем блоге. 

Все дети — разные по характеру. Но все вместе — семья.

Мне очень трудно представить, как мы жили до них. Бывает, вспоминаю какой-то случай из младенчества одного из сыновей и сразу высчитываю, сколько лет тогда было Лере, становится интересно: что с ней было в этот год? Вспоминаю наш отдых с мальчишками и перебираю в голове, что делали мои девчонки в это время, как жили без нас…

Думаю: почему раньше мы их не забрали? Но понимаю, что в жизни все происходит вовремя. Как же я благодарна Богу за них…

Все фото — из семейного архива Потаповых.

Комментарии

Еще никто не оставил комментарий, вы можете стать первым!