Все наши приемные дети пережили насильственные действия разной тяжести. Может, кому-то покажется, что если ребенка не били и не насиловали, то насилия не было. Действительно, у нас два ребенка-инвалида, которые не переживали прямого насилия против здоровья или, по крайней мере, не помнят таких эпизодов.

Sleep-Train-Your-Baby-Using-Ferber-Method

«Дети, оставленные в роддоме, прошедшие весь комплекс детских учреждений». Фото — img.momjunction.com.

Это дети, оставленные в родильном доме, прошедшие весь комплекс детских учреждений. Казалось бы, что все в порядке их никто и пальцем не тронул, но парадокс в том, что это и есть насилие. Их оставляли в кроватках, подолгу оставляли одних и общались с ними по часам.

Пугает то, что 11-летний мальчик до сих пор бьется о подушку по ночам, разбивая нос. А другой — 13-ти лет ритмично раскачивается при этом, повреждая свои руки (на запястьях кровавые мозоли). Итогом такого «ненасилия» является агрессивное поведение по отношению к другим детям и чрезмерное тактильное настойчивое поведение.

Я очень люблю своих детей и много времени посвящаю их нуждам. Но я всего лишь человек и мне неприятно, когда меня все время трогают и пытаются целовать в тех местах, которые ребенок целовать не должен. Мой приемный сын 11 лет все время норовит улечься головой мне на живот, а потом трогать меня и целовать. С первого взгляда, это похоже на имитацию половых отношений, но он это делает невинно и очень по-детски. Однако тем самым он показывает, что желает, что бы его трогали, обнимали и целовали везде, где возможно.

Такой сильнейший тактильный голод, что он не может насытиться уже долгое время. Иногда мне кажется, что он готов даже на то, что бы его били, но только трогали, поэтому он провоцирует именно тех детей, которые ему могут дать сдачи. Именно мой живот стал объектом его тактильной атаки, при этом он интересуется тем, кто у меня оттуда рождался. На самом деле он очень хочет быть малышом, который живет под защитой маминого живота. В результате всех разговоров и уговоров, которые ничего не дали, я завернула его в простынь и стала покачивать, при этом поглаживала и постукивала по всему телу. Это дало свои результаты: меньше агрессии к окружающим и уменьшилась частота «прилипаний» к моему телу.

Другой сын, ему 13 лет, просто берет мою руку и водит ею по всему телу. Может, вам покажется, что в этом нет ничего особенного? Но ситуация усугубляется его ранним половым созреванием, и для меня, например, неприемлемы касания определенных частей тела. Вот две ситуации, которые возникли в результате тактильного голода. Безразличие — это насилие?

В результате насильственных действий, голода и изолированности на 4 месяца в больнице, наш приемный сын, ему 3 года, демонстрирует агрессивное поведение по отношению к окружающему миру. Его поведение в 2 года я описывала в своем блоге: «Кому я отдам тебя, если ты мой сын». Его били, не кормили, выкидывали на улицу в мороз. Он месяцами не видел свою мать, отца не было. Он постоянно проводил время со своей пьяной бабушкой. Мама наведывалась со своими клиентами, которые лупили детей на глазах у близких, чтобы те к ним не лезли. Чтобы ребенок «не доставал», его просто поили водкой и укладывали спать.

Чем это обернулось для ребенка? Он был сильно агрессивен, похож на маленького зверька, постоянно голодный. Конечно, долгими днями мы корректировали его поведение. Но что в остатке? Агрессивное поведение, связанное с тактильным голоданием. Он цепляет людей на улице, обижает детей в саду, засыпает только на моей руке (кладет щеку на ладонь). Если бы видели его глаза, когда я его ругаю, они молят о прощении и там все время можно увидеть просьбу: «Пожалуйста, не бросай меня!»

Все они — совершенно разные дети, со своими характерами и восприимчивостью. Двое из сыновей не переживали видимого насилия, но итог почти одинаков. Агрессивное поведение и тактильный голод, который часто превращается в агрессивное поведение.

Трехлетний малыш прожил с нами один год, но за счет того, что я его качала на руках, гладила, целовала, поглаживала, он стал управляемым и даже послушным. Научился прислушиваться и замечать окружающих. Раньше он просто не видел окружающих, т.к. все лица слились в единое целое. 4 месяца изолированности сыграли свою роль. Няни заходили по часам: накормить, переодеть памперс, помыть пол, переодеть, дать лекарства, выключить свет. Никто из них почти не контактировал с ребенком, он кричал сутками, но даже мамочек из соседней палаты не допускали к нему. Сейчас в нем нет агрессии и лишь тактильный голод заставляет его цеплять других людей.

Наш 13-летний сын (инвалид, у него ДЦП) живет с нами год. За этот год он понял, что не дурак, которого из него делали все 12 лет. Хоть и умственно отсталый, он научился читать. Память у него хорошая, поэтому дети все у него теперь спрашивают. Мой сын любит читать энциклопедии, он знает много интересной информации. Еще иногда берет мою руку и кладет себе на голову, знает, что я сама буду выбирать направления поглаживаний. Перестал покачиваться и повреждать руки, они зажили.

А вот с 11-летним сыном проблем больше, но он еще у нас всего полгода и на гостевом режиме. Поэтому пока нечего сказать, как заберем, будем решать.

Материалы по теме:

Добавить комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *