Решение принято: семья хочет взять ребёнка из детского дома — принять, полюбить, воспитать. И детей в учреждениях много, и база данных в интернете есть, и в журналах печатают рубрику «Им нужна семья». Казалось бы, иди и бери. Однако очень для многих семей эта задача оказывается сложной, а подчас и мучительной.

Мне приходилось видеть, как потенциальные приёмные родители, уже получившие на руки заключение опеки, сидят в небольшой комнате регионального банка данных детей-сирот и листают папки с личными делами детей. В папке — небольшая фотография, раньше всегда чёрно-белая и мутная, сейчас всё чаще цветная и качественная. Скупые строчки: имя, диагнозы, возможные формы устройства… Мужчины и женщины растерянно листают папку за папкой, над некоторыми замирают, показывают друг другу. Кивают головой, качают головой. Вникают в буквенные обозначения заболеваний , спрашивают — это что?

Кто-то решительно откладывает в сторону папки мальчиков — им нужна дочка. Кто-то сразу смотрит на возраст, кто-то — на тип внешности. Иногда засмотрятся на ребёнка, но со вздохом тоже отложат: написано, что есть братья и сёстры.

Странное зрелище, странный процесс. Как они выбирают, что при этом чувствуют? Как этот выбор отражается на их будущей жизни с ребёнком? И на какие «грабли» здесь можно наступить?

«Надо узнать своего»

Часто приходится сталкиваться с установкой «найти своего ребёнка — того самого, единственного, который где-то нас ждёт». Такие родители, особенно мамы, иногда месяцами, а то и годами сидят, листая сайты с детскими фотографиями, и сочиняют сказки о том, как аист «ошибся» и отнёс их ребёнка куда-то в другое место. Обычно это бездетные семьи, которые берут приёмного ребёнка впервые. Нередко именно они настроены свято блюсти тайну усыновления и даже готовы имитировать беременность.

Установка на поиск в детских домах «своего» ребёнка, который попал туда по недоразумению, чаще всего говорит о том, что травма бездетности не проработана и не преодолена. Люди не приняли как данность невозможность родить ребёнка и утешают себя фантазиями о «заблудившемся аисте». К сожалению, это весьма небезобидно, потому что после принятия ребёнка в семью любое его несходство, несоответствие ожиданиям, сам факт его приёмности будут больно ранить. Родители будут жить в постоянной тревоге, что правда откроется, будут вести себя неуверенно, а это обязательно отразится на ребёнке.

Важно осознать, что того ребёнка, которого вы не смогли родить или потеряли, нет ни в одном детском доме. Там есть другие дети, они замечательные, и им очень нужна семья. Погорюйте по поводу своей бездетности столько, сколько вам нужно, при необходимости поработайте с психологом, а потом уже идите не за «своим заблудившимся», а за приёмным ребёнком. Который, конечно, станет в своё время родным и самым-самым, но благодаря не тому, что вы его «нашли», а тому, что вы о нём заботились.

«Надо такого, как надо»

Трудно найти ребёнка и тем, кто выбирает по жёстко заданным параметрам: пол, возраст, цвет глаз и волос, отсутствие болезней. Во-первых, сам такой подход вызывает неловкость — получается, что ребёнка выбирают, как товар по каталогу, следя, чтобы не подсунули «бракованного». Во-вторых, обычно параметры бывают заданы столь узко, что детей, им соответствующих, просто не находится. Часто за завышенными требованиями стоит неуверенность в своём решении, сомнения в том, что приёмное родительство — вообще ваш путь. Тогда бесконечный поиск «здоровой трёхлетней голубоглазой девочки без проблем с развитием» может стать способом решать задачу, не решая ее — у нас будет ребёнок, но потом, когда мы найдём такого, как надо. Возможно, для кого-то лучше так и искать, пока не надоест, поскольку подлинного желания растить приёмного ребёнка нет.

Часто за «параметрами» стоит элементарная тревога и недостаток информации о детях. Пугает всё: возраст, диагнозы, история рождения, национальность, «гены». В этом случае самое разумное — не спешить, обязательно найти и пройти школу приёмных родителей, побольше почитать, пообщаться с опытными приёмными родителями. Чем больше вы узнаете, тем меньше будет тревога, тем больше готовность встретиться с реальным, а не «заданным» ребёнком.

«Надо, чтобы был на нас похож»

Часто семье кажется, что если ребёнок внешне на них похож, с ним будет проще, он быстрее станет «совсем родным». На самом деле от внешности это зависит в последнюю очередь. «Купившись» на внешнюю похожесть, нередко берут детей, с которыми потом не в силах справиться, даже если об особенностях ребёнка предупреждают специалисты. С другой стороны, сходство — понятие очень относительное. Восприятие человека зависит не только от врождённых черт лица, но и от мимики, привычных выражений. А всё это дети быстро перенимают у приёмных родителей. Иногда диву даешься — были совсем разные, а через пару лет явно родственные черты проступают. В одной моей знакомой семье растёт мальчик южной внешности, темноглазый и кудрявый, а их родная дочь одного с ним возраста — типичная славяночка, русая и сероглазая. Однажды приёмная мама со смехом рассказывала, как её спросили: «У вас дети — близнецы?» Так что похож он на вас станет в любом случае, никуда не денется. Сейчас можно об этом не думать.

«Надо, чтобы «ёкнуло»

Действительно, некоторые приёмные родители вспоминают, как, увидев в первый раз своего будущего ребёнка, словно «узнали» его, у них замерло сердце, перехватило дыхание, потекли слёзы из глаз и т.д. Так бывает, как бывает и любовь с первого взгляда. Но это скорее исключение, чем правило. Обычно взаимное влечение возникает всё же не с первого взгляда и даже не с первой встречи. Но самое главное — не в этом. Любовь с первого взгляда совершенно не гарантирует долгой и счастливой совместной жизни. Она просто означает, что увиденный человек очень точно «попадает» в наши неосознанные ожидания, кажется отвечающим каким-то затаённым потребностям. Очень часто потом оказывается, что это лишь показалось. Или что потребности вовсе не те, которые следует удовлетворять (например, девочки, выросшие с жестокими отцами, часто выбирают в мужья склонных к насилию мужчин, причём обычно влюбляются как раз «с первого взгляда»). Потому к «ёканью» надо относиться философски. Случилось — хорошо. Это не отменяет всей остальной процедуры принятия решения, о которой речь пойдёт ниже. Не случилось — тоже ничего страшного, из-за этого отказываться от ребёнка глупо. Можно так всю жизнь прождать «ёканья» и остаться ни с чем.

«Надо, чтобы сразу понравился»

Когда ребёнок сразу нравится, вызывает симпатию — это замечательно. Это облегчает контакт на первых порах, придаёт родителям сил, улучшает их настроение. Однако есть тут один подвох. Часто умение нравиться взрослым, с первых слов их очаровать является как раз признаком формирующегося расстройства привязанности. Такой ребёнок, оставшись без родительской любви, как бы решает добрать её «с миру по нитке». Он научается неотразимому обаянию, становится любимцем воспитателей, «звездой» группы и за счёт всеобщего восхищения скрашивает себе сиротскую жизнь. К сожалению, часто такие дети потом с трудом отказываются от поверхностных отношений и решаются на глубокие чувства. С этим тоже можно справиться, но лучше за такую задачу браться опытным родителям, которые не нуждаются так сильно в быстрых ответных чувствах ребёнка. Если же в семье это единственный ребёнок, и с ним связаны все родительские надежды, «неглубокость» его чувств может стать тяжким испытанием, и есть риск, что родители разочаруются и впадут в отчаяние раньше, чем ребёнок решится наконец их полюбить. И напротив, невзрачный «заморыш», который сидит в уголке и не решается приблизиться и заговорить, может быть, как раз терпеливо ждёт, когда же появится кто-то, кого можно будет полюбить и кому открыться. Часто так и бывает.

«Надо, чтобы он сам ко мне пошёл»

Вот это совершенно не обязательно, если речь идёт о маленьком ребёнке, особенно воспитанном в учреждении с рождения. Он не знает, что такое привязанность. И если он сразу бросается вам на шею с криком «мама!», это точно так же ровным счётом ничего не значит, как и если он отворачивается и выдёргивает ручку. Для него любая тётя — «мама», а любой незнакомый человек непонятен. Есть немало родителей, которые переживали жестокое разочарование, увидев, как их малыш ровно с тем же криком «мама!» и объятиями бросается к подруге, соседке, продавцу в магазине. И есть немало историй, когда родителям приходилось долго и терпеливо «приручать» ребёнка, особенно если у него был опыт жестокого обращения, а потом у них складывались прекрасные отношения. Если речь идёт о маленьком, до 5–6 лет, ребёнке, нельзя перекладывать ответственность на него. Это ваше решение.

Другое дело — ребёнок постарше, особенно после 10 лет. Его нельзя просто взять за руку и увести домой (и по закону нельзя, и по совести). Важно, чтобы он сам захотел. Однако на это может понадобиться время, ребёнок может стесняться высказать своё желание. Не спешите, установите с ним контакт, дайте понять, что уважаете его чувства и желания.

«Ребёнок не товар, чтобы его выбирать. Мы возьмём первого попавшегося»

Это очень достойная позиция, ведь в самом деле — когда ребёнок рождается, его не выбирают. Какой родился, такого и любят. И всё же есть одно «но». Когда ребёнок рождается, даже если он не совсем здоров или не того пола и внешности, как хотелось, все мощные силы природы работают на то, чтобы у матери и отца сформировалось чувство любви, заботы, ответственности по отношению к нему. Женский организм вырабатывает определённые гормоны, сам ребёнок активно работает, создавая привязанность. Поэтому даже если в первые часы и дни после родов никакой особой родительской любви и счастья не чувствуется, обычно очень скоро все «положенные» чувства приходят. В случае с приёмным ребёнком нет «природной поддержки». Привязанность предстоит создавать сознательными усилиями. И в этом процессе очень важно, чтобы ребёнок был телесно принят.

Никто толком не знает, почему, но действительно есть некое чувство «своих детей». Вот смотришь даже на детей знакомых, на ребят на детском празднике, и часто очень отчётливо различаются дети «свои» и «не свои». Это не зависит ни от пола, ни от возраста, ни от того, насколько ребёнок красив и ухожен. Просто к одним руки так и тянутся, хочется их обнять, потискать, а другие телесно «чужие». Так же как и не всякий взрослый человек, даже объективно красивый, кажется нам притягательным. Как ни крути, мы во многом всё-таки животные, и с этой нашей природой надо считаться. Собака может принять чужих щенков и выкормить, как своих, а может зарычать и отказаться. От чего это зависит? Никто не знает. Она их обнюхивает и решает. И потом её бывает трудно переубедить. Конечно, мы разумные существа и можем подчиниться требованиям разума и совести, но стоит ли так себя ломать?

Важно понимать, что речь не идёт о единственном «вашем» ребёнке — том самом, которого необходимо найти. «Ваших детей» среди воспитанников домов ребёнка и детских домов много, большинство вполне «ваши». Но прежде чем принимать решение о том, что вы станете родителями такому ребёнку, прислушайтесь к своему природному началу. Не важно, как он выглядит, какой он национальности, и даже не важно, как он сам на вас отреагирует. Просто возьмите на руки, посадите на колени, обнимите, вдохните запах. Вам нормально? Не надо, чтобы что-то «ёкало», просто — нормально? Сопротивления, отторжения нет? Значит, ваш. В ходе повседневной заботы придёт и любовь, и чувство «родности». Если же тело протестует, если прижать ребёнка к себе вы можете только после волевого усилия — подумайте сто раз. Возможно, вам придётся долго и мучительно перебарывать себя, а ведь для кого-то другого этот ребёнок может оказаться самым родным и желанным.
Так как же надо? В идеале помогать семье найти ребёнка должны специалисты служб по семейному устройству. Вернее, они должны искать семьи для тех детей, которые в этом нуждаются, и, хорошо зная особенности семьи, её возможности, опираясь на свой профессиональный опыт, предлагать ей познакомиться с конкретным мальчиком или девочкой. Мне много раз приходилось наблюдать, как в случае профессиональной работы семья, даже взяв ребёнка, совсем не похожего на «заранее придуманного», была потом счастлива с ним. Ведь сама ситуация «выбора» ребёнка на самом деле сомнительна с этической и психологической точки зрения. Одно дело согласиться или отказаться в конкретном случае, взвесив все «за» и «против», другое — листать анкеты и просматривать фотографии действительно как каталог. И потом при первых трудностях ловить себя на мысли: надо было брать не этого, а того, тот бы так не сделал.

Вспоминается семья, которая очень хотела маленького ребёнка, лет двух. Ребята были молодые, детей не было, хотелось понянчиться с самого начала. Но когда они познакомились (так получилось) одновременно с несколькими девочками и мальчиками, то так растерялись и почувствовали такую неловкость, что ушли, так ничего и не решив. Прошло несколько месяцев, мы позвонили им, чтобы узнать, как дела. И услышали: «А у нас уже есть сын, его зовут Витя, ему 11. Мы очень счастливы!». Оказывается, знакомые из благотворительной организации попросили их приютить на каникулах у себя кого-то из ребят, приехавших в Москву на экскурсию. Так они познакомились с Витей. А прожив с ним неделю вместе, подумали: «Кого нам ещё искать? Вот же он, ребёнок!».

Поэтому замечательно, если кто-то выступит в роли «аиста» или сама судьба подбросит вариант. Однако реальность такова, что большинству будущих приёмных родителей приходится рассчитывать только на себя. В процессе поиска ребёнка и принятия решения очень важно постараться отойти от вопроса «какого ребёнка мы хотим?» и встать на позицию «какого ребёнка мы можем воспитывать?». У каждого из детей свои особенности, у каждой семьи свои возможности.

Кто-то взвоет, например, от гиперактивного ребёнка на второй день, а кто-то считает, что «нормальный пацан и должен быть шустрым». Кому-то будет очень тяжело готовить диетическое питание, по часам принимать лекарства и постоянно ходить по врачам, а для кого-то это не трудно. Кто-то способен философски отнестись к удивлённым взглядам прохожих при виде семьи, гуляющей с ребёнком другой национальности, а кто-то понимает, что будет постоянно от этого страдать. Самая важная задача, которую нужно решить ещё до начала поиска ребёнка — определить свои сильные и слабые стороны, то есть понять, с чем вы справитесь, а с чем нет.

Нет смысла просто пугаться диагнозов или особенностей поведения. Во-первых, нередко эти диагнозы надуманны. Во-вторых, за названием болезни могут скрываться очень разные вещи. «Энцефалопатией» может называться всё что угодно, от еле заметной возбудимости до тяжелейшего поражения головного мозга. Спрашивайте, уточняйте, разговаривайте с воспитателями, врачами, опытными приёмными родителями. Задавайте себе вопрос: как это будет выглядеть в реальности? Что от нас потребуется — время, организованность, деньги, медицинские навыки? Есть ли это у нас и сможем ли мы восполнить недостающее?

Не играйте сами с собой в «пугалки», подобно умной Эльзе из известной сказки. Однажды ко мне на консультацию приехала семья из другого города, не самого близкого. Их мучила проблема: понравилась девочка, прямо легла на душу. Но в личном деле было написано, что её бабушка страдала шизофренией. И какой-то специалист им сказал, что если так или иначе прозвучало слово «шизофрения», такого ребёнка лучше даже не смотреть, сразу отказываться. А они вот познакомились, и такая девчушка славная…

Классический вариант, когда люди могут пройти мимо своего реального, в руки идущего счастья, испугавшись гипотетических несчастий. К сожалению, от подобных заболеваний не застрахован никто, в том числе и самые родные и любимые дети. Диагноз бабушки лишь незначительно повышает вероятность возникновения болезни у девочки, с 1% до 5%. Кроме шизофрении, любого ребёнка подстерегает ещё множество опасностей, болезней и несчастий. Стоит ли так зацикливаться? Или лучше делать то, чего просит сердце, и верить в лучшее? Ведь как бы ни было, что бы ни случилось, никто не отнимет у вас сегодняшней любви, нежности, близости.

Не надо придавать слишком большое значение процессу поиска. Мы не ясновидящие и не всё в наших руках, не надо никого судорожно «искать». Спокойно и не спеша проанализируйте свои возможности, определите список приемлемых — не желанных, а приемлемых — вариантов, а потом просто позвольте событиям идти свои чередом. Возможно, ребёнка вам предложат в опеке, а возможно, ваш — это тот, чья симпатичная мордашка первой выскакивает при нажатии кнопки «искать» на сайте. Возможно, вы придёте знакомиться с одним ребёнком и вдруг поймёте, что не можете уйти без вон того, страшненького, которого никому даже не предлагают. Возможно, о ребёнке, которому очень нужна семья, вам расскажут знакомые волонтёры или приёмные родители. Как бы то ни было, если у вас есть место в доме и в сердце для приёмного ребёнка, пустым оно не останется. Очень скоро вы будете вместе.

Проект «Родные люди»

Добавить комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *