Трудности в поведении приемных детей – это нормально. Бороться надо не с плохим поведением самим по себе, а с его глубинными причинами. Для этого эти причины нужно знать. Марина Лепина, корреспондент портала Милосердие.ru — рассказывает об этом в своей статье по итогам конференции «Трудное поведение: что ждет приемный ребенок от общества, специалистов, родителей».

3718309e315fd1af07ad1036e31e5ba3

Фото — 4pod.ru.

Что с ними не так?

«Когда ребенок попадает в семью, это как свадьба. С этого начинается не красивая сказка, а реальная жизнь», — напоминает Наталья Степина, руководитель Ресурсного центра помощи приемным семьям с особыми детьми (БФ «Здесь и сейчас»).

Изменение трудного поведения приемного ребенка – возможно, убеждены специалисты. «Это ребенок не знает, что с этим делать, а мы знаем. Давайте просто научим – и его, и родителей», — говорит Наталья Степина. На что нужно обращать внимание и как поступать родителям, говорили психологи и представители НКО, участники конференции «Трудное поведение: что ждет приемный ребенок от общества, специалистов, родителей».

Эти дети не умеют распознавать собственные эмоции — их этому просто никто не учил. В итоге любая эмоция захлестывает ребенка, и он находится в состоянии хаотичного возбуждения. Куда уж там планировать свою жизнь, если он не понимает, что с ним происходит! Такие дети могут быть импульсивны, драчливы, их воспринимают как агрессивных, хотя просто на них накатывает аффект, поясняет Наталья Степина.

Они не умеют терпеть, им невыносимо ожидание. Им трудно соблюдать правила. Поэтому они похожи на капризных трехлеток, даже если они подростки. И это обескураживает и демотивирует взрослых.

Это провокативные дети. Они не разрушители, они хотят созидать, просто не знают, как это сделать. Такой ребенок проверяет взрослого на «вшивость» — он ищет сильного взрослого, который даст ему чувство безопасности. «Если с провокативным ребенком сюсюкаться и уступать – будет хуже. Они устраивают шоу, красивые истерики, — рассказывает Наталья Степина. — У нас был случай, когда родители даже чуть не развелись из-за проблем со своим трудным приемным ребенком. Часто взрослые вообще не знают, как реагировать на такие ситуации. Учителя, кстати, тоже». Ребенок с детдомовским прошлым может демонстративно совершают плохие поступки, скажем, это может быть воровство – как один из способов нарушить правила. «Часто они делают это еще и умышленно на глазах у окружающих. Это способ, чтобы о нем узнали. Чтобы взрослые «подпрыгнули», а ровесники подумали бы, что он крут», — поясняет эксперт.

У детдомовцев часто сложности с пониманием границ. «Когда-то им не дали ощущение «домика», куда они могут спрятаться. Такие дети плохо чувствуют свое тело – их мало брали на руки. Плохо понимают пространство — в приютах ведь часто они просто сидели в своих кроватках, — замечает Наталья Степина. — Они могут уйти с урока – потому что просто не понимают, зачем надо сидеть до конца».

Наконец, особая категория – подростки. У них есть потребность в сепарации, отвержение родителей, становятся более активными взаимотношения со сверстниками.

Кислородную маску — родителям

Специалисты тревожатся: у нас почему-то сложился стереотип, что если ребенок трудный – виноваты приемные родители. На семью фактически ложится клеймо. «На самом деле психика приемных родителей часто так истощена в ходе адаптационного периода семьи, что семья оказывается под угрозой развала. А дети – под угрозой возврата», — подчеркивает Наталья Степина.

Важный принцип в ситуации с трудным ребенком – помогать родителям. «Это как в самолете – кислородную маску нужно надеть сначала взрослому, потом ребенку. Мы, специалисты, начинаем с того, что принимаем трудности в ребенке. И мы говорим родителям – да, это правда, с вашим ребенком трудно. Для них такое принятие — важнейший фактор, — говорит Наталья Степина. — Десятки мам начинают плакать на этих словах – когда им не говорят, что вы «должны спасать общество» или «нужно жизнь положить на своего ребенка», а когда принимают их сложности».

Работаем не с плохим поведением, а с его причиной

Коррекционный психолог Ольга Неупокоева замечает, что если на приеме шла волна приемных семей с детьми с СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности), то сейчас к психологам повально обращаются с РРП (реактивное расстройство привязанности).

Родители часто делают ошибку: начинают бороться с симптомом – с трудным поведением, отставанием в учебе, а не с причиной — РРП. Специалисты советуют родителям смещать свое внимание на работу с трудностями привязанности. «Трудное поведение — это психологическая защита ребенка, благодаря ей ребенок выжил – и физически, и морально. Можно сломать ребенка, вскрыть его защиты. Но он будет сопротивляться до последнего и победит, у детей больше мотивации», — замечает Ольга Неупокоева.

Правильно выстраиваем семейную иерархию

Ребенок всегда пытается подстроиться под приемную семью. Собственно, так же ведут себя и кровные дети, просто мы не всегда это замечаем. Приемный ребенок приходит в семью со своим опытом, но иногда его проблемное поведение — это ответом на ту систему, в которую он пришел, считает Джессика Франтова, детский и семейный психолог БФ «Здесь и сейчас».

«В подростковом возрасте это усилено – ребенок перестает себя сдерживать, хочет показать всему миру, что он-то знает, как правильно поступать. Он хочет сказать: вот, я подстраивался под вас, но вы не правы здесь, здесь и здесь, — поясняет Джессика Франтова. — Или он хочет сделать своих родителей самыми лучшими – но как? Он пытается их «научить жизни», показывая их недостатки, как это и делают с ним взрослые». Так что, советует специалист, старайтесь услышать контекст в словах и поведении ребенка.

В наших семьях – как и в нашем обществе – часто нарушаются личные границы, а это тоже влияет на поведение ребенка. Например, напоминает Джессика Франтова, подумайте, как вы обращаетесь друг к другу дома? Закрывается ли дверь в комнате ребенка, стучитесь ли вы к нему? Часто у ребенка нет не только своей комнаты, но и личного места. И еще — права на свое мнение. Устанавливать и уважать границы нужно уметь и взрослым – и учить этому ребенка.

Еще одна частая проблема в семьях, когда родитель в своих мыслях сливается со своим ребенком. Такие родители говорят о ребенке во множественном числе «мы» — «Мы поступили», «Мы устроились на работу». Такой взрослый, поясняет Джессика Франтова, не заинтересован в том, чтобы ребенок начал решать свои проблемы. А ребенок в ответ инстинктивно пытается вырваться из такого слияния. Но как? Он пытается стать плохим – подсознательно, считая, что так его быстрее «отпустят».

Взрослые делают ошибки и в построении иерархических отношений в семье. Иногда родители ждут от детей поддержку и помощь, которую те дать не могут. «Давать поддержку — это обязанность вышестоящих или равных. Дети по определению не на этой позиции, — поясняет психолог. — Когда ребенок «спасает» родителей, когда его пытаются использовать в качестве опоры, в итоге мы получаем трудного подростка. Потому что на него взваливается ноша, которую он не может выдержать, и он начинает всех «строить»».

Тайна отнимает силы

Еще одним источником напряжения являются семейные тайны. Скажем, тайна усыновления или тайна диагноза. Некоторые подростки не хотят, чтобы окружающие знали, что они из приемных семей. Или что у них вич-положительный статус. Некоторые – сами об этом не знают, н о чем-то догадываются.

«У подростков бывают депрессии. Идет гормональное изменение, формируются разные психические процессы. Им трудно сдерживать эмоции. Трудно, оценить, например степень риска и строить долговременные планы. А теперь представьте: в таком состоянии ребенок еще и хранит тайну, испытывает страх, что кто-то может его разоблачить», — рассказывают Вероника Золотова и Елена Позднякова, сотрудники психологического центра «Пазл» и благотворительного фонда «Дети +».

Вместо того чтобы встраиваться в мир, ребенок тратит ресурсы на сохранение тайн. И тогда не хватает сил на достижения, на постановку целей. В итоге мы получаем трудного подростка, который ведет себя провокативно.

«Ребенок видит, как напрягается родитель, ища ответы на его неудобные вопросы, чувствует тревогу. Еще и родители накручивают – «никому не говори, это будет плохо, от тебя все отвернутся». В итоге ответы на свои вопросы дети ищут в интернете – и находят то, что хотят найти», — подчеркивает Вероника Золотова.

Приемные папы и мамы часто не подготовлены к последствиям обнародования диагноза. Они не знают, с какой реакцией ребенка столкнутся. Не знают, куда обратиться за помощью, а ведь перед контролирующими органами приемным семьям приходится демонстрировать успешность. Все это создает большой эмоциональный накал, и родителям, и детям трудно справиться.

Психологи убеждены — от ребенка не надо ничего скрывать. То, о чем говорят вслух, перестает так сильно пугать. На подростка влияет не сама тайна, а непрожитые чувства.

«Например, часто ребенку с диагнозами дают лекарства, но не рассказывают ему о его заболевании. Про таблетки говорят – это витаминки. Это ошибка. В какой-то момент ребенок не захочет пить «витаминки», и придется объяснять, что это жизненно важные лекарства», — приводит пример Вероника Золотова. А на фоне страхов возникают навязчивые мысли. Например, вич-инфицированные дети могут начать искать в себе признаки болезни, навязчивые мысли о смерти.

Конечно, принятие диагноза подростком — непростой процесс. Сначала шок, недолгий, но бурный эмоциональный всплеск. Потом – отрицание: у меня нет никакой болезни, живем как прежде. Третья стадия – агрессия, отказ от лечения, возможны суицидальные мысли, обвинение других в том, что с ним произошло. Потом начинается стадия депрессии. И тут важен значимый взрослый, который поддержит, выслушает. Наконец, пятая стадия –примирение с ситуацией, когда тоже крайне важна эмоциональная поддержка.

С кровной семьей встречайтесь на нейтральной территории

Для приемных родителей к сложностям общения с приемным подростком добавляется тема кровной семьи. Нужно ли приемной семье взаимодействовать с кровной? Это тонкий момент. С одной стороны, кровная семья — это не только родители, но и бабушки, дедушки, тети, дяди — они имеют право общаться с ребенком, считает Юлия Курчанова, психолог программы «Профилактика социального сиротства» БФ «Волонтеры в помощь детям-сиротам». Среди родственников могут оказаться люди, которые будут очень полезны для ребенка и его развития. С братьями и сестрами тоже лучше не терять связь. Интересы ребенка должны быть выше, чем амбиции приемных родителей.

Но не всегда приемные родители понимают, как правильно строить эти отношения. Юлия Курчанова советует использовать помощь медиаторов–психологов. Важно, например, соблюдать принцип симметричности — у всех сторон должно быть равное положение. Встречи лучше организовывать на нейтральной территории. «Плохо, когда кровные родители приходят с визитами в дом приемной семьи. На нейтральной территории все будут чувствовать себя более защищенными».

Когда начинать контакты с кровной семьей — каждый раз индивидуальное решение. Родителям нужно понять, для чего это нужно. Чтобы ребенок знал свое прошлое, или они хотят его общения с родственниками? Какому-то ребенку это будет полезно, другому нет. Если у ребенка еще идет период адаптации, это не лучший момент для подобных встреч.

miloserdie.ru
Материалы по теме:
Инструкции по теме:

Добавить комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *