Дмитрий Хазиев
Дмитрий Хазиев 29 декабря 2018

Наталья Самарина: «Дети, давайте забудем, что было в той семье»

0
44
0

Наталья Самарина рассказала фонду «Измени одну жизнь» о том, как не бояться брать приемных подростков и детей после возвратов из других замещающих семей.

У Натальи Самариной из Крыма двое кровных  дочерей – Полина (21 год) и Маша (16 лет), а еще двенадцать приемных: Ваня (16 лет), Стас (14), Леша ( 14 лет), Валентина (12), Камилла (12), Анжелика (12), Андрей (12),  Вика (12 лет), Настя (12 лет), Вова (10), Федя (9), Людмила ( 4 года), Ваня (3 года). Первых детей — Ваню с Викой – супруги взяли в семью в 2009 году.

С чего все началось

Мой муж работал в летнем лагере, куда привозили детей с отставанием в развитии. Я приехала к нему в гости и увидела Ваню, на него никто не обращал внимания. Мы познакомились с ним, оказался хорошим мальчишкой. Однако опека отказала нам.

Мы записались в Школу приемных родителей, заново пришли в опеку. Сотрудники предложили взять двух ребятишек с диагнозами и возвратами. Изначально обоих взяли американские родители, но потом вернули (подробностей я не знаю), потом дети ушли в другую семью, дальше был интернат…

Для большой семьи не хватило скамейки.

В свои небольшие детские годы они прошли многое, и вот оказались у нас. Вскоре мы разыскали мальчика Ваню, с которым познакомились в детском лагере. Так в семье оказался третий ребенок.

В 2014 году опека предложила взять еще одного ребенка. На первой встрече выяснилось, что эта девочка – ребенок маугли. Ничего не видела, ничего не знает… Мы ее взяли к себе, а через некоторое время взяли другую девочку, Валентину. Затем мне позвонили из Керченской опеки и предложили взять в семью брата и сестру…

Вова

Тяжелее всего адаптация проходила с Вовой, поскольку он не представлял себе жизнь вдали от мамы. Она пила, вела асоциальный образ жизни. До двух лет с момента рождения сына она жила с мужчиной. Скорее всего это был биологический отец Вовы, затем стала кочевать и просто ездила по Крыму, останавливаясь то там, то там. Вову изъяли в 6 лет, а через год он пришел к нам. Кстати, мы приехали на встречу с мальчиком всей нашей большой семьей. Дети начали с ним общаться, но они не хотел принимать ни меня, ни их. Но нам удалось уговорить его на гостевое посещение сроком в одну неделю.

С первых дней Вова начал называть меня мамой, поскольку все остальные дети обращались к нам «мама-папа». Тем не менее, адаптация с Вовой была и длилась ровно один месяц с момента прихода в семью.

Вова часто вспоминал свою кровную маму, но чем дольше он жил с нами, тем реже становились эти воспоминания. Мальчик не плакал, не истерил, учился хорошо, но очень часто уходил в себя, молчал. Он мог со мной разговаривать и в середине разговора замолчать, погрузиться в собственные мысли. В этот период мы начали водить его на кружки, экскурсии, много проводили время вместе для того, чтобы он смог быстрее отойти от воспоминаний и влиться в семью. Сейчас он вместе с папой часто ездит на охоту, рыбалку.

Ваня и Витя

Непродолжительное время они жили в приемной семье в США. Затем их вернули, и мальчики попали в другую семью. Но и оттуда мальчики ушли. Третьей семьей стала наша.

Первые дни Ваня с Витей даже не старались привыкать к нам и думали, что все закрутится по новой: возврат, поиск новой семьи, потом снова возврат и так далее.

В какой-то момент муж заметил это, сел рядом с мальчишками и говорит: «Вы жили в Америке, сменили несколько семей, но мы хотим, чтобы вы жили с нами. Затем вам исполнится 18 лет, захотите продолжить жизнь в нашей семье, то мы будем рады, захотите жить самостоятельно, мы поддержим ваш выбор».

После этого разговора Ваня с Витей стали постепенно принимать нас и поняли, что мы не откажемся. Ваня, пожалуй, единственный из всех наших деток, к которому любовь приходила долго и постепенно. Я не сразу смогла принять его. Теплые отношения начали складываться совсем недавно. Мы жили дружно, все делали вместе, но большой любви не было почему-то.

Андрей


Андрей пришел к нам из другой приемной семьи. Пришел вместе с Валентиной. Она не сестра ему, а просто одновременно они пришли в семью, когда обоим было по 9 лет. У Андрея и Вали проблемы в области психиатрии. Первый год жизни прошел достаточно спокойно, мы даже удивились.

Но в один из дней Андрей сбежал из дома. На побег его подбила его кровная сестра, которая предложила вернуться мальчику в психиатрическую клинику. Как только они сбежали, их остановили полицейские и вернули в семью.

Младшие поздравляют старших.

Через какое-то время врачи, действительно, настояли на  том, чтобы госпитализировать сестру обратно в клинику. Андрей остался с нами. Психологи посоветовали положить мальчик в психиатрическую клинику. И врачи почти уговорили нас.

Буквально через несколько дней Андрей подошел к нам и попросил не отдавать в клинику. И мы не отдали мальчика. А сестра продолжает оставаться в клинике, и мы иногда навещаем ее вместе с Андреем.

Последствия возвратов

Большинство моих детей уже были в приемных семьях. С этим обстоятельством был связан постоянный страх стать брошенным. Не могу сказать, что с ними легко. Однако думаю, что дети хотели от предыдущих приемных родителей почувствовать собственную нужность.  А это смогли дать только мы. Если что-то случается, то садимся и разговариваем с детьми.

Каждую проблему нужно обсуждать с ребенком. И вот еще: после скитаний по другим семьям дети поняли, что обрели дом, где их любят, поэтому, наверное, и адаптации у нас проходили мягко, скажем так.

Мы никогда не возвращались к теме прошлого, не проводили никаких параллелей, а жили и живем настоящим. Я стараюсь вовлекать детей во что-то новое, показываю им, что жизнь может быть иной. А когда дети говорят мне: «Вот в той семье было так-то, так-то», то я обычно отвечаю: «Давайте забудем, что было в той семье».  Наши дети быстро социализируются и привыкают к новой жизни, а воспоминания о прошлом стираются.

На отдыхе.

Я не стану осуждать предыдущих приемных родителей, поскольку с этими детьми, порой, бывает сложно. К примеру, опека до сих пор не верит, что у нас прижилась Валентина. До прихода в семью ребенок был диким, ее окружение были собаки, кошки. Изначально сотрудники органов опеки посчитали ее больной, считая социализацию невозможной. Она была ребенком-маугли. С нами девочка стали учиться, развиваться. Сейчас Валентина первая мамина помощница. Если мне нужно уехать по делам на несколько часов, то она остается дома за главную.

Как принять приемных внуков

Многие наши родственники отреагировали на наше приемство отрицательно. К примеру, моя мама поздравляет всех детей с днем рождения, дарит подарки, но до сих пор она не приняла мысль о том, что можно взять ребенка и любить его. Родственники со стороны мужа четыре года не общались с нами после прихода детей. Сейчас мой родной брат сам стал приемным родителем, понаблюдав за нашей семьей. Но поначалу тяжело принимали, думали, что нами руководствуется меркантилизм.

Что касается меня самой, наверное, приемное родительство сделало меня психологически сильнее. Я руководствуюсь принципом: если ты этим детям не поможешь, то никто не поможет. Иногда возникает ощущение, что ты должен проломить лбом стену. Вместе с тем возникает и огонек любви. Я стала мягче и стала по-другому смотреть на мир.

Дети научили меня, прежде всего, пониманию. Еще они научили чувствовать чужую боль. Именно боль, а не просто сострадание, сопереживание и доброту. Это иные чувства. Большинство моих детей – возвратные, и я чувствую через какую боль и горечь им пришлось пройти.

Пятиклассники готовы к занятиям в школе.

Кандидаты, которые хотят стать приемными родителями, должны помнить, что это, прежде всего, труд. И труд очень большой, ежедневный. Кандидат должен быть готовым к тому, что он столкнется с болью детей. Это не праздник каждый день.

Мне облегчило воспитание и развитие приемных детей взаимопонимание с органами опеки. Его явно не хватает в наше время. Мы столкнулись с частой сменой руководителей службы опеки и видим, что в сферу приходят нередко и посторонние люди. Они элементарно не в теме. Они не помогают, а работают, по сути, для галочки.

Будущее детей

Андрей хочет быть пожарным, Настя медсестрой, чтобы ухаживать за больными людьми, Камилла преподавателем. С Валентиной в силу того, что ее часто обижали, называли бездарной, мы часто говорим о том, что человек сам по себе представляет наивысшую ценность. И, таким образом, к ней приходит понимание ценности каждого живущего на Земле. У всех детей одно общее желание – построить большой дом, где все они жили бы уже со своими собственными детками, а мы бы навещали.

Многодетная семья прививает взаимовыручку, взаимопонимание, помощь ближнему. Понимание того, что ты не одинок, тебя всегда примут и поймут.

Все фото — из семейного архива Самариных.

Комментарии

Еще никто не оставил комментарий, вы можете стать первым!