Екатерина Лебедева отвечает в фонде «Измени одну жизнь» за координацию работы с региональными опеками и участвует в создании видеоанкет детей из сиротских учреждений. И пытается понять — как сделать так, чтобы усыновляли не только малышей, но и детей старше семи лет.

shkid

— Сирот они приехали снимать… Никому они не нужны, сироты эти! Особенно большие! – это воспитатели одного из лагерей для детдомовцев* так реагируют на приезд нашей съемочной группы. Жестко. Они переговариваются и пугливо замолкают, когда понимают, что я их услышала. Это уже потом, через несколько часов, привыкнув ко мне и как-то доверившись что ли, они начнут разворачивать передо мной упаковки своих житейских и таких действительно болезненных для них вопросов. И вот тогда-то, через эти несколько часов, выслушав их, я сама задумаюсь: а действительно, нужны «эти большие сироты» кому-то или нет? И этот вопрос уже не покажется мне жестким. Скорее, отчаянным.

…Лагерь этот и лагерем-то с трудом назовешь. Так, бывшая база отдыха с одним зданием на множество комнат и крохотной спортплощадкой. Попадаешь туда – выныриваешь из цивилизации. Пропадаешь, как и сигнал мобильного, который упрямо не хочет принимать здесь, в тени сосен, уносящихся хвойными кронами в небо. Здесь почти нет сотовой связи, и совсем – компьютеров и интернета. Здесь вообще ничего нет. Мы даже не можем понять, как нам снимать детей – в единственной игровой комнате почти нет игрушек, зато есть коричневые стены без обоев, на фоне которых худой ребенок из детдома (а они все почему-то худые, хотя едят тоннами!) выглядит совсем уж печально.

А дети повсюду! Озорные, яркие, подвижные. Живые. Носятся по спортплощадке, играют в мяч, с хохотом уносятся к небу на стонущих от старости качелях. И как же хочется, чтобы всех этих ребят поскорее забрали от этой облупившейся краски и голых стен — в нормальные семьи, где собираются на обед за одним столом, по выходным ходят в цирк, а летом ездят на море…

— Да вы посмотрите, куда увозят этих детей! – воспитательницы показывают мне в сторону лугов, окружающих лагерь, на россыпь покосившихся домов пенсионного возраста. – Вот куда часто берут ребят старше 7 лет. С маленькими все понятно – их быстро и хорошо устраивают. А больших, бывает, используют как рабочую силу. А родители — причем, пожилые как правило – живут на пособие, которое получают на ребенка. И дети почти не учатся – ходят в сельские школы…

Во многих детдомах ребята постарше даже отказываются от наших съемок. Спрашиваю: почему не хотите в семью? Молчат. На самом деле просто не верят. Нам не верят — что поможем им найти хорошую семью. И уже потом воспитатели детдома рассказывают: многие из них уже прошли через приемные семьи. И сбежали назад, в интернат: скучно в семье с пенсионерами.

Что получается? Детей забирают из родных семей, где с ними никто не занимался, они попадают в систему, у которой нет денег на игрушки и одежду для них, потом их – если повезет – берут пенсионеры копать огороды, откуда они сбегают снова в систему. Замкнутый круг. В нем и в помине нет цирка, моря и семейных обедов…

Это в Москве и ближайших к ней регионах детдомовские от 7 лет и старше живут вполне нормально. К ним приезжают волонтеры. Региональных бюджетов хватает на еду, одежду, даже компьютеры. Но прокатитесь подальше – километров за 500 от Москвы…

А ведь по данным Минобразования, сейчас в очереди на усыновление стоит 12 тысяч родителей! Где они? Почему не приезжают забирать из голых стен подростков с горящими глазами и искренним желанием жить в любящих семьях? Потому что почти всем этим 12 тысячам родителей нужны крохи до трех лет. С ними удобней, веселей, проще, наконец…

А у нас в фонде большая часть видеоанкет – дети от 7 до 12 лет. И на них пока самый маленький отклик.

Как привлекать внимание к большим детям с устоявшимся характером, своими — уже взрослыми — «хочу – не хочу» и «буду – не буду», я, признаюсь, не знаю. Но я знаю — пока что воспитатели того детдома, увы, правы: сироты старше 7 лет, как правило, никому не нужны (примеров счастливых усыновлений – капля в море на фоне общего числа сирот)… Хотя нет, часто они нужны – одним только воспитателям.

*Я не называю учреждение и регион, в котором снимал наш фонд «Измени одну жизнь». Во-первых, нам там еще работать. Во-вторых, подобная ситуация так или иначе повторяется повсюду. И третье. Это не расследование, это просто мой взгляд со стороны на то, каково это – жить в детском доме.

Материалы по теме:

Добавить комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *