Почему не надо везти подарки в детские дома? Объясняют дети и их приемные родители

«Я сразу свои подарки съедала, чтобы не украли»

Юлия Рощина, г. Магадан. 8 детей, 5 из них – приемные.

«Рассказывают мои дети, а их дополняю. Маша (14 лет, дома с 10 лет): «На Новый год мы салаты с воспитателем делали, можно было спать не ложиться подольше, телик можно было смотреть долго. Подарков много, но старшие все вкусные конфеты отбирали.

Я сразу свои подарки съедала, чтобы не украли. Другие подарки воспитатели забирали, потом по чуть-чуть нам выдавали, а то некоторых детей рвало конфетами».

Юлия с мужем Василием и детьми. Фото — из семейного архива Рощиных.

Поймите, никакой «собственности» в виде тех же «неконфетных» подарков у Маши за годы жизни в детдоме не скопилось, ничего не осталось. Даже то нарядное платье и игрушка, которые я ей привозила на Новый год перед тем, как забрать ее домой, были «стырены» другими детьми…

Читать также — Юлия Рощина: «Трудных» детей мать любит особенно сильно»

Саид (11 лет, дома с 7 лет): «На Новый год — хоровод у елки, играли, конфеты ели, много. А потом не знаю, где игрушки были». Дополню слова сына. Та же беда, что у Маши. Ничего личного не было у ребенка. Игрушки дети сами же и разламывали, чтобы другим не досталось, это я своими глазами видела.

Малыши ничего не рассказывали. Регина (10 лет, дома с 5,5) и Леша (8 лет, дома с 4) — в предновогодние недели, едва появляется атрибутика в городе, как с цепи срываются. Конфеты едят до рвоты, механически, со стеклянными глазами.

Любые подарки тут же портят или прячут (сейчас им есть куда, в детдоме некуда было). А вот Василиса (сейчас ей 7 лет) была маленькой, ей было 2,5 года, когда мы за ней пришли, ее миновала эта волонтерская спонсорская вакханалия, главврач дома ребенка к совсем малышам праздничное бедствие не пускала».

«Новый год – это праздник кариеса»

Надежда Апполат, Москва. 2 детей: кровный сын и приемная дочь.

«Приемная дочь Лера рассказывала мне, как за две недели до Нового года в детдом к ним приезжали волонтеры и привозили очень дорогие подарки, устраивали шоу. Лера однажды заказала волонтерам игрушку стоимостью 4 тысячи рублей, по ее собственным воспоминаниям. На второй год жизни в семье дочка даже взгрустнула, что таких дорогих подарков у нас нет. Конечно же, это шутка, но отчасти.

Надежда с детьми. Фото — из семейного архива Апполат.

Да, действительно, детские дома «задаривают». В прямом смысле слова. Но 31 декабря как такого праздника у Леры не было. Дочка мне рассказывала, что не все детдомовцы знают даже дату Нового года. Лера узнала, что его празднуют именно 31 декабря, когда уже оказалась в семье.

Читать также — Наша стратегическая задача — поставить Леру на ноги

А знаете, почему? Потому что волонтеры «с бубнами» начинаются за пару недель до самого праздника, а 31-го воспитатели сбегают домой праздновать. А дежурные – они тоже люди. Детей загоняют в постели, а сами по-тихому отмечают. Вот и получается, что для детей это самый обычный день…

Волонтеры, няни, персонал остаются со своими семьями, а дети – одни. Иллюзия распадается. А еще Новый год – это праздник кариеса, поскольку спонсоры привозят большое количество конфет, а дети стараются съесть все и сразу.

Лера, кстати, поначалу не верила в Деда Мороза, но потом поверила. Мы с мужем стараемся сделать много сюрпризов. Муж отвлекает детей, а я в этом время прячу подарки.

В 14 лет я рассказала Лере, что Деда Мороза все-таки не существует. Она, конечно, обиделась на нас, и сообщила, что в отношении Деда Мороза у нее были громадные планы».

Специально для друзей мы запускаем  акцию «100 рублей для детей»

Ведь так просто создать кампанию и подарить видеоанкету мальчику или девочке, которым нужна семья. Присоединяйтесь! Что такое сто рублей? И на что способны сто, десять и даже пять друзей?

«Дочка впервые увидела снег в 18 лет»

Наталья Клименко (Краснодарский край, Красноармейский район), 10 детей, все — приемные.

«Лена пришла к нам в семью в феврале 2019 года. В этом году в начале декабря у нас в Краснодарском крае падали снежинки, но сразу таяли. В тот день Леночка успела набрать в руки горсть снега. Для нее это было очень важное событие!

Лена впервые за 18,5 лет (!) побывала под снегопадом и подержала в руках снег. Всю жизнь она жила в замкнутом пространстве. Вот так помаленьку мы с ней познаем окружаемый мир…

…Лену мы взяли накануне ее 18-летия, успели удочерить. Она носит фамилию Клименко. Ее хотели из ДДИ прямиком перевести в ПНИ. У Лены церебральный паралич, но умственно и психически она абсолютно здорова. Однако диагноза ДЦП было вполне достаточно для многолетней изоляции в интернате.

Только в семье Лена узнала в 18 лет, что такое снег, зима, Новый год. Фото — из семейного архива Клименко.

В истории девочки — много пробелов: вроде бы Лену забрали из неблагополучной семьи, в силу ДЦП она оказалась в интернате, с сохранным интеллектом, но врачи посчитали ее тяжелобольной.

Читать также — Не ставьте перед особыми детьми высокие планки

При этом она научилась читать, печатать… Старалась развиваться сама, помогала другим детям, которые были более беспомощными, чем она.

Нынешний Новый Год – первый для нее в семейном кругу. Мы планируем пригласить аниматоров, подарить игрушки, поставить елку. Лена уже ждет с нетерпением наступление праздника. В интернате новогодние праздники протекали буднично…

А вообще у нас Леночка большая умница. Спасибо отделу образования за то, что учли нашу нестандартную ситуацию и зачислили дочку в школу после 18 лет. В учебе она делает неплохие успехи, поставила цель — получить среднее образование. С ее старанием и усидчивостью, думаю, все получится».

«Конфет было столько, что плевались ими друг в друга»

Наталья Тупякова (Москва). 4 детей, 3 из них — приемные.

 «О подарках в детские дома на Новый год я стала спрашивать младшего сына, т.к. девы об этом ничего рассказать не могут. А младший всего один Новый Год там встретил (не Москва и не Подмосковье, а провинция, кстати). Я не рассчитывала на какое-то обдуманное впечатление, но, тем не менее, вновь он меня заставил попереживать, ну умеет, да.

Читать также — Блог Натальи Тупяковой

— Да, на Новый год, конечно, нужны гости и подарки, — говорит сын грустным заученным голосом, — в детдоме же скучно очень, никаких дней рождения не отмечают. Ну да, приезжают радовать нас, много, человек 200, не входят в актовый зал даже, подарков много, конфет тоже. Горы…

О новогодних праздниках в детдоме Наталье рассказал приемный сын. Фото — Антон Карлинер.

Ну, личных вещей там нет, сразу все общим становится, даже если из дома что-то привез с собой при поступлении в детдом, или вот подарки.

— Тебя порадовать им удалось?

— Да нееет, я был грустный, у нас как раз в этот день бабушка умерла, мы плакали с сестрой. Часть подарков я ей отдал, у них в старшей группе же не было дарителей, только у малышей, старшие потом у младших заберут, ну там все равно все общее.


— То есть, вам было грустно, но вас все равно пытались развеселить. И не получилось?

— Ну дааа. Какое там веселье.

— А остальные веселились?

— Ну да, там были игры, обматывали, например, туалетной бумагой, и кто быстрее обмотался — тот выиграл и получал конфеты.

— Он радовался?

— Ну да, то есть, нет, конфет было столько, что плевались ими друг в друга. Вот это весело было (смеется)! Сестра подошла и дала мне конфеты, а я отказался.

— Ну вот ты сам был рад, что спонсоры приехали?

— Нет, я не люблю ИХ веселить».

«Дочка в первый Новый год дома изучала елку»

Лада Родина (г. Электросталь, Московская обл.). Две приемные дочери.

«Мы взяли старшую дочку накануне Нового Года, 16 декабря. О празднике я забыла вообще, настолько ждала ее прихода домой.

В итоге мы все же поставили елку, дарили подарки. Дочка в первый день была испугана, но уже на следующий день стала исследовать елку. Было впечатление, что все для нее в новинку.

Новый год стал семейным праздником, старшая дочь никуда не хочет уходить в этот вечер. Фото — из семейного архива Родиных. 

Сам 31 декабря прошел в праздничной атмосфере. В тот момент она не до конца понимала, что это за праздник. Это было в 2006 году. Прошло 13 лет, и Настя, уже будучи взрослой, Новый Год проводит всегда с нами, дома, никуда не уходит».

«Хочется, чтобы праздник для ребенка не прекращался»

Татьяна Фалина, г. Нижний Новгород. Воспитала 20 детей, из них 2 — кровных.

«В канун Нового Года мы взяли в семью Алену. Ее историю вы, наверняка, слышали. СМИ писали про девочку с ожогами, без рук. Эту девочку долго искал Александр Гезалов. Получилось так, что он стал активно про нее писать, и мы взяли ее.

Каждый родитель в этот момент представляет в голове некую рождественскую историю. Представляешь яркие моменты. В этом есть нехороший соблазн. Когда ты берешь ребенка в праздник, то хочется, чтобы праздник для ребенка не прекращался.

Татьяна с Аленой украшают дом к Новому году. Фото — из семейного архива Фалиных.

Но есть будни, есть адаптация и прочее. Не нужно создавать карусель вечного праздника, хотя желание порадовать ребенка естественное. Но когда праздник заканчивается, ребенок продолжает его ждать.

У нас с Аленой было ощущение, что перебарщивать с атмосферой праздника точно не стоит.

Читать также — Саша хочет в Россию, скучает по зиме и снегу

И я процитирую одного из педагогов: «Не подстраивайтесь под ребенка, пусть он сам подстраивается под вашу жизнь. На практике этот совет оказался жизнеспособным. Мы не отменили праздник, но и не делали ничего искусственного, нарочитого».

«В канун Нового Года в детдоме жаркая пора»

Мария Родюшкина, г. Красногорск, Московская обл. 4 детей, один из них — приемный.

«Я не отправляю подарки просто так. Только лично знакомому ребенку. Считаю подарки эти сладкие в огромных количествах очень вредной затеей для здоровья и психики детей. Девочкам, к примеру, я отправляла косметику.

Читать также — Алешка пополз ко мне, спрятался в коленях, ища защиты

Одной девочке, которая рисует, подарила профессиональные карандаши и всякие принадлежности для художников. Ну и все в таком духе, конкретно под ребёнка. И не очень дорогой, а именно персонализированный подарок.

Родюшкины предпочитают делать  адресные подарки — подопечным. Фото — Антон Карлинер.

Маленьким детям лично не дарила, хотя участвовала в сборе сладких подарков в школе, где мои дети учатся. Пыталась переубедить родителей не отправлять сладости в детдом, но не смогла. Все подарки я передавала через знакомых ребят из благотворительного фонда.

В настоящее время у меня, как у наставника, есть подопечный. Мы с ним планируем встретиться, и я ему подарю вещь, связанную с футболом, скорее всего. Ему интересен спорт.

Вообще, в канун Нового Года в детдоме жаркая пора: подарки, волонтеры, бесконечные концерты. Самих ребят таскают всюду, и дети говорят, что это тяжело».

«Мы просто сидели в игровой комнате»

Вера Дробинская (Астрахань). 7 приемных детей, 5 из них уже совершеннолетние, младшему  — 16 лет.

Наде сейчас 25 лет. В 11 лет она пришла в нашу семью. Вот что она рассказывает о том, как проходили праздничные зимние дни в детском доме: «Я успела побывать в нескольких детдомах, где новогодние и любые другие праздники проходили по-разному. В одном детдоме мы просто сидели в игровой комнате. Полдня в игровой, полдня – на прогулке.

Когда волонтеры привезли подарки, то сотрудники детдома пообещали выдавать их по чуть-чуть, а в итоге ничего не дали. Отдавали подарки своим детям. Этот детдом больше напоминал тюрьму.

Но в другом детдоме в Новый Год была и елка, и подарки, хорошие воспитатели».

Мнение эксперта

Дина Магнат, психолог

Фото — из личного архива Дины Магнат.

«О том, что новогодние подарки в детские дома – не самая хорошая идея, в последние годы говорят довольно многие в благотворительных фондах и некоммерческих организациях. Это же повторяют и приемные родители.

Типичная «неправильная» новогодняя история выглядит так: накануне праздника человек решает сделать что-то хорошее и решает поехать в какой-нибудь детский дом, может, которому помогает его организация.

Человек идет в магазин, выбирает подарок, приезжает к детям, смотрит концерт, дарит подарки и уезжает. Вот именно так делать не надо.

В этом случае ребенок начинает понимать, что как личность, как конкретный человек, он никому неинтересен. Его не видят в этом качестве люди, приехавшие накануне Нового Года с подарками.

Ребенок понимает, что гости его не знали и вряд ли запомнят, как конкретного Васю или Катю. Скорее его запомнят, как некий образ бедного ребенка, которому нужно подарить праздник. Васе или Кате и так не очень хорошо в стенах детского дома. Ребенок и так постоянно чувствует определенную объектность, он там немножко вещь, функция – «воспитанник учреждения». И разовый визит гостя с подарками подкрепляет это ощущение, что его воспринимают не как человека, а как объект или образ.

Дети, как правило, приноравливаются и компенсируют дыру в личных отношениях за счет подарков. Ребята тоже не видят в спонсорах и стихийных волонтерах людей, а видят некую фигуру, которая привезет подарок. Для них эти люди, грубо говоря, «лохи», с которых как можно больше нужно получить.

Желание уйти с помощью вещей, покупок от каких-то душевных переживаний имеет место и в обычной взрослой жизни – мы иногда заедаем стресс или идем на шоппинг, чтобы утешиться.

Только у нас это не единственный вариант утешения, мы можем обратиться к близким людям, мы знаем, что они помогут лучше, чем любые подарки. А ребенок из детского дома такого опыта не имеет.

У него нет варианта обратиться за моральной поддержкой к близкому человеку. И он привыкает утешаться подарками, вещами. При этом дети, как правило, подарки не ценят. Более того, старшие могут отбирать у младших, эти вещи могут быть проданы или сломаны на следующий день. Даже дорогие и ценные вещи.

А что такого? Ведь через полгода будет День защиты детей, снова можно попросить спонсоров. Дарители, скорее всего, будут уже другие, да и в любом случае никто не вспомнит, кому и что уже дарили.

Но бывает и по-другому. Если волонтеры ездят к одним и тем же детям в течение длительного времени, а не только в Новый год – это совершенно другое дело. Такие волонтеры хорошо понимают, что и кому они везут.

Они едут не к «детям вообще», а к конкретным девочкам и мальчикам, с которыми у них есть дружеские отношения. Они могут быть глубокими и не очень, поскольку волонтеры могут приезжать не часто, но все-таки это отношения. Когда люди состоят в отношениях, то они дарят друг другу подарки, это принято и понятно; в этом точно нет ничего плохого.

И еще есть учреждения, куда вообще мало кто приезжает – например, ДДИ. Отчасти, потому что красивых фотографий «гости дарят подарки сиротам» там особо не сделаешь. Общаться с детьми в интернате тяжело, нужен определенный склад характера, готовность принимать очень разных людей со всеми их особенностями.

Такие учреждения довольно закрыты от внешнего мира. Там нет не то что горы подарков, а нет вообще ничего нет. Задача волонтеров — помочь открыть двери этих интернатов для внешнего мира.

В этом смысле поездки в такие учреждения имеют гораздо большее значение, чем визиты в обычные детдома. Воспитанникам ДДИ элементарно нужно общение с другими людьми, не воспитателями или нянями своего интерната. Да и просьбы детей здесь совсем не про айфоны, а про что-то гораздо более приземленное».

Комментарии

Еще никто не оставил комментарий, вы можете стать первым!