— Ксения, вы верите в Бога?
— Я не верю… Я знаю!

Стоим в храме. Идет литургия (утренняя церковная служба). Младший Сережа сидит на полу и смотрит, как из алтаря выходят священнослужители и несут Святую Чашу. Он не кричит, не валяется, не кукарекает (что происходит частенько в общественных местах). Он с большим интересом наблюдает за происходящим…

Конечно, так было не всегда. И когда первый раз я получила наставление от батюшки стоять с детьми всю литургию от и до, у алтаря – то была, мягко говоря, «в шоке». Зная, что может вытворить Серега младший, я совершенно упала духом, услышав такое. 2 часа спокойствия для младшего приемного сына – это область фантастики (о Сереже младшем читайте в истории усыновления семьи Торопцевых).

Но… с тех пор как мы стали стоять всю службу, он ни разу не заставил меня краснеть. Да, он может вздохнуть громко и сказать: «Ну, долго еще», «Ну, я устал уже», полежать на полу или что-то в этом роде. И, в общем, на этом все и заканчивается.

Храм дисциплинирует. Он вызывает в детях определенный страх (даже, скорее, трепет). Они чувствуют, что происходит что-то необычное, не такое повседневное, а что-то более возвышенное. Пение клироса, приглушенный свет, свечи успокаивают их нервную систему. Более того, в храме им зачастую дают послушание: задувать догорающие свечи и выбрасывать их. Для них это огромное удовольствие. И часть времени они тратят на отслеживание, догорела какая-нибудь свеча или нет. Костя (кровный сын) часто спрашивает меня, кто изображен на иконах, где икона Сереж, где его икона. Они подходят к ним, молятся, просят о своих детских наивных нуждах. Они ждут завершения, зная, что после причастия получат вкусную просфору.

Помните слова Христа: «Будьте как дети, ибо таких есть Царство Небесное». Дети верят безусловно, без стеснения или неудобств. Для них вера также естественна, как то, что есть мама и папа. До тех пор пока они не начнут анализировать, противопоставлять, не войдут в противоречие с этим миром (особенно в пубертате), их вера будет чистой, наивной и крайне благотворной для них самих. Детская вера – один из рычагов воспитания в ребенке уважения, доброты, милосердия, нравственных норм. В наше время это крайне важно. Сострадание, взаимопомощь, принятие людей такими, какие они есть (несмотря на особенности внешности, здоровья, социального положения) – это, в первую очередь задача родителя.

Вероучение дает нам источник, на который мы ссылаемся, когда ребенок спрашивает нас, почему это важно, почему это так, а не иначе. Это крайне необходимый этап воспитания и вероучение играет здесь немаловажную роль. В будущем, когда ребенок войдет в переходный возраст, и у него наступит период отрицания, мы практически никак не сможем повлиять на его восприятие окружающего, на его мировоззрение, он будет противостоять любым нашим аргументам. У него будет ломка, перестройка всего, что ему было дано, на его собственный взгляд на вещи. И в этот момент то, что было вложено в него ранее, сыграет роль катализатора. Чем глубже в нем будут сидеть эти устои, тем больше шансов, что из пубертата ребенок выйдет еще сильнее, морально устойчивее, эмоционально зрелым и нравственно богатым человеком.

Вообще, вопрос веры – очень тонкий и сугубо личный момент. Это не вопрос ваших интересов, занятий, образа жизни. Это то, что движет вами непосредственно во всех ваших поступках. В моем случае, вера стала решающей при выборе: брать или не брать детей с особенностями развития, ехать или не ехать за Гномиком. Когда ты полагаешься не только на себя, у тебя появляется Тот, Кто разделяет с тобой ответственность за твой поступок, Кто послал тебе эти испытания и Кто точно не даст тебе впасть в отчаяние, потому что так и должно быть. И знание этого дает тебе бесценные ресурсы – терпение и принятие!

Сейчас много говорят о сопровождении приемных семей, о психологической помощи при родительском выгорании, когда семья находится на грани развода, возврата. НКО в области психологической помощи становятся спасательным кругом для многих приемных родителей. А знаете почему? Потому что людям нужен этот кто-то, на кого можно переложить часть ответственности за его поступок, кто поможет тебе справиться с испытаниями, кто поддержит тебя и скажет, что ты все делаешь правильно, что ты не ошибся, кто направит. Только в моем случае, это не НКО, это не психологи (хотя мы тоже проходим психологические экспертизы), а вера! Вера дает мне уверенность, что я все делаю правильно, вера меня сдерживает, когда я выхожу из себя от очередного ужасного поступка ребенка, вера дает мне силы двигаться вперед и не отчаяться.

Я постоянно слышу от окружающих: «Церковь – это государственный рычаг, это бизнес, это манипулятор. Это зомбирование людей. Посмотри, ты приходишь в храм, там киоски с иконами, кресты дорогущие, за записки платить надо, батюшки на джипах».

Все правда, даже не поспоришь, кроме одного. Церковь – место, куда я иду, чтобы поговорить с Богом. В храме для меня нет никого, кроме него. Я веду с ним диалог, и этому не мешают ни ворчащие бабки, ни киоски со свечками, ни собирания милостыни. Дома — трое детей, которым ты постоянно нужен, которые хотят от тебя чего-то, а в храме есть ты и Бог. И больше никого! И когда ты ведешь с ним диалог, параллельно ты ведешь диалог с самим собой, анализируя свои поступки, поступки своих детей, моменты, которые больше всего доводили тебя до отчаяния. А что может быть лучше самоанализа?

Что мы делаем, когда понимаем, что все, потолок, что надо как-то развеяться и уделить себе время, побыть без детей? Мы уезжаем, идем на концерт, к подругам, на рыбалку и т.п. Я иногда оставляю детей с мужем, сажусь в машину и еду в Троице-Сергиеву Лавру. Во-первых, это смена декораций. Во-вторых, эстетическое наслаждение (очень красивое место). В-третьих, музыка. Хор Лавры – незабываемое впечатление. Не надо идти в консерваторию, чтобы снова распрямить крылья. Это возможность побыть наедине с собой, с Богом, все взвесить, эмоционально расслабиться, переключиться.

Я захожу к мощам Преподобного Сергия. Всегда вспоминаю, как открыла учебник для 5-го класса по литературе и увидела картину Михаила Нестерова «Видение отроку Варфоломею». Прочитала отрывок из жития (тот, что был в учебнике). Побежала в книжный магазин, купила полное издание, и уже никогда не расставалась с образом этого святого в своей жизни! Хотите верьте, хотите нет, но Гномика в первый раз я увидела в тот же день, как вернулась из этого монастыря.

Вера движет нами, у нее нет препятствий: временных, физических, моральных. Вера все оправдывает. Знание, что ты не один, и тебя не оставят, что Бог не даст тебе больше, чем ты можешь выдержать – мощнейший ресурс. Это стимул к преодолению. Я ни разу не усомнилась в этом. Находясь на грани, ты идешь в храм, и тебя отпускает. Ты лучше узнаешь себя, Бог дает тебе возможность выстроить отношения с самим собой, ты учишься контролировать свои эмоции, становишься морально устойчивым. Например, я совершенно привыкла к взглядам со стороны на моих приемных «не таких как все» детей. К вопросам: «Зачем вам это надо» или «вы хоть понимаете, какие проблемы вас ждут с этим ребенком». «Вы хоть понимаете, какой крест взвалили на себя?» — и я знаю, что понимаю, и знаю, что крест, и знаю, что этот крест – благословение. Потому что я вижу, как мои приемные дети (мой крест) становятся лучше, как они выздоравливают, делают большие успехи. И это ли не благословение?

Теперь о надежде. Надежда тоже ресурс, особенно когда твои дети не оправдывают твоих ожиданий. Ты самоуверенно идешь напролом, берешь сложного ребенка, и тебе кажется, что ты справишься, тебе горы по плечу, ты всегда был успешен, и не было того, что тебе бы ни удавалось, ты веришь в чудо. Но чуда не происходит. Ребенок не дает тебе того результата, которого ты от него ждешь. Например, тебе показалось, что ребенок с сохранным интеллектом, что он просто педагогически запущен. Но чем дольше ты занимаешься с ним, тем больше понимаешь, что ошибался.

Ребенок действительно интеллектуально не тянет, он не такой, «не нормальный», он особый. Ох, как страшно в этот момент. Переоценил, вечно твоя самоуверенность, не слушал никого, уперся как баран. А что теперь? Опустить руки в этот момент? Да ничего подобного!

Мой муж практически никогда не ходит в храм. Но перед каждым приемом пациентов, он молится Луке Войно-Ясенецкому (по-своему, больше с уважением к легендарному доктору, чем с почитанием его как святого), чтобы тот дал ему сил и помог вылечить людей. При этом он позиционирует себя неверующим человеком.

И однажды, когда ему не удалось помочь пациенту, и самочувствие последнего ухудшилось, он пришел и сказал, что все эти просьбы о помощи бессмысленны. Что в этой жизни надо полагаться только на себя и не просить о помощи кого-то свыше (потом признался, что сказал это в сердцах, поскольку отчаялся). Я спросила его: «А что с пациентом, что он сейчас делает?». И он ответил: «Я продолжаю его лечить, пока не будет результата». Это и есть надежда. И раз он надеется, он продолжает верить в успех. Я вижу по нему, что он все силы вкладывает, чтобы вылечить этого человека. И он вылечит, поверьте! Опускать руки можно, но только на несколько мгновений, чтобы поднять их новым усилием и надеждой, и доводить начатое до конца.

Я написала это для того, чтобы вы никогда не останавливались на своем пути. Если вы совершили поступок, значит, поставлена задача, и решение к ней можете предложить только вы. И в данном случае не важно, верите вы в Бога, или просто в самого себя. Главное, вера должна быть. Поскольку она дает надежду на лучшее. За 2 года приемного родительства я не раз говорила себе: «Правильно ли я поступила? А может это Бог дал мне сделать так, как я этого хочу, а не он. Может цель всего этого была проучить меня, укротить мои амбиции, самоуверенность?»

Наверное, все могло бы быть так, если бы не результаты того, труда, которые ты видишь каждый день на примере своих детей. Чудеса, в прямом смысле, которые происходят и которые приводят в недоумение врачей (читайте в Истории Гномика), дают надежду на то, что все правильно; что так оно и должно быть; что все не зря; что во всем есть свой смысл, и что надо идти дальше, ломать стереотипы, доказывать своим примером, что безудержная и безусловная вера в успех – даже если больше ничего нет – способна творить чудеса!

5 коммент. к записи “Блог Ксении Торопцевой. Часть пятая. Божественный ресурс родителей особых детей. Краткий очерк о вере и надежде

  1. Спасибо за ваши мысли, за то, что пишите о вашем опыте. Уже три месяца я приемная мама для Антоши, тоже с особенностями развития. Очень поддерживает в пути и в адаптации опыт других родителей, понимание, что этот путь проходили другие и ты идешь и все в порядке. Тоже переживаю за будущее сына, сомневаюсь в своих действиях, переживаю и с трепетом наблюдаю, как будет интеллектуально развиваться Антошка, т.к. стоит у.о., и по факту из 7,5 лет его жизни, этой самой жизни было у него года 2-2,5 в доме ребенка, вот на эти косо-криво 2 года он и развит, остальные годы просто украдены системой. И уверена, что ребенка посылает Бог, того самого, который нужен мне и которому нужна именно такая я.
    Получила первое заключение в день Св. Николая (Мирликийского), а 25 декабря вылетала за ребенком.

  2. У меня пока одна приемная дочь. Сейчас оформляю документы на младшую лапочку. С одной стороны у меня ситуация сложнее, с другой легче. У меня мало, практически нет близких родственников, нет мужа, и не было своих кровных детей. Раньше я говорила, что Бог не дал детей, а сейчас говорю Бог доверил мне этих детей.
    Моя приемная дочь имеет особенности развития, и плюс к этому диагноз, который я называю так: «особо тяжелые условия раннего периода жизни». Девочка у меня уже два года. И за этот период чего только не было. Меня останавливали на улице,обвиняя в жестком обращении с ребенком, жаловались в опеку (слава Богу, только устно и это отдельная детективная история), даже в кризисном центре (это психологическая организация, которая работает на ооп в нашем городе и ведет шпр) меня обвинили в плохом воспитании ребенка и вместо помощи написали закрытое письмо в опеку, которая потом этим письмом меня же и хлестала.
    Я написала все это только для того, чтобы сказать вот о чем. Меня не раз спрашивали, почему я выбрала именно эту девочку, почему и как я ее люблю. Я долго думала и молилась над этими вопросами. И мой ответ такой. Я сначала приняла решение любить ребенка, которого беру. Еще до встречи, еще до начала каких либо отношений. Старшую я брала почти в ее 6 лет и когда шла знакомиться, то говорила: «если она скажет да, то у меня нет никакого права отказать ей». А сейчас, кода иду за младшей, которой еще нет четырех и учреждение, в котором она находится, даже не позаботилось о том, что бы был установлен эмоциональный контакт (в связи с чем, я очень переживаю на счет оформления документов), уже точно знаю, что у меня нет никакого права предать уже преданного и проклятого ребенка.
    Я нежно люблю свою старшую. И буду обожать малышку. Бывает всякое, делается много ошибок. Но поддержку и опору я ищу в Боге. И знаю, что делаю это для Него.
    Не знаю удалось ли мне объяснить то, что любовь к ребенку начинается с решения, которое влечет за собой полное изменение жизни без возможности вернуться назад. Но я точно знаю, что несу полную ответственность за все последствия этого решения.

  3. У меня один приемный ребенок, когда он попал ко мне я думала это чудо, что все карты сложились и он у меня, смотря на него я думала это мой именно мой ребенок, все были против, я пошла по головам и добилась своего. Ребенок очень сложный, с тяжелым анамнезом, мы мучаемся уже 2 года, особенно я. И сейчас у всех один вывод, что я никого не послушалась и получила этого сложного ребенка в наказание. А почему вам попался первый ребенок такой сложный? Как вы это можете обьянить? Неужели не приходила мысль что в наказание? Мои родные и раньше были против приемных детей, так теперь вообще про это слышать не хотят, возясь с ним… Гномик просто чудо, мы про него еще фильм увидим, я уверенна!

  4. Читая Ваши истории, поражаюсь, какая же Вы умная и мудрая не по годам девушка! Как хорошо, что Вы есть, как хорошо Вы пишете, так правильно, просто и в то же время необыкновенно глубоко!

Добавить комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *