Евгения Константинова
Евгения Константинова 28 ноября 2016

Семеро в лодке – история усыновления

0
446
0

Сергей и Екатерина Балмасовы из Мурманска — приемные родители пятерых детей. А еще они создали организацию «Заполярье без сирот». Супруги уверены, что будущих усыновителей надо не только предостерегать от трудностей, но также показывать им хорошие примеры. Ребенку нужна семья, забота, терпение, любовь. А родителям – силы, уверены Балмасовы.  Об этом — в материале фонда «Измени одну жизнь».

 балмасовы1

Дети наполнили дом Балмасовых радостью. Все фото — из семейного архива.

«Не могли что ли другого ребенка выбрать?»

Катя и Сергей Балмасовы живут в Мурманске, вместе они — с 1998 года. Всегда хотели детей, но не сложилось. И супруги решили: станем приемными родителями. Первой появилась Маша — ей было 28 дней от рождения.

В декабре 2011 года Балмасовым позвонили из опеки, сказали, что их ждет новорожденная девочка.  «И вот вынесли сверток с живым комочком. «Мама с папой теперь рядом, ты любимая, ты долгожданная», — тихонько говорила я крохе», — вспоминает Катя.

Она прочитала где-то выражение и согласна с ним: «Самое большое одиночество — это когда тебя некому забрать из роддома». Домой Балмасовы ехали наполненные радостными переживаниями. Они — родители! Держали на руках доченьку, волновались, ведь это был их первый опыт в качестве папы и мамы. «Как будто двум большим детям дали маленького ребенка, — говорит Катя. — Не мы первые, успокаивала я себя тогда, справимся!».

Не все было просто. У малышки диагностировали сильный тремор всех конечностей, расходящееся косоглазие. «Не могли что ли другого ребенка выбрать? Ой, намучаетесь вы с ней!» — «заботливо» причитала массажистка детдома.  Но приемные родители не останавливались, двигались дальше.

балмасовы6jpg

Женя, Саша и Маша. Про Машу говорили, что она не улыбается.

Им говорили, что девочка не улыбается. Но это оказалось неправдой. В день, когда Марусенька оказалась дома, с ее лица не сходила улыбка.  До сих пор, разглядывая эти фото, Сергей говорит: «И вот это девочка, которая не улыбается?».

Машенька в семье — любимый Звоночек!  Тремор компенсировался, косоглазие лечат в специализированном детсаду. Все решаемо, уверена Катя.

«Саша родился, испытал ломку, брошенность и реанимацию»

Со своим сыном Сашей Балмасовы познакомились в 2013 году. Мальчику было 2,5 года. Катя и Сергей пришли к нему в больницу, где он лежал  со сломанным бедром. И потянулось время, пока они ждали возможности усыновления.

С Сашей приемные родители впервые узнали, что такое депривация. «Когда мы приходили, Сашка мило нам улыбался, лез на руки, обнимался, играл, — рассказывает Катя. — Как только заходила медсестра из детдома, дежурившая около него, он переключался на нее, мы для него переставали существовать. Это больно было наблюдать».

Конечно, Саша — боец! Родившись от мамы, которая в день родов укололась, он уже испытал сам и ломку, и брошенность, и две недели в реанимации на искусственной вентиляции легких. Антитела к гепатиту С сняли только к 2,5 годам. Такая тяжелая травма не могла не отразиться на его развитии.

балмасовы2

Из тихого и малоподвижного мальчика Саша превратился в веселого и шустрого ребенка.

Пословам Кати, обычно ребенок в 2,5 года только и должен, что бегать, прыгать, везде совать свой носик. Но мальчик сидел в деревянном стульчике и занимал сам себя немудреным конструктором.

И вот долгожданный день настал, и Сашка оказался на крепких папиных руках по другую сторону забора. Сашка ползал по дому, как крабик, на одних руках. Знал всего два цвета – синий и черный. Моторика работала плохо – он не мог взять мелкую деталь конструктора.  «А когда я спрашивала, хочет ли он кушать, он смотрел на меня круглыми глазами и не знал, как ответить, — говорит Катя. — В его взгляде я читала: реши за меня, хочу ли я есть, я сам не знаю». Но уже через несколько месяцев он стал разговаривать все больше и больше. А к своему четвертому дню рождения это был уже совсем другой малыш.

 «Разве так долго обнимаются?»

Когда Сергей и Катя рассказывали окружающим, что у них приемные дети, это порой воспринималось как нечто не очень нормальное. И тогда Балмасовы создали общественную организацию «Заполярье без сирот».

«Мы создаем информационные поводы по этой теме, — рассказывает Катя. — Сейчас, например, повезем по Мурманской области фотовыставку о приемных детях – что с ними было и что стало. Пытаемся привлечь взрослого человека, который еще мало знаком с темой, к этому вопросу». Одно дело — три формальных строчки в базе данных, а другое – живое соприкосновение с приемной семьей, с детьми, уверена Катя. По ее словам, в их организации уже немало позитивных примеров – когда-то люди говорили «мы не будем брать детей из детдома», а теперь они — кандидаты в приемные родители.

Катя вспоминает, что как-то, в очередной раз сидя в коридоре детдома на диванчике и ожидая, пока одевают Сашу, она дала себе слово, что заберет из этого места еще хотя бы двоих детей. И вскоре  Балмасовы это сделали. В их жизнь буквально «ворвалась» девятилетняя Женька.

«Помню, как я подошла к Жене и крепко обняла ее, — говорит Катя. — Она стояла, как вкопанная и не шевелилась. Я держала ее в своих объятиях, не отпуская, примерно минуту. Для нее это было вечностью. Когда я раскрыла руки, она изумленно смотрела на меня. «Разве так долго обнимаются?», — удивилась она. «Кого мы любим, тех любим обнимать», — ответила я. Теперь в нашей семье это явление называется «целительные объятия»! Когда мы обнимаемся, она часто сопровождает любимое действо довольным словом «блаженство». Это заряжает наши батарейки».

балмасовы3

Слева направо: Женя, Миша, Маша, Саша. «Ребенку нужна семья, забота, терпение, любовь. А родителям – силы», — уверен Сергей Балмасов.

Случай Жени – уникальный. У девочки есть кровный отец. Когда-то папа забрал девочку у ее мамы, зависимой от наркотиков (позже она умерла), и взял в свою новую семью. А когда Жене было 8 лет, девочка, видимо, надоела этой семье. Все взрослые подписали бумаги об отказе. Отец привел ребенка с вещами в центр помощи детям и уехал.

«Для нас эта информация была шоком, — признается Катя. —  Мы привыкли к тому, что дети в детском доме – из социально незащищенных семей. А здесь была благополучная успешная семья…»

Жене исполнилось 9 лет, эмоционально она была развита лет на 5. «Она могла начать истерику в магазине из-за не купленной ей шоколадки, — вспоминает Катя. —  Встать, как вкопанная, на улице и заявить, что на нее не так посмотрели, толкнули, не заметили. Атмосферу она распространяла вокруг себя зачастую негативную».  Но постепенно  Женя оправилась. Нельзя сказать, что все идеально. Но разница все равно уже есть. Была троечница – стала отличница. Когда-то она называла Катю и Сергея «тетя» и «дядя», но теперь уже они для нее «мама» и «папа».

«Самое главное – вернуть к жизни их доверие, — считает Катя. — Преданные однажды, а кто и многократно, многие из них начинают винить себя. Или думают, что за плохое поведение взрослый может отвезти в обратно в детдом».

 Совесть и сердце важнее профессионализма

Глава семьи Сергей Балмасов говорил: «В нашей лодке, кроме нас, есть ещe 4 места». Он почти угадал. «Теперь мы привыкаем быть всемером  — лодка оказалась более вместительной», — говорит Сергей. Вместе  с Женей в семью пришел маленький Миша, которому сейчас 1 год и 7 месяцев.

балмасовы4

Миша стал всеобщим любимцем. С Сашей и Машей.

А теперь еще появилась и 15-летняя Лена.«Мы, несмотря на трудности, как бывает у каждой многодетной семьи, и на то, что на руках маленький Миша, чувствовали в себе еще ресурс. Кроме того, нам было интересно пообщаться с подростками, — рассказывает приемный папа. — Вообще мы стараемся обращать внимание на эту категорию. Подростков не хотят брать в семьи. Кандидатов на них нет. Мы пытались разобраться в этой теме. Есть дети, которые уже долго находятся в детском доме и не хотят в семью. Причем многие подростки уже прошли возвраты, и даже повторные, из семей. Это тоже влияет на их психику и характер».

Супруги познакомились с Леной  и решили попробовать себя в варианте гостевого режима. «Я таких детей называю сохранными – в том смысле, что в них нет злости, агрессии», — говорит Катя.

Детство у Лены было сложным. Ее кровная мама пила, била дочку, в 7 лет Лена убежала из дома. Жила в детском доме, в 12 лет ее взяли в семью, но вернули: появился конфликт с кровным ребенком. Но Лена не сломалась. Хотя после этого дважды отказывалась от приемной семьи.

«Подросткам тоже нужна семья, — уверен Сергей. — Мы думаем о том, как и кем они выйдут во взрослую жизнь. Для нас это важно. В детском доме, в отличие от семьи, нет полноценных возможностей, чтобы подготовить подростка к выходу. Тут нужен и опыт, и желание сердца».

Сергей убежден, что часто семье нужны не новые компетенции, а самые простые вещи, знания, которые являются определяющими. «В советское время не было такого уровня профессионализма, но совести было больше, — объясняет он. —  Профессионализм нужен как средство достижения цели. А сначала надо работать с мотивацией».

unnamed

Сергей Балмасов убежден, что часто приемной семье нужны не новые компетенции, а самые простые вещи, знания, которые являются определяющими.

Когда Сергей учился в ШПР, ему казалось, что одной из задач, которые там ставились перед будущими приемными родителями, было умение фильтровать людей. «Это отчасти и правильно, — говорит Сергей. — Нам рассказывали такие истории, что слушатели пугались. А их надо не только предостерегать о возможных трудностях, но также мотивировать и настраивать на положительный исход. Показывать хорошие примеры. Мы сами стараемся ничего не усложнять и не доводить до научных теорий. Ребенку нужна семья, забота, терпение, любовь. А родителям – силы».

Комментарии

Еще никто не оставил комментарий, вы можете стать первым!