Настоятель Свято-Троицкой Симеоновой Обители Милосердия поселка Саракташ Оренбургской области протоиерей Николай и его супруга Галина Стремские воспитывают приемных детей, взятых из детских домов многих городов России. C 1992 года в семье воспитывалось 70 детей-сирот. 31 из них уже выросли, определились в жизни: одни живут самостоятельно, учатся, другие работают, уже имеют свои семьи (с 2005 года женились, вышли замуж 23 человека). Сейчас в семье воспитывается 39 детей.

Усыновление церковь

Все, кто впервые видят Свято-Троицкую Симеонову обитель в оренбургском поселке Саракташ, не могут сдержать восхищения. Среди низких домиков высятся золотые купола обители с башенками и шпилями. Священник – отец Николай построил главный храм по подобию оренбургского Казанского кафедрального собора, снесенного во времена советской власти. Проект православной гимназии срисован с дневника 19 века, а административного корпуса – с иллюстрации к Пушкинской сказке о царе Салтане. Дом священника большой – два корпуса с домовым храмом в честь святителя Николая посредине. Ведь семья у батюшки очень большая: сам священник, матушка и 39 детей.

До того, как стать священником, Николай Стремский жил в Актюбинске, служил в полутора километрах от границы с Афганистаном. После службы в армии, учился в Московской Духовной семинарии. После рукоположения в сан диякона с супругой Галиной отправился в Оренбургскую область. Спустя еще три года – весной 1990-го отец Николай, уже священник, получил назначение в Саракташ. С 1992 года настоятель Свято-Троицкой Симеоновой обители Милосердия отец Николай и матушка Галина воспитывают детей-сирот. Отец Николай рассказал, как обзавелся такой большой семьей.

«Мы взяли сразу пятерых»

Конечно, о семидесяти детях мы поначалу не мечтали. Своих не было, решили с матушкой взять приемных детей. Поехали в детский дом. Каких нам предложили, таких мы и взяли – сразу пятерых. Время шло, вроде воспитывать получалось. Решили еще взять пару ребятишек. Поехали, а вместо пары привезли еще семь человек. Конечно, если бы я был не настоятелем, а, к примеру, преподавателем, и матушка тоже, тогда всё, может было бы по-другому. Но с одной стороны, я – руководитель, а с другой стороны, в то время был развал Советского Союза, и меня директора детдомов и интернатов просили взять ребятишек. Говорили, что сирот много: «У нас даже класть некуда детишек, спят в коридорах, возьмите их!» Я практически ни разу не отказал.

Или звонили из роддома, говорили: «Вот так и так, у нас мама отказалась от младенца, потому что у нее детей много, мужа нет. Просто не может воспитывать, денег нет. Заберите ребенка». А мы сидим с женой на кухне, беседуем. Ну как вот так, ребенок родился, отказались от него, как не взять?

В то время процедура усыновления проще была, не как сегодня. Теперь ее так усложнили, что некоторые люди хотели бы взять малыша, но не могут из-за многих проволочек.

Тогда, когда приходили и просили взять ребенка под опеку или усыновить, я просто считал, что это воля Божия. Я – православный священник. Поэтому я не задумывался, что на воспитание придется где-то брать деньги, я надеялся на помощь Божию.

Так и происходило. Мы брали детишек, они жили у нас, может быть, в тесноте первое время, когда не было тех условий, которые есть сегодня. Теперь, с Божией помощью, они, сытые, одетые, обутые и при храме Божием.

В 1992-ом году у отца Николая и матушки Галины было 15 ребятишек из детдомов, еще через три – 36, потом – 70.

DSC_0022

«Прекрасный возраст – начиная с младенчества»

Первых детишек мы брали, когда им было 5-7 лет. Они понимали, что попали в семью и очень старались нам понравиться. С первого дня называли нас «папа», «мама». Рассказывали, как их родителей искала милиция, потом, как ребят сажали в машину, везли в реабилитационный центр. Это у них яркие воспоминания, конечно.

Тяжелее было со взрослыми детьми. А потом мы уже стали брать маленьких детишек. Это будет неправдой, если я буду говорить: «Все гладко было». Нет. Может быть, пять процентов детишек были совсем непростыми, неожиданно, их потянуло не туда, куда надо.

Немало детей – с недетской биографией. Ведь их биологические родители не кормили, за ними не ухаживали, дети ходили голодные, искали, что бы украсть. Родители – алкоголики. У некоторых ребят шрамы на всю жизнь – следы побоев. Одну девочку пьяный отец, взяв за ноги, бил головой о стену… И все-таки больший процент ребят – интересные, умные, любознательные. Я нанял воспитателей, чтобы детей развивать, увлекать…

А вообще, самый, конечно, лучший возраст – начиная от самого младенчества и где-то до переходного периода. Это блаженное состояние такое. Они играют, учатся, трудятся, стараются. И так все естественно идет. Но когда начинается переходный период, возникают сложности у ребят. Это мое личное наблюдение.

«Детей надо любить»

Первое условие для успешного воспитания – ребенка надо любить. Второе – прощать какие-то недостатки, промахи. Ну, естественно, согласно возрасту, какие-то наказания должны существовать. Без жестокости. Лояльные, добрые.

Если ребенком не занимается ни мама, ни папа, он просто хаотично где-то с кем хочет общается, где хочет гуляет, а потом приносит проблемы – курит, сквернословит, выпивает. Так виноват, прежде всего, не ребенок. Не ребенка нужно наказывать. А маму и папу.

Существуют формы воздействия на ребенка, чтобы ребенок понял, осознал, в чем он провинился. Вот один мальчик, 8 лет, он сквернословит. Он не знает, что это плохо. Так говорили его родители-алкоголики. Ну, говорю ему, нельзя это делать. Он и прекращает материться. Второй парнишка склонен украсть, к примеру, кошелек у кого-то из кармана. Спрашиваю: а что будешь делать с деньгами, тебя же кормят, поят? Заставляю вернуть кошелек тому, у кого украл, извиниться, попросить прощения. Ребенку стыдно. И все, больше чужого не берет. Вот в этом возрасте все плохое искореняется.

Женихи и невесты

Многие женихи взрослых дочек священника – из Епархиального Духовного училища. Оно занимает с гимназией одно здание. Отец Николай – ректор Духовного училища.

Впрочем, выпускники училища – вовсе не обязательное условие. Для батюшки главное, чтобы жених был хороший человек. Например, у Христины муж – милиционер. Христина познакомилась с ним в Оренбурге, там она училась на бухгалтера.

С 2005 года женились, вышли замуж 23 человека На стенах в доме священника – свадебные фотографии и просто снимки всех ребятишек, которые называют Николая и Галину Стремских «папой» и «мамой».

Сегодня все вместе собираются на большие праздники. Дети и дети детей. Некоторые из старших остались работать при обители. Многие разъехались. Отец Николай считает, что дети сами должны выбрать свой путь.

Foto-08-08

«Государство – как пчелиный улей»

Я думаю, что мы все прекрасно понимаем, что наше большое прекрасное государство – Россия, состоит, как пчелиный улей, из семейных ячеек. Церковь считает, что нужно бороться за здоровый образ жизни, за здоровую семью.

Будет здоровая семья, значит, будет здоровое государство. Будет здоровая семья, тогда не будет необходимости в детских домах.

В какой-то степени, наверное, позор нашему государству, что у нас есть сироты. Поэтому, думаю, что надо заниматься воспитанием в семье. И в этом должна помогать и наша Православная Церковь, религия. Если мы не восстановим институт семьи, здоровой семьи, то тогда государство как государство просто не состоится.

«Хотелось бы, чтобы в стране вообще не было сиротства»

Сейчас стараемся детей больше не брать. Этих бы вырастить. Это общее дело, потому как дети – это наше будущее, мы знаем об этом. И хотелось бы, чтоб детям было хорошо. И хотелось бы, чтобы вообще не было сиротства. Ведь есть же такие страны, в конце концов, где вообще отсутствует понятие «сиротство».

Материалы по теме:

Добавить комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *