adaptation

Тема социальной адаптации выпускников детских домов стара как мир. Специалисты, работающие в этой сфере, знают, как мало выпускников детских домов выживают. Почему это происходит? Попробуем разобраться.

Воспитанник детского дома живет в такой системе, где он сам себе не принадлежит. Ребенку говорят: «Сегодня едем на концерт», и он едет, не важно, хочет или нет. В выходной день любой школьник надеется выспаться, отдохнуть, набраться сил перед новой учебной неделей. Но не тут-то было. В 8 утра объявляют подъем, так как сегодня в детском доме «День аиста». И воспитанник обязан встать, одеться, умыться и с улыбкой принимать гостей: потенциальных приемных родителей, чиновников, журналистов. Я несколько раз была на этом мероприятии, приходила пообщаться с девчонками, у которых проводила программу по адаптации. При мне пришла делегация из кандидатов в приемные родители к старшим девочкам (15-18 лет). Директор что-то воодушевленно рассказывала, гости смотрели на них, девочки жались ко мне, пытаясь спрятаться. Когда все ушли, одна из них сказала: «Как в зоопарке».

Почему такое отношение, ведь это шанс попасть в семью? Но, как показывает практика, не всегда это становится реальным, а встречи приносят все больше разочарования и раздражения.

Также в выходные и в будние дни могут проходить другие мероприятия, где все обязаны присутствовать: праздники, концерты, приезд чиновников, игры, устраиваемые волонтерами и благотворительными фондами.

Другой момент жизни в детском доме: невозможность нормального процесса воспитания. В семье, если ребенок наказан, то он это наказание должен понести. Например, день без телевизора или без компьютера, запрет на прогулки с друзьями или что-то еще. В детском доме, независимо от того, провинился воспитанник или нет, если все едут в цирк, он тоже едет.

Ребенок, живущий в семье, эмоционально привязан к своим родителям, и благодаря этому он слушается. Доверяет взрослым, понимает, что они надежные, более опытные и зрелые, прислушивается к ним. Если родители не отпускают ребенка куда-то, чаще всего он подчиняется. В детском доме большинство детей не верят взрослым, их жизненный опыт показал, что те могут быть ненадежными. Их родители были слабыми, зависимыми от алкоголя или наркотиков, не смогли отказаться от пагубной привычки, чтобы сохранить себя, свою семью, своего ребенка. После этого сложно верить взрослым, особенно, если они показывают свою слабость, а ребенок, живущий в детском доме, как сканер считывает слабость людей. И тогда пощады не жди.

Особенно сложно детям, от которых сразу после рождения отказались родители. Там в картине мира взрослого вообще нет. И не трудно догадаться, что в школе с этими детьми сложнее всего.

Важно и то, что ребенок в детском доме почти ничего не делает сам: не стирает, не готовит, не моет полы, не выполняет поручения, которые, для детей, живущих в семье, являются нормой: сходить в магазин, вынести мусор, развесить белье и т.д. Не знает цену деньгам. Если у ребенка порвалась куртка, ему дадут другую. Благотворительные фонды собирают вещи, привозят, и так у детей появляется что-то новое. Если детдомовскому ребенку дарят дорогой подарок, например, айфон, он может пойти и продать его за копейки, не зная цены этой вещи. Она легко пришла к нему, легко и за бесценок ушла. Ему не надо было выпрашивать ее у родителей, учиться на одни пятерки, и ждать с трепетом в сердце, когда же эта долгожданная вещь будет ему подарена. Отсюда и нет желания бережно к ней относиться.

Также нет опыта разумной траты денег. Хотя в некоторых детских домах ребятам выдают по 300 рублей в месяц, и они могут этими деньгами как-то распорядиться. Некоторые копят и покупают себе одежду, другие предпочитают вкусно поесть. Но это скорее редкость, чаще ребята не имеют доступ к деньгам, и соответственно, не умеют ими распоряжаться.

И вот воспитанники детских домов, с покалеченными судьбами и истерзанными душами выходят за стены этого заведения. Обозленные, агрессивные, привыкшие, что все им должны, так как они сироты, государственные дети. Не наученные элементарным вещам, не умеющие заботиться о себе, научившиеся считывать людей, лучше профессиональных психологов. Выходят они на улицу со своей котомочкой и куда? А некуда. Более менее стабильная ситуация в Москве, здесь выпускник чаще всего переезжает сразу в свою квартиру. Получает пособие, кто-то продолжает учиться в колледже, реже в институте (есть у меня такой пример), подрабатывать курьером или в сфере быстрого питания. Вроде бы ничего особенного, не такая уж прекрасная жизнь, для 18-летнего человека достаточно сложная, но это самая благополучная ситуация. Многие же из выпускников пьют, принимают наркотики, не работают и не учатся. Попадают в сомнительные компании, часто криминальные; не наученные трудиться, они хотят легких денег, и находят пути реализации этого, впоследствии попадая в тюрьму или погибая.

Некоторые не выдерживают, заканчивают жизнь самоубийством. Они не справляются с этой жизнью, их не научили жить в нашем обществе, находить общий язык с людьми, встраиваться, мечтать, ставить перед собой цели и идти к ним. Зарабатывать деньги, учиться, развиваться – нет внутренней мотивации, нет включенности, они как были «замороженные» в системе детского дома, таковыми и остались. Будучи уверенными, что за них все сделают, они продолжают быть в этом уверены и после выпуска. Но тут они сталкиваются с другой ситуацией, когда никому не нужны. Если сам не сделаешь, то никто не сделает. Вот тут бы включиться. Но нет! Тут же появляются добровольцы, которые становятся «костылем» для ребенка, ходят и делают все за него. Если, конечно, появляются. Если нет, то либо выпускник включается и начинает за свою жизнь бороться, стараться выжить, либо нет. Вот тут бы очень помог человек или семья, которые смогут направить, подсказать, поговорить, кому можно излить душу, да просто знать, что есть кто-то, кому ты небезразличен. Ни в коем случае не ходить за выпускника, ничего за него не делать! Можно помочь советом, консультацией юриста, подключить свои связи, но он должен сам идти к чиновникам, в поликлинику, написать резюме, отправить и т.д. Главное, чтобы появилась мотивация. Иначе не выжить.

И это я рассказала о воспитанниках и выпускниках детских-домов, учреждений, в которых ребята учатся в общеобразовательной школе. Они каждый день выходят за стены этого учреждения, общаются с одноклассниками из семей, могут сходить в магазин, и, не смотря на это, им сложно адаптироваться к жизни после детского дома.

Что же тогда говорить об интернатах, где дети живут и учатся в одном месте, они лишены общения с другими людьми, кроме сотрудников и воспитанников этого учреждения. Интернат обычно хорошо охраняется. К чему их готовит эта система? Где еще так живут? Может быть в тюрьме, куда они нередко попадают?

И тут рождается вопрос, можно ли что-то сделать?

Я сейчас не буду говорить о том, что можно сделать на уровне государства. Про разукрупнение детских домов, развитие института профессиональных семей, всего того, что сейчас стараются сделать и государство, и общественные деятели, и некоммерческие организации. Расскажу, что может сделать каждый из нас. Можно взять под свою опеку хотя бы одного ребенка. Форм помощи много: наставничество, гостевая семья, опека или приемная семья, усыновление. В семье ребенок адаптируется и социализируется лучше и быстрее, и душевные раны немного заживут, в тепле, уюте и любви. Но если у вас нет такой возможности, вы можете просто навещать ребенка в детском доме, помогать делать уроки, общаться, чтобы он знал, что есть человек, которому можно позвонить, которому не все равно. Можно брать ребенка в гости на выходные, праздники и на каникулы. Для него это очень большой опыт, возможность увидеть другую жизнь, включиться, начать ставить перед собой цели. Стремиться к чему-то другому, о чем он раньше не знал. Увидеть, что такое семья, как хорошо и приятно быть просто ребенком. А там кто знает, может быть, со временем вы найдете в себе желание и ресурсы заботиться об этом запутавшемся человеке с такой непростой судьбой.

 

Добавить комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *